Отступать некуда – позади Дамаск

Отступать некуда – позади Дамаск

b>Можно ли России избежать конфронтации с Западом по поводу Сирии, и какой ценой? В чём суть российской стратегии в конфликте? Лев Вершинин, политолог: Ситуация в Сирии зашла очень далеко. Если Терри Мейсан пишет некоторые ранее не озвучивавшиеся вещи открытым текстом, следовательно, информации можно верить. Пусть не на 100 %, но, видимо, где-то на полста плюсминус. Итак, можно считать свершившимся фактом, что события в Сирии уже даже и на Западе начали восприниматься не только как «противостояние демократии и кровавой диктатуры», но как «противостояние с элементами вмешательства извне», и той однозначной озверелости, что обрушилась на Ливию, здесь нет. Вынудив Анкару публично забрать своих пленных, факт существования которых совсем недавно яростно отрицал г-н Давудоглу, сирийцы резко ограничили г-ну Эрдогану поле для маневра, выудив его если и не пойти на попятную, то, во всяком случае, принять необходимость договариваться с участием посредников, - причем, не только России, но и Ирана, признав тем самым, что интересы Ирана в Сирии отныне будут приняты во внимание. Что касается прекращения поддержки т.н. «Сирийской свободной армии», то, на мой взгляд, это, скорее всего, главным образом, декларация, но под сурдинку этой декларации сирийцы, красиво использовав момент, вскрыли целый ряд опасных для здоровья страны гнойников. Вместе с тем, говорить, как говорит месье Мейсан, склонный подчас выдавать желаемое за действительное, что «Москва положила конец однополярному мировому порядку», учитывая заявление г-на Маргелова, безусловно, рано. Как рано и воспринимать всерьез его сообщение о том, что «госдеп США проинформировал сирийскую оппозицию, что она не может более рассчитывать на военную помощь Штатов», а «члены оппозиционного Национального совета отправились на поиски новых спонсоров», поскольку, помимо США, этим самым членам поддержки искать негде. Я, по крайней мере, никакой официальной информации на сей счет не видел, а слухам, пусть даже из самых высоких, но все же анонимных источников, которыми, видимо, воспользовался мсье Мейсан, верить остерегаюсь. В частности, наблюдая, как западные СМИ вновь начинают нагонять волну насчет «ожесточенных боев в центре Дамаска» (где, ничего подобного нет и в помине). То есть, информационная война, казалось бы, пошедшая на спад, раскручивается по новой, а значит, еще ничего не кончилось. Что подтверждается и крайне спешным, — именно сейчас! — сокращением персонала западных посольств в сирийской столице, и столь же спешным началом выдворения сирийских дипломатов из стран Залива и Магриба. Называя вещи своими именами, на исходе антитеррористическая операция, а война только начинается. Разумное и очень своевременное решение Башара Асада провести референдум по проекту новой конституции, — что полностью устраивает всю вменяемую сирийскую оппозицию, включая и не очень лояльную, — Белым Домом определено, как «насмешка над сирийской революцией», не имеющая никакого смысла, поскольку «дни режима Асада сочтены». Иными словами, имеет место повторение хода, сделанного в мае прошлого года в Ливии, когда ответом на предложенный Братом-Лидером план проведения референдума и широчайших реформ из-за океана последовало решительное «Нет, Каддафи опоздал, и его уже ничто не спасет», — и точно также, как в Ливии, сирийские оппозиционеры (по версии мсье Мейсана, мечущиеся в поиске новых спонсоров) тотчас отвергли и референдум, и конституцию, заявив о намерении «сражаться до победы». Как ни печально, на фоне всего этого приведенное выше заявление г-на Маргелова о том, что Москва исчерпала все имевшиеся в ее распоряжении средства мирного решения конфликта, выглядит особенно зловеще. То есть, по большому-то счету, как раз все понятно: чем ближе День «Х» и то, что (уже, видимо, неизбежно) последует за ним, тем меньше у России резонов погружаться в опасную тему, но Сирии от этого не легче. Конечно, многих ошибок Полковника президент Асад уже не допустил и пространство для маневра у него все еще есть, но чтобы Империя Добра, рассерженная срывом сроков, уже впившись в жертву, дала задний ход, да еще и в электоральный год, — этого я, как ни стараюсь, представить не могу.. Юрий Юрьев, политконструктор: …Регион с прошлого тысячелетия перенасыщен любителями и профессионалами пострелять-пограбить-повзрывать. Ещё недавно в огне пылал Ливан, причём так пылал, что взорвали даже казармы морпехов США, после чего США из Ливана отбыли навсегда, потеряв за секунду доверия полтысячи жизней. Это показывает, что схожие по масштабам с экс-ливанскими действия в Сирии, — миротворцами не могут быть погашены, как не могли быть погашены всей мощью корпуса морской пехоты США в Ливане. Вывод в итоге, как помнится, был таков, что проще уничтожить население Ливана, чем доверять ему. Теперь, можно обсудить волю Дамаска и прекращение огня как таковые. …Пока что — НАТО не способно вразумить Турцию, США не способны перекрыть «свою» иракскую границу от террористов, но, аж мечтают поприсутствовать именно в Сирии почему-то. Что со стороны выглядит подобием неопрятного до вони торговца мылом. Сандра Новикова, журналист и блогер: Думаю, что суть российской стратегии в Сирии такова: 1. Спасти Сирию — то есть помочь законному президенту Сирию Башару Асаду подавить беспорядки, уничтожить террористов и восстановить управляемость страной. 2. Если Сирию спасти не удастся, тогда вступит в действие план Б, «Выигрыш времени» — то есть работать будут над тем, чтобы агрессия Запада против Сирии началась как можно позже, а Иран и Россия (а они следующие на очереди после Сирии) получили дополнительное время для подготовки к войне. 3. Когда Запад все же нападет на Сирию, вступит в действие план В, «Оборона бастиона» и все усилия будут направлены на то, чтобы сирийский бастион продержался как можно дольше (опять же дав Ирану и России хоть какой-нибудь выигрыш во времени) и нанес как можно более сильный урон врагу. 4. Когда Сирия падет, вступит в действие план Г — «Организованное отступление» на следующий укрепленный рубеж, иранский. При этом Россия обязана следить за тем, чтобы враг не осуществил хитрый обходной маневр — не дестабилизировал обстановку в России. Ибо если дестабилизируется обстановка в России, то и Сирия очень быстро падет. С другой стороны, защищая Сирию, Россия защищает и себя — мы воочию видим, как после того, как стало ясно, кто будет следующим президентом, расправили плечи и Лавров, и Чуркин. Владимир Букарский, политолог: Российская стратегия не только в Сирии, но и на всём Ближнем Востоке (и шире: во всей Евразии) одна: остановить «красное колесо» революций, откровенно спонсируемых и двигаемых США. Ведь ни для кого не секрет, что Сирию в случае смены власти не ожидает ничего кроме хаоса, торжества исламистов и геноцида христиан и алавитов. Стратегия России — восстановление стабильности и порядка, как в Сирии, так и во всех странах региона. Андрей Куприков, политолог, сопредседатель Волгоградского регионального отделения «Деловой России»: Россия последовательна в своей политике в отношении Сирии. Все же понимают, что дело не в ней, а в степени вседозволенности США и их союзников. Нас не устраивает расширение влияния одних практически разбойными методами и возможная угроза со стороны саудитов и Катара с их всемирным халифатом. Поэтому можно смеяться, плакать и критиковать, но при этом оглядываться на наличие у России простой вещи, такой например как ЯО. По материалам Русской общины Украины