Русский характер Мышковского
Владислав Гулевич

Русский характер Мышковского

Имя Тита Мышковского не известно сегодня практически никому. Но заслуги этого человека перед Русским миром требуют того, чтобы о них узнало как можно больше людей. Тит Иванович Мышковский принадлежал к плеяде деятелей галицко-русского движения, которое охватило территорию Западной Украины в середине XIX – начале XX веков. Угнетаемый поляками и австрийцами народ Галиции из последних сил держался за свою русскость, сопротивляясь полонизации и окатоличиванию. Это было не выступление одиночек, а массовый гражданский порыв, когда создавались кружки, типографии, семинарии с единственной целью – сберечь русские традиции, русские обычаи, русское мировоззрение на оккупированных землях. Тит Мышковский на Лемковщине. Сейчас это уже территория Польши. Предки Тита были русскими дворянами. Когда именно они очутились в Западной Руси, достоверных сведений нет. Известно лишь, что сам Тит, помня о своих русских корнях, посвятил всю свою жизнь Русскому делу, невзирая на сан греко-католического священника. Брестская уния 1596 года легла тяжёлым прессом на западнорусских жителей. Постепенно многих из них принудили-таки перейти из Православия в католичество или униатство. Но униаты того времени смотрели на греко-католицизм под своеобразным углом зрения. Они считали его не шагом от Православия к католицизму, а, напротив, маршрутом из католиков в православные. Поэтому многие галицко-русские активисты выходили из унии и принимали православное крещение. О переходе Мышковского в православие сведений нет. Видимо, он так и остался греко-католиком, но глубоко в душе он оставался навсегда русским человеком. Окончив богословский институт в Вене, он приступил к преподавательской деятельности в Львовском университете. Православная Русь оставалась главной темой его историко-богословских исследований. В 1926 г. Мышковский публикует свой труд «Изложение цареградской литургии святого Василия Великого». В 1934 году увидела свет его работа «Этнографическая граница Руси на западе». Это произведение – научный ответ Тита Мышковского польским захватчикам, оккупировавшим Западную Русь. Он прекрасно владел латынью, и писал на ней свои богословские произведения, чтобы донести свою мысль и до католического клира. «Моя ничтожность и мировая война» - этот очерк Тита Мышковского вышел в годы Первой мировой. Прискорбно, но его труды практически не сохранились, оставив нам лишь свои названия. Можно предположить, что Мышковский писал в очерке о мировой войне, если власти Австро-Венгрии сразу же обратили на него внимание. Тита Мышковского арестовали и вывезли в Тироль, подальше от Западной Руси и её реалий. Война окончилась. За это время галицко-русское движение изрядно поредело. Австрийцы с помощью украинофилов уничтожали галицких деятелей прорусской ориентации в концлагерях Талергоф и Терезин сотнями. Быть русским в то время было равносильно смертному приговору. Мемуары галицко-русских активистов, переживших ужасы австрийской неволи, содержат много фактов о подлой роли украинофилов в организации облав на галицко-русскую молодёжь, когда только за отказ назваться украинцем можно было получить от австрийского солдата пулю в лоб. В такой атмосфере продолжал работать Тит Мышковский, который так и не отрёкся от русского имени. Даже после присоединения Лемковщины к Польше он отказался принести присягу на верность Польше. Для него, потомка русских дворян, это было немыслимо. В ответ поляки лишили его университетской кафедры и пенсии. Но Тит Мышковский не сдавался. Он был избран председателем Галицко-русской матицы – организации, пёкшейся об образовании «русского народа», к коему относились и малороссы. Мышковский и его соратники издавали «Научный сборник» - печатный орган матицы. На его страницах пропагандировалась идея братского единения всех ветвей русского народа – великороссов, малороссов и белорусов. В отместку за «неправильные» взгляды австрийцы Галицко-русскую матицу закрыли, а её сотрудников подвергли репрессиям. Вене не нужен был единый русский народ. Вена стряпала отдельную нацию – нацию украинцев, как врагов всего русского. Это сегодня украинцами называют всё население Украины, а в те годы «украинец» - это была политическая ориентация, а не национальность. Украинцы отличались от малороссов тем, что бегали на поклон к полякам и австрийцам, содействовали казням карпато-русских активистов, и получали субсидии из Вены и Берлина. Малороссы в это время сражались на фронтах Первой мировой, плечом к плечу со своими великорусскими братьями. Даже после австрийского террора Галицко-русская матица кое-как продолжала свою деятельность, а Мышковский оставался её председателем до самой своей смерти в 1939 г. Кто скажет, что этот человек не заслуживает всемерного уважения? Будучи под колпаком у австрийцев, ежеминутно подвергаясь опасности быть схваченным и брошенным за колючую проволоку, а то и просто пристреленным у стены (такая участь постигла многих галицких русофилов), Тит Мышковский не струсил, не бежал, не перешёл в украинство. Он помнил, что его предки – русские. Он знал, что Западная Русь была Русью до появления здесь бацилл украинства, раскиданных поляками и австрийцами. Он был стойкий и самоотверженный патриот Русской идеи. Как микроскопично и жалко выглядят на его фоне многие из нас! Многие забыли, какого они роду-племени. Многие, особенно на Украине, отреклись от своего народа и истории, перекрасившись в украинство в угоду конъюнктуре. Над такими перевёртышами не сверкал австрийский штык, в их ушах не стоял лязг тюремных засовов. Но они смалодушничали, струсили, предали. О Тите Мышковском на Украине не вспоминают. Что вы! Как писал Гёте, «как могут быть друзьями те, кому укор живой не только ты – весь облик твой?». Тит Мышковский – живой укор жалким украинизаторам, манкуртам, ранее поддакивавшим Австро-Венгрии, а теперь – США и НАТО. Имя «Тит» означает «честь», «слава». Тит Мышковский совершил немало славных деяний во благо Русского мира. И не его вина, что Западная Русь усилиями политиканов разных мастей и национальностей превращена ныне в силосную яму русофобии. По материалам Роспатриот