Фундамент Русского мiра
Владислав Гулевич

Фундамент Русского мiра

Оглашение российскими властями интеграционного проекта Евразийского Союза наталкивает на размышления об идеологическом фундаменте будущего образования, о той мировоззренческой системе, которая ляжет в его основание.

Эта интеграционная идея должна быть не светской, но надконфессиональной,  достаточно просторной, чтобы вместить представителей всех традиционных для России конфессий – христиан, мусульман, буддистов.

Эта идея не может быть западно-либеральной, ибо в таком случае Россия теряет культурно-политическую привлекательность в масштабах всей Евразии.

Если ориентироваться на западно-либеральные ценности, тогда следует ориентироваться на месторождение этих ценностей, то есть, Запад. Это неизбежная логика ценностного развития. Начало падения престижа России на пространстве бывшего Советского Союза пришлось как раз на начало засилья либеральных идеологем в российском культурно-политическом дискурсе, когда Россия добровольно отказалась от своего в пользу  некритически воспринимаемого чужого.

Процесс восприятия чужого прослеживается на многих уровнях: от кинематографа до политики и образования. Чтобы евразийская идея работала эффективно, ей необходима своя система гносеологических ценностей. Отталкиваясь от этой системы ценностей, будет строиться и необходимая идеология международных отношений.

Современная покоится исключительно на либеральных доктринах. Кого сегодня считают «отцом современной науки»? Демокрита – первого античного философа-индивидуалиста. Что понимается под современной наукой? Наука, понятая исключительно на западный манер. Это яркий пример эпистемологической узурпации, когда заявлены права на методы познания реальности! Демокрит одним из первых начал делёж пространства на атомы, а общества – на индивидуумы. Но до него был Платон, который смотрел на природу цельным взглядом, за что Платона ненавидели многие западные философы нашего времени.

Идея Евразийского Союза как раз и есть собирание раздробленных и растасканных в разные стороны государственных атомов в интегральное целое. Евразийский Союз – это многополярность, а многополярность имеет платоническую природу, когда есть цельные полюса силы, разбивать которые на осколки нельзя.

Для нас не Демокрит, а Платон должен быть «отцом познания», и все, кто мыслил в его духе. Ведь очень часто первые авангардные бои ведутся на страницах философских трактатов, уже потом перекочёвывая на уровень внешней политики. У нас же студент сначала читает о том, что «отец современной науки» обосновал деление пространства на атомы, за что, собственно, и получил почётный титул «отца», а потом слышит доводы о том, что пространство Русского мира делить на части негоже. И застревает где-то посередине, то оборачиваясь в сторону Демокрита, то в сторону идеи Русского мира, как неделимого целого. Получается интеллектуальный диссонанс.

Идее евразийской интеграции нужна своя геополитическая школа: Савицкий, Дусинский. Имён много. Дусинский, например, смотрел на Иран, как на естественного союзника России. Этот тезис сейчас актуален, и требует только огранки с учётом сегодняшних реалий.

На Украине защититься по геополитике можно только в Киеве и Львове. Почему сделано именно так, всем понятно. В вузах иногда присутствуют западные НПО, которые участвуют в институтской жизни, проводят регулярные встречи со студентами. А ведь среди студентов – не только граждане Украины, будущие дипломаты и политики, а и перспективная молодёжь из среднеазиатских республик, то есть потенциальных партнёров России по евразийской интеграции и дальнего зарубежья.

Это, кстати, удобный метод работы с будущей элитой тех государств, с которыми не соприкасаешься напрямую. Если НАТО не имеет возможности работать напрямую со студентами в Туркмении или Узбекистане, это делается в украинских вузах, где обучаются туркмены и узбеки.  

В то же время в филиале МГУ в Севастополе защитить кандидатскую или докторскую по геополитике или политологии нельзя. Нет соответствующих возможностей, нет кафедры политологии. Очень странно, что она там до сих пор не появилась.

В Львове соискателю с проевразийскими взглядами пробиться наверх будет непросто. Необходима альтернатива Киеву и Львову. Пусть это будет Севастопольский филиал МГУ.

Доходит до того, что выпускники одного и того же вуза, ученики одних и тех же преподавателей в советский и послесоветский период придерживаются диаметрально противоположных взглядов. Для минимизации этого эффекта важно углублять сотрудничество между вузами России и Украины, создавать общее российско-украинское интеллектуально-научное пространство, не позволять разрывать его на автономные сегменты, попадающие под контроль западных НПО.

Раз идее евразийской интеграции требуется поддержка снизу, а не только сверху, ей нужна своя система образования, континенталистская, но без удушливой стагнации.

Западная Украина – полюс отторжения евразийской идеи. Это менее 15% населения. Юго-восток – полюс позитивного восприятия этой идеи. Между ними пространство, населённое колеблющимися. За кем пойдёт центр, тот и получит большинство. Поэтому кажется целесообразным в предоставлении полной и неискажённой информации о ЕврАзЭС сосредоточиться на центральных регионах, где, кстати, российское информационное присутствие не очень-то ощущается. Есть русскоязычная пресса, но не пророссийская.

Стесняться этого не надо. Европа этого не стесняется. В Польше крупные издания переходят в немецкие руки, и освещают политические процессы в Польше и за её пределами с учётом мнения Берлина. У меня нет точных данных, но возможно, что также обстоят дела с чешскими, словацкими, сербскими СМИ. Варшава стала более активно работать с польской диаспорой Украины, финансируя соответствующие СМИ как на польском, так и русском и украинском языках, в том числе и в центральных и восточных областях Украины.

На Западной Украине российское информационное присутствие практически на нуле. На русском языке прессу будет читать меньшинство, хотя сравнительно и внушительное (в одной только Львовской области проживает более 90 000 этнических русских), а украиноязычной версии не предусмотрено. Этот наиболее пассионарный антироссийский регион Украины не получает практически никакой информации об истинных политических приоритетах Российской Федерации, довольствуясь искажёнными пересказами местной прессы, что только подливает масла в огонь западно-украинского национализма.

Кроме того, на Западной Украине проживает внушительное число лиц польской национальности, в силу чего местная аудитория читает либо прессу украинскую, либо польскую.

Идеологический крен таких изданий всегда антироссийский. Итог: украинская аудитория потребляет преимущественно либо украиноцентричный, либо польский информационный продукт (в западно-украинских регионах). Под украиноцентричностью следует понимать как откровенно националистические, так и умеренно антироссийские издания. На Украине сегодня русская культура ничем не представлена, если не считать памятных вечеров, проводимых организациями российских соотечественников и посвящённых тем или иным личностям русской истории и культуры.

Поэтому необходимо сделать всё возможное, чтобы читатель, в т.ч. западно-украинский, смог получить доступ к информации на украинском языке, но выдержанной в духе взаимоуважения принципов украинско-российского партнёрства. Наличия русских организаций в западно-украинских регионах недостаточно. Эти организации борются за сохранение национальной самобытности русских Западной Украины, противостоя мощному давлению извне как на административном, так и на общественном уровнях. Посему их функции – сугубо оборонительные, и можно говорить только об их попытках консервации того, что имеется.