Как истаял еврейский кибернетик
Александр Проханов

Как истаял еврейский кибернетик

Он был героем нескольких моих романов в каждом своем воплощении, амплуа, и был для меня очень интересен и важен, потому что Березовский, по существу, это динамика политического исторического процесса в России последних 15 лет. Березовский был человеком, который ринулся в пустоту, которая разверзлась после уничтожения государства. А государство после 1991 года было уничтожено. Те остатки, жалкие остатки, которые существовали у нас, объявили о самоликвидации, потому что 90-е годы – это было время, когда государство устранялось, заявило, что уходит из экономики, культуры, даже из внешней политики. И оно ушло, и разверзлась пустота, и в эту пустоту пришел Березовский – один или коллективный Березовский. И в этой пустоте он стал государством. Он захватил мощнейшие средства информации, газеты и Первый канал. Это инструмент власти. Он был к тому времени богатым и резко увеличил свое богатство, финансы были его инструментарием. Он занимал очень важные посты. Сначала это были неформальные посты, а потом и формальные властные посты. Это дало ему колоссальную власть. Плюс его ум, его потрясающая кибернетическая способность манипулировать процессами, людьми, вот этот огромный театр политический. Я говорю о нем как о человеке, который настолько меня увлек, что я поместил его в свои романы, в которых я описывал русский ад. …И для меня ясно, что у Березовского было, по крайней мере, три периода существования. Был период, когда он был таким российским Бироном, назначавшим и смещавшим министров, крутившим политические дела, устраивавшим огромные аферы во внешней и внутренней политике. Это была часть его торжества. Он... признавался мне, что много раз ходил и уговаривал Владимира Владимировича стать президентом и тот отказывался... На 6-й раз Путин согласился, принял эти аргументы. Березовский был безошибочен и ошибся всего один раз как сапер. Он неправильно минировал Путиным русский ландшафт. Путин его обыграл. Путин был пластичным и мягким, а потом уничтожил Березовского. И тогда начался второй период жизни Березовского, когда Березовский убежал из России. Он не мог предположить, что его, кибернетика, концептуалиста, системщика так обыграли. То есть, он не просчитал вещей иррациональных, был слишком рационален. Он был суперрациональный человек. …Весь этот период он был наполнен ненавистью к Путину. И этот период был очень увлекательный – сколько комбинаций, сколько партий, сколько финансовых вбросов, сколько смертей! Третий период – период, когда он проиграл Путину. Однажды Сталин спросил собеседника «Скажи мне, что самое тяжелое?», и тот не нашелся, что ответить. И Сталин сказал ему «Самое тяжелое – это государство. Его никто поднять не может». И Березовский не поднял это государство, надорвался. Последние шесть лет это был Березовский, который надорвался, стараясь поднять государство. У него была трагическая грыжа. Он все больше и больше умирал, не в силах выполнить свою мечту возмездия. …И его лампада погасла. Не важно, как погасла – задул ли ее кто-нибудь или он сам ее опрокинул. Весь этот дешевый детектив мне не интересен. Интересна та триада, которую он изложил. Просто ему незачем было жить... Он сказал мне, что «я достигаю каких-то пределов, дальше которых я не могу шагнуть. Например, я стал членом-корреспондентом Академии наук, я был системщиком, я достиг совершенства и я понял, что дальше я не смогу развиваться – есть более блистательные люди, нежели я» И тогда он занялся бизнесом. Когда он достиг в бизнесе огромных результатов, перестал им заниматься и стал заниматься политикой. А когда проиграл в политике, ему незачем стало жить. ...Березовский мне сказал, что он – православный. Мы говорили об искуплении, о чувстве вины, которое он испытывает перед народом. И я думаю, что если он, действительно, был православный человек, то мог бы пойти в монахи где-нибудь на Афоне. Мы бы могли в какой-нибудь каменной келье встретить человека с легким заиканием – иеромонаха Феофила, а, на самом деле, Бориса Абрамовича. Но он не пошел в монахи, и просто истаял. …Когда он сник, когда был повержен, израсходован, продолжением его борьбы с Путиным могла быть капитуляция. Он мог бы выбросить белый шарф, которым его и задавили. …Все говорили, у Березовского бойкий еврейский ум и ментальность русского человека. Я не думаю, что у него была ментальность русского человека. Что у него был бойкий еврейский ум, это совершенно точно. У него была ментальность советского, а не русского человека. Это разные вещи. И когда кончилось в нем советское и истаяло еврейское, потому что он проиграл как еврейский кибернетик, манипулятор, постоянный вечный игрок, ему ничего не оставалось, как написать покаяние. …Может быть, это был мазохистский ход. Березовский был очень сексуален, в нем бушевали страсти, плоть. Я не исключаю, что в его сексуальных переживаниях были очень сложные, тонкие вещи. Может быть, это был ход покаяться перед своим лютым врагом. Это вопрос парапсихологов, психологов, или писателей, но никак не политиков. Читайте нас в Фейсбуке и ВКонтакте