Похождения блудного имама
Дмитрий Орлов

Похождения блудного имама

В Рождественскую ночь в столице Дагестана был найден пропавший имам соборной мечети Ростова-на-Дону Наиль Бикмаев. И не просто найден, но еще и задержан, поскольку находился в составе вооруженной группы. «Бикмаев и еще два человека были задержаны оперативниками на улице Акушинского. Все трое были вооружены пистолетами с глушителями. По предварительным данным, подтвержденным самим Бикмаевым, он примкнул к участникам НВФ и собирался перейти на нелегальное положение», - сообщили в пресс-службе МВД Дагестана. Наличие у «священнослужителя» незаконного оружия исключает возможную трактовку происшедшего, что Бикмаев находился под конвоем «похитителей». Эта информация подтверждена и в Ростове. «Имам Наиль Бикмаев обнаружен в Дагестане в период рождественских праздников, он жив и здоров», - сообщил журналистам начальник ГУВД по Ростовской области Алексей Лапин. По его словам, уголовное дело, ранее возбуждавшееся по факту исчезновения Бикмаева, прекращено за отсутствием состава преступления. «Версия о том, что он сам хотел уйти в Дагестан, подтверждается», - сообщил Лапин. Он отметил, что жизни и здоровью ростовского имама ничего не угрожает. Чего нельзя сказать об его добром имени – добавим от себя. Как ранее сообщалось, имам соборной мечети Ростова-на-Дону Наиль Бикмаев, сын главы Духовного управления мусульман (ДУМ) Юга России Джафара Бикмаева, вечером 19 декабря ушел из дома, и 22 декабря, после обращения в милицию отца, был объявлен в розыск. Позже следственные органы СКР по Ростовской области по факту исчезновения даже возбудили уголовное дело по статье «Убийство» (ст.105 УК РФ). Тут же появились различные версии происшедшего, активно гуляющие по исламистским ресурсам Рунета. Разумеется, в «похищении» Бикмаева обвинили «русских фашистов» и спецслужбы. Что касается последнего, то это излюбленный прием ваххабитов. Когда очередной «муджахид» «выселяется в лес», его родня заявляет о похищении спецслужбами. Это обвинение моментально подхватывают и тиражируют «правозащитники». Таким образом, помимо пропагандистского эффекта, террористы получают своего рода «алиби». С помощью этого алиби некоторым задержанным бандитам, после того, как они рассказывали присяжным жалостливые и фантастические истории о своем многомесячном или даже многолетнем пребывании в «чекистских застенках», удавалось добиться оправдательного вердикта суда (что и послужило одной из причин отмены суда присяжных для террористов). Если же боевик погибал в боестолкновении, то его родня и правозащитники заявляли, что его замучили в застенках, а тело подбросили на место боя. Вполне вероятно, что в ближайшее время мы можем услышать о «провокации спецслужб», «жертвой» которой стал Бикмаев-младший. Впрочем, дело даже не в этом. Напомним, что руководство страны несколько лет назад решило, что лучший способ борьбы с религиозным экстремизмом среди мусульман – поддержка официальных исламских лидеров. В результате обласканные властями деятели Совета муфтиев России, такие как Равиль Гайнутдин и Нафигулла Аширов позволяют себе антихристианские, русофобские и, по большому счету, антигосударственные призывы и угрожают массовыми беспорядками в Москве. Другой мусульманский лидер – казый (региональный муфтий) Тюменской области Фатых Гарифуллин требует предоставить для намаза православные храмы. А официальный муфтий Республики Северная Осетия-Алания Али-хаджи Евтеев публично заявил о своих симпатиях к боевикам и своем общением с ними. Между тем, его скандальное интервью, данное ИА Регнум, после которого он был отправлен в отставку, весьма красноречиво говорит о том, насколько эффективно «официальный» ислам противостоит религиозному экстремизму: «Я хожу здесь на проповеди за джихад и делаю это намеренно, потому что ряд вопросов, на которые наложено табу духовными деятелями нашей страны, являются частью религии. Не говорить о них – значит, сказать, что ты вообще не мусульманин. Это вопросы халифата, джихада, шариатской формы правления и все, что вокруг этого. Мы по-хорошему уникальны на Северном Кавказе, и наша позиция такова: джихад является частью нашей религии. Он, в свою очередь делится на 14 степеней, одна из которых – вооруженный джихад. Но и ее мы признаем: да, мусульманин имеет право защищать свой дом, свое имущество, свою честь и свою религию. Это его право, более того, мы убеждены, что это самый верный способ заработать себе вечное блаженство. Я открыто говорю: как только я скажу, что джихада нет в исламе, я признаюсь, что уже не мусульманин, что я из числа вероотступников. Насчет халифата: сплю и вижу во сне, как мусульмане живут в исламском государстве. Мне это очень нравится, об этом я много читал, и все сделаю для того, чтобы когда-то это получилось у кого-нибудь. Притом понимаю, что у меня это не получится – я живу не в арабской, не в исламской стране. Но как придти к этому государству? У меня немного другой путь, чем у тех, кто в лесу…». Как считают на Востоке, немного – это почти ничего, совсем чуть-чуть, сущий пустяк. Правильно, «имам» Бикмаев?