Вопрос выживания Украины
Отдел информации

Вопрос выживания Украины

С.БУНТМАН: Добрый вечер всем, кто нас слушает, вэфире программа «Арсенал». Ведущие сегодня студии Александр Куренной иСергей Бунтман. Авгостях унас Дмитрий Рогозин,вице-премьер правительства РФ, председатель Военно-промышленной комиссии.

Ноначнем несВоенно-промышленнойкомиссии, асполитической обстановки— насколько влияет наположение России,— выведь политик более широкий, чемузко-специальной,— ситуация наУкраине.

Д.РОГОЗИН: Это геополитика, это даже неполитика, это гораздо более серьезная вещь. Собственно говоря, восточное партнерство, которое проводит Евросоюз, это политика, которую мызнаем еще современ крестоносцев, поэтому все какбы поспирали.

Вот сейчас тоже крестоносцы, которые сморковкой нащите имы, спредложениями опромышленной кооперации, посути дела, восстановлении того утерянного запоследние 20 лет. Мне кажется, что унас, безусловно, уРоссии иУкраины гораздо больше шансов договориться, чем действовать попути, покоторому Украину толкают, посути дела, собственно,национал-предатели. Потому что ассоциация сЕСивступление вЕС, как говорят вОдессе, две большие разницы.

Ассоциация— это путь вочередь, укоторой нет конца. Тоесть, тыберешь насебя обязательства, прежде всего, поповоду-де-индустриализациистраны, вконечном счете, Украина превращается встрану, вкоторой будет, влучшем случае, пшеница выращиваться итретьесортная европейская страна.

Мыже понимаем, что суровая, циничная европейская цивилизация уважает только сильных, уверенных всебе, благополучных, поэтому для России Европа тоже некакой-тозаказник, заповедник, куда мыникогда непойдем. Нет, наоборот. Евросоюз большая часть Европы, мытоже часть Европы, мыихрассматриваем вкачестве стратегического партнера, нопонимаем, что заходить вэто общее большое европейское пространство можно только тогда, когда мывосстановим собственную промышленность, когда нам будет чем торговать, когда унас появится интерес кпокупкамчего-тоболее серьезного, чем просто продукты питания.

Поэтому мыУкраине говорим, что надо вести себя именно таким образом— сдостоинством, разумением. Поэтому думаю, что последние дни— сейчас мызавершаем подготовку документов кодобрению двумя президентами, сегодня явстречался— только что квам приехал изДома правительства— встречался сделегацией украинских промышленников ичиновников,— возглавляет еевице-премьер правительства Украины Юрий Бойко.

Мытолько что прошлись подосье поавиации,ракетно-космическойпромышленности, судостроению, помоторостроению, поатомной промышленности, исогласовали все последние буквы протокола.

И если мыэто реализуем, для Украины это просто реальный шанс восстановить тот мощнейший потенциал, который либо спит, либо вомногом загублен, как, например, кораблестроение. Ябыл вНиколаеве неделю назад— Николаев, Запорожье, Днепропетровск, Киев— мытак проехались, сюга достолицы.

Вот вНиколаеве невервях— это «61 Коммунар», это Черноморский судостроительный завод— они стоят просто мёртвые, заброшенные. Как вфильме «Сталкер» Тарковского— примерно такое состояние.

Поэтому если мыивозьмем сейчас насебя вопросы, связанные соживлением промышленной кооперации сУкраиной, тороссийские промышленники должны понимать, что импридется столкнуться спроблемами застоя, разрухи, которая наблюдается вукраинской промышленности втечение последних десятилетий.

С.БУНТМАН: Есть опасения состороны Украины впотере, утрате суверенитета. Россия может сказать, что при такой-то кооперации, интеграции, она ненасловах, анаделе уважает украинский суверенитет?

Д.РОГОЗИН: Потеря суверенитета, или частичная утрата суверенитета, или разделение суверенитета— это все то, что обычно происходит при интеграции того илидругого государства вкакую-томеждународную организацию. Скажем, вступление вЕСэто, безусловно, передача надгосударственным структурам части собственного суверенитета, или НАТО, например— это очевидно совершенно.

Тоесть, право принимать решения потаким вопросам, как война имир, посути дела, передается вдругую страну, вдругой город— вБрюссель, вчастности. Поэтому именно путь евроинтеграции это как раз путь, собственно говоря, кутрате Украиной нетолько части своего суверенитета, ноиэто путь кутрате промышленности, промышленной основы, налогооблагаемой базы.

Я4 года проработал вБрюсселе, язнаю эти людей— они очень прагматичные, жесткие, холодные, европейские политики. Для них Румыния— это страна, которая, извините, явно совершенно невцентре, аназадворках понимания ими смысла Европы, брюссельцами. АужМолдавия, которая хочет вступить вРумынию— яимею ввиду либералов кишинёвских, это вообщекакой-то4–5 круг, это такие аутсайдеры, такая глухая провинция, глухомань европейская, что ужаскакой-то.

С.БУНТМАН: Украине трудно стать такой глухоманью.

Д.РОГОЗИН: Без промышленности она станет глухоманью.

С.БУНТМАН: Насколько Россия может делами своими показать, что может способствовать восстановлению украинской промышленности.

Д.РОГОЗИН: Даэто для них вопрос выживания, уних других шансов нет. Яприведу пример— скажем, проекты «наземный старт», «морской старт». Программа «Днепр»— покосмосу. Это, посути дела, вопрос выживания крупнейшего предприятияЮжмаш-заводиКБ«Южное» вДнепропетровске. Потому что сейчас унас ест единственный крупный совместный проект— это ракета носитель «Зенит», которая на70% состоит изроссийских комплектующих, на30%— изукраинских. Ноэта ракета является основной для морского старта иэто ракета основная для программы, которую мысейчас отрабатываем вместе сКазахстаном— ябыл недавно вАстане, встречался сНазарбаевым, мывсе вопросы согласовали.

Поэтому, посути дела, если этих проектов небудет, других проектов уУкраины нет. Тоесть, этот завод надо закрывать иотправлять людей вочереди безработных, авсе остальное, собственно говоря, это металлолом.

Если взять авиапром— онтоже никому ненужен— нив Европе, нигде. Скажем, китайцы интересовались наранних этапах украинским авиапромом, прежде всего даже нестолько самолетами, сколько двигателями— это мотор СИЧ, завод Запорожья, «Ивченко»— «Прогресс», КБочень хорошее, толковое. Новсе антоновские самолеты являютсяроссийско-украинскими.АН-70— самолет, который сейчас незапускается впроизводство, транспортный самолет, ноонпринадлежит России иУкраине. Тоесть, насамом деле уУкраины даже нет шансов найтикакого-тодругого партнера.

С.БУНТМАН: Апри восточном альянсе это все закроется?

Д.РОГОЗИН: Это все будет загружено заказами. Более того, мынеидем сейчас нато, чтобы брать насебякакие-тоукраинские заводы, мыидем подругому пути, путь, мне кажется, очень разумный иподержан обеими сторонами— мысоединяем интеллект. Тоесть, например, Объединенная вдигателестроительная корпорация РФсоздает единый инженерный центр, ккоторому, ввиде СП, присоединяется«Ивченко-Прогресс»— это очень важно.

Второй момент. Авиапром. КБАнтонова вКиеве изавод, который является фактическизаводом-КБ, создают совместное предприятие сОбъединенной авиастроительной корпорацией— Транспортные самолеты, это подразделение ОАК нашей корпорации. Они примерно равноценны. ОАК сам посебе больше, чем КБАнтонова, нотранспортные самолеты, прежде всего, КБИльюшина, они входят с«антоновцами» вединый контакт иунас уже появляется перспектива начала работы над крайне востребованным нетолько нароссийско-украинскомрынке, авКитае, Индии,— дальнемагистральный широкофюзеляжный самолет.

Наши КБсейчас перегружены работой. Мыдаже неуспеваем делать то, что заказывает Минобороны— слишком много заказов. Ипромышленность какбы раскачивается, раскручивается, ноименно сейчас как раз мыможем загрузить украинские предприятия нашими общими заказами. Иэто для Украины единственный шанс. Это даст ейэкономику, восстановит еепромышленный потенциал, даст ейденьги вбюджет— они почувствуют себя нормально, нормальными людьми, коими всегда были. Советские промышленники, работники большой, огромной советской индустрии, проживающие иработающие натерритории Украинской Советской Социалистической Республики.

Поэтому еще раз говорю— шансов нет. Альтернативы нет. То, что мыпредлагаем, неимеет альтернативы. Это невопрос компромисса, это вопрос выживания Украины. Ите, кто этого непонимают, кто наМайдане стоит, они непонимают самого простого. Имкажется, что ихкто-тонепустил вЕС, имдаже необъяснили, что ихинесобирались брать вЕС, импредложили встать вочередь впредбанник, авовсе непопариться всамой баньке.

С.БУНТМАН: Связанное сэтим Приднестровье, которое оказывается зажатым между Молдавией иРумынией. Такая «территория нигде», инкрустация.

Д.РОГОЗИН: Что касается понимания огромных проблем, скоторыми может столкнуться Приднестровье, аэто полмиллиона жителей, изних около 200 тысяч— граждан РФ, примерно 70 тыс. —граждане Украины. Всеостальные-либограждане Молдовы, либо люди спаспортами самого Приднестровья, непризнанное республики.

Вовлечение Кишинёва, Молдовы, вассоциацию сЕС, уже черезгод-полторапоставит экономику Приднестровья награнь выживания, потому что фактически они окажутся вэкономической изоляции. Иестественно, Россия, икак международно признанный посредник впереговорах, гарант стабильности вэтом регионе ипросто как страна, огромное количество граждан которой проживают заеепределами вПриднестровье— мыдумаем отом, как спасти наших людей.

Ядумаю, что вближайшее время руководство страны рассмотрит вопросы, связанные сПриднестровьем, инетолько с

Приднестровьем-тоесть, рассмотрит вопросы итогов Вильнюсского саммита. Я, как специальный президент России поПриднестровью, соответствующие предложения подготовил, внес ихпрезиденту,— думаю, они будут рассмотрены. Потом, ядумаю, мыпоговорим отех экономических решениях, которые позволят нам недать Приднестровью быть задушенным.

Ссылка

Источник

Читайте нас в Фейсбуке, ВКонтакте и в Твиттере