Вчера Владимир Путин вместе с представителями грузинской оппозиции Нино Бурджанадзе и Зурабом Ногаидели открыл в Москве мемориал «В борьбе против фашизма мы были вместе». После того, как в Кутаиси был взорван Мемориал Славы, в результате чего погибли случайно проходившие мимо женщина и ребенок, Россия вызвалась восстановить этот мемориал в Москве.
МИД Грузии уже разразился гневными заявлениями, утверждая, что открытие мемориала в Москве есть провокация. На самом деле Грузия проявляет уважение к памяти погибшим в Великой войне. К сожалению, МИД Грузии не уточнил, почему Мемориал Славы был именно взорван, а не перенесен в другое место, почему нельзя было восстановить его в Тбилиси, и почему в обществе активно обсуждается закон о запрете советской символики, в том числе, орденов и медалей ветеранов.
Визит грузинской оппозиции на церемонию открытия мемориала в Москве тоже есть некий знак. Вряд ли г-н Ногаидели или г-жа Бурджанадзе могут считаться пророссийскими политиками. Однако то, что они способны к диалогу с Москвой, совершенно ясно. К сожалению, не все российские политики хорошо знают политические реалии Грузии, а также то, что оба оппозиционера не пользуются широкой поддержкой населения. Впрочем, сейчас сложно сказать, кто же пользуется безоговорочными симпатиями, потому что политическая жизнь страны значительно поутихла после гонений на инакомыслящих, устроенных президентом Саакашвили.
Кроме того, в условиях постоянного противостояния с Россией, а также тщательно поддерживаемой паранойи относительно российского вторжения, демонстрации по ТВ «разоблачительных» фильмов и т.д. управлять запуганным народом и проще, и легче. Особенно если держать его на голодном пайке.
Президент Саакашвили, между тем, очень активно работает на постсоветском пространстве. Он налаживает особые отношения с Белоруссией, благо Александр Лукашенко последние годы ходит обиженный на лишение его доступа к нефти. После того, как на Украине стали заговаривать о пересмотре газовых контрактов, г-н Саакашвили усилил контакты с руководством этой страны. Он продолжает работать и с Европой, и с США. Надо отметить, что его усилия значительно более результативны, чем неуклюжая позиция Кремля, которая выражается в положении: «С Саакашвили мы переговоров вести не будем». При этом Россия занимает выжидательную позицию, не развивая свои военные успехи на поле дипломатии. Бездействие, вызванное то ли некомпетентностью уполномоченных лиц, то ли сознательно выбранное, что тоже говорит о некомпетентности, ведет к поражению на информационном фронте.
Открытие мемориала в Москве тоже не было достаточно грамотно использовано в антисаакашистской пропаганде. Работа с диаспорой, которая довольно многочисленна и влиятельна, строится на маловразумительных принципах, зачастую непоследовательна. У российских чиновников нет понимания, что грузины не так сильно ностальгируют по СССР, как им кажется. Несмотря на то, что Грузия лучше всех жила в Союзе, у грузин сильно чувство обиды на Россию. Такова особенность национального характера, из-за чего получила хождение поговорка «каждый грузин – князь». Российская политика строится на прагматизме, в то время как для грузин ценнее эмоциональные шаги, вроде фразы «Я – грузин!», брошенной американским политиком Маккейном.
Кроме того, подобными акциями проще оперировать, чем скучными расчетами, сколько именно потерял рузинский рынок от осложнения отношений с Россией.
То, что Владимир Путин открыл мемориал в Москве, безусловно, правильно. Но использовать данное событие, равно как и приезд грузинских политиков в Москву, нужно было интенсивней.
По материалам РосИнфоНет
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках