Молдавию все еще продолжает лихорадить: даже после повторного пересчета голосов ни одна партия не обладает достаточным количеством голосов, чтобы приступить к выборам президента страны с полной уверенностью в результате. Визит Сергея Нарышкина в Молдавию отнюдь не внес ясности в вопрос о курсе, по которому предстоит двигаться этой маленькой стране с большим геополитическим конфликтом.
Если так называемые «либеральные» политики вроде Михая Гимпу или Владимира Филата прекрасно представляют, в каком направлении им стоит подталкивать Молдавию, чтобы поскорее оказаться в крепких руках Румынии, то у демократов и коммунистов такой четкой позиции нет. Во многом это связано с Россией.
Такое ощущение, что у России нет определенного мнения, каковы же ее интересы в данном регионе. Если рассуждать прагматически, то Молдавия является большей помехой, чем приятным приобретением. Если же рассуждать сентиментально-исторически, то русские пролили на молдавской земле немало крови, чтобы вот так, за здорово живешь, отказаться от претензий на влияние в регионе. Других точек зрения, по всей видимости, у руководства России нет.
В России существует кризис миросознания, что делает ее политику крайне уязвимой как извне, так и изнутри. Некая инерция, которая продолжает действовать в ментальности бюрократов, по сути, является единственной силой, которая как-то движет российскую политику на постсоветском пространстве. Но инерцию сознания нельзя выставлять на витрину государственной внешней политики. Если у Российской Империи и СССР были некие установки, позволяющие использовать их как платформу для отстаивания собственных притязаний на влияние в тех или иных странах, то сейчас аналогичные претензии России выглядят странновато. И вопросы европейских и американских чиновников вроде «а с чего вы взяли, что эта страна входит в вашу зону влияния?», вполне логичны. Если это непонятно самим русским, то с чего бы стало понятно иностранцам?
Между тем, пока в Москве мучительно пытаются скрестить усопший советский миф с некими имперскими амбициями, ЕС действует проще и быстрее. Накладывая свою длань на Молдавию, Евросоюз обещает повышение уровня жизни для молдаван, в обмен требуя безусловную покорность и лояльность. При этом старшим братом Молдавии как бы назначается Румыния, которая во многом способствовала возникновению конфликта с Приднестровьем.
К сожалению, память человеческая избирательна. Лозунги о сытой жизни в Европе стали причиной отделения от России. Те же лозунги стали причиной межэтнических столкновений в Приднестровье, которое что-то не слишком спешило составлять компанию молдавским ходокам на Запад. Теперь та же потрепанная приманка используется для введения, по сути, внешнего управления. Заинтересован ли внешний управляющий в развитии Молдавии? Вряд ли. На то он и внешний управляющий. Все разговоры о принятии Молдавии в ЕС пока что остаются только разговорами, ведь сами европейцы считают, что ближайшие десятилетия им вполне хватит тех территорий, что уже входят в ЕС, организацию, еще не до конца отлаженную и оформленную.
Получается, все туманные обещания принять Молдавию в ЕС откладываются на «когда-нибудь». Понятно, что это «когда-нибудь» будет постоянно откладываться, как только Молдавия будет пытаться ускользнуть из-под твердой румынской длани.
Кроме того, Европа, которая зазывает Молдавия присоединиться к числу ее ближайших друзей, отнюдь не спешит восстанавливать экономику и приличную жизнь в республике, выдвигая немало требований, основным из которых является все то же подчинение всем политическим и экономическим требованиям Брюсселя. Пока что речь идет о грядущих инвестициях. Но куда европейцы будут инвестировать? Куда они инвестировали в Латвии, Литве и Прибалтике? В Испании? В Болгарии? Обещать – не значит жениться.
Европа является крайне слабой альтернативой России. Если бы только Россия смогла использовать свое стратегическое преимущество, ведь молдаван и русских связывает и язык, и культура, и история, и межэтнические браки, и многое, многое другое. Но как можно использовать что-то, если не знаешь, зачем оно нужно?
Для России настало время определиться в своем дальнейшем пути. Потому что нельзя звать попутчиков, если не знаешь, куда собираешься идти. Территориальные конфликты, подобные Приднестровью, вполне разрешимы, если мировоззренческие позиции всех участников совпадают. Это вполне понимают в Европе, когда утверждают, что приднестровцы согласятся на мир с Молдавией, если та станет участником евроинтеграции. Но разве не произойдет то же самое, только проще, легче и быстрее, если Молдавия оставит свои прорумынские иллюзии, и вернется на орбиту России?
Ключ от приднестровского конфликта лежит в Кремле: именно Москва должна решить, готова ли она использовать его по прямому назначению.
По материалам ИА РОСИНФОНЕТ
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках