Непокорённый Павлоград
Александр Дмитриевский

Непокорённый Павлоград

В ночь на 16 февраля 1943 года началась одна из самых героических, но, тем не менее, малоизвестных страниц Великой Отечественной войны: город Павлоград Днепропетровской области был освобождён восставшими подпольщиками, которые удержали его до прихода регулярных частей Красной Армии. К сожалению, из-за военных неудач, постигших советские войска, этой победой воспользоваться не удалось, а сам подвиг павлоградцев так и остался в тени. Сегодня это «белое пятно истории», достоверно установить многие подробности которого вряд ли когда-нибудь окажется возможным: живых участников тех событий меньше, чем пальцев на руке... Коррупция – страшнее партизан Впервые о партизанском движении на Украине Совинформбюро сообщило 14 октября 1941 года, и эта сводка касалась деятельности двадцати восьми отрядов из Днепропетровской области, базировавшихся в долинах рек Орели, Самары и Волчьей, где произрастают достаточно крупные лесные массивы. В начале ноября на областной партийной конференции, состоявшейся под Новомосковском, было принято решение об объединении партизанских сил. Спустя месяц народные мстители провели крупную операцию против гитлеровцев в селе Вольное Перещепинского района, в ходе которой уничтожили воинскую часть и освободили несколько сотен военнопленных. Но потери среди партизан были большими, поэтому они решили рассредоточиться и превратиться в подпольные группы. У подпольщиков Днепропетровской области крупных провалов не было только в Павлограде: известен даже случай, когда одного из руководителей подполья гитлеровцы угнали на принудительные работы в Германию, так и не узнав кто он. Во многом это – результат умелого руководства проживавшего в городе Первого секретаря подпольного Днепропетровского обкома ВКП(б) Героя Советского Союза Николая Сташкова. Был схвачен и сам Сташков, причём, случайно, по доносу прохожего опознавшего в нём партийного работника предвоенных лет. Впрочем, оккупантам и от него не удалось ничего выведать, а о том, какую он занимал должность, сведения им поступили только после расстрела арестованного. Второй причиной удачной работы подпольщиков стала вопиющая коррупция, царившая в стане противника: Павлоград был далеко от линии фронта, и считался весьма «тёплым» местом службы. Тех же, кто не желал сложить свои головы во славу фюрера где-нибудь на берегах Северского Донца и в скалах Донецкого кряжа, а чуть позднее – под Сталинградом и на перевалах Кавказа, в немецкой армии тоже было немало. Для такой категории людей – все способы хороши, а там, где есть спрос – появится и предложение. Хватало в немецкой администрации и тех, кто по разным причинам «держал зуб» на гитлеровский режим. Поэтому за взятку, чаще в виде еды и самогона, продавались и покупались должности, выменивались оружие, боеприпасы и амуниция, а также освобождались пленные, находившиеся в местном дулаге – пересыльном пункте. Кроме немцев, в городе стояли ещё итальянские, венгерские и румынские части, сидевшие на пайке настолько голодном, что в реке Волчья, протекающей по окраине города, несколько лет после войны не водились лягушки: всех поели. Всё это играло на руку подпольщикам. Клара Таблер-Новикова, немка по национальности, стала переводчицей дорожной жандармерии, а впоследствии возглавила один из её батальонов, укомплектованный не вышедшими из окружения кадровыми офицерами Красной армии, часть которых освободили из местного лагеря военнопленных за уже упоминавшиеся взятки. В нём были сформированы две подпольные группы по пятьдесят человек в каждой, которые были отлично вооружены, и пользовались правом беспрепятственного проезда по железным дорогам. Именно она похитила в жандармерии гербовую печать, типографский шрифт и сто бланков важнейших документов. Секретарь подпольного горкома Степан Прибер в оккупированном городе работал контролёром электросети и по делам службы часто посещал особо охраняемые объекты. Свои люди у антифашистов были практически везде: в редакции местной газеты работал поэт Николай Шуть, а директором типографии стал Борис Шимановский, сильно помогавшие в выпуске листовок. Подпольщикам удалось устроить своих людей даже в немецкий госпиталь, откуда добытые в продукты и медикаменты переправлялись военнопленным, а также тем освобождённым из пересыльного пункта, кому требовалось лечение. Неоднократно устраивались диверсии. Об одной из них вспоминает подпольщица Нина Кутняк, одна из последних доживших до наших дней участников восстания: - Меня направили работать на станцию путевым рабочим. За нами наблюдали два немца – Нагель и Курт. Курт был высокий и злой, а вот Нагель из города Эссен позволял нам отдыхать больше положенного, потом у нас с ним сложились хорошие отношения. Однажды мы получили задание подорвать эшелон. Я принесла и положила две магнитные мины в бурьян, но так получилось, что Нагель случайно увидел их. Мы на него направили оружие (он не знал, что оно у нас есть) и пригрозили разделаться не только с ним, но и его семьёй если об этих минах узнает кто-то ещё. Поезд прибыл в десять вечера, издалека был слышен шум тяжёлого состава. Возле каждого вагона – часовой. Нагель заслонил меня от часового, я подцепила мину на вагон. Потом он так же помог и моему напарнику. Состав взорвался далеко от населённого пункта на высокой насыпи – чтобы немцы не расстреляли мирных жителей. На третий день Нагель не пришёл, спросили Курта, что с ним. Тот отвечает: «У Нагеля нервный срыв, так как получил письмо о том, что англичане разбомбили Эссен, пострадала его семья...» Неделю лежал Нагель, а когда пришёл на работу – мы его не узнали: от известия о гибели эшелона у него случился стресс, но солдатам сказал о бомбардировке. «Поднимали мы знамя восстания...» Павлоградское восстание – не случайный акт: к нему долго шли, оно планировалось ещё в 1942 году во время неудачного наступления советских войск под Харьковом. Но тогда Украинский штаб партизанского движения не дал разрешения: было понятно, что армия прийти на помощь не сможет. Перед восставшими ставилась задача оказать помощь наступающим частям РККА, сохранить предприятия, узловую железнодорожную станцию и материальные ресурсы. По разным источникам насчитывается 27 групп участвовавших в нём. Стоит отметить, что силами восставших был освобождён не только Павлоград, но и соседний райцентр Петропавловка. Был разработан чёткий план, группы должны были начать действовать одновременно в ночь с 15 на 16 февраля 1943 года. Но уже 13 февраля первая группа из числа дорожных жандармов под командованием Андрея Нестеренко вынуждена была вступить в неравный бой на кожевенном заводе, так как её обнаружил противник, а остальные не были готовы прийти ей на помощь. После её гибели немцы решили, что подавили восстание. Но в ночь на 16 февраля в районе Харьковской улицы группы подпольщиков возобновили боевые действия. Восставшим удалось взять под контроль стратегически важные мосты через реки Волчью и Самару, овладеть железнодорожным узлом и телеграфной станцией и разгромить несколько частей противника. Были освобождены узники тюрем и военнопленные, несколько сотен из них присоединились к восставшим. Воспользовавшись суматохой, подпольщики похитили из комендатуры портфель с документами, среди которых оказалась карта дислокации гитлеровских войск. Её через связного незамедлительно передали командованию 4-го гвардейского стрелкового корпуса. Более суток длился бой на улицах Павлограда. На рассвете 17 февраля 1943 года в город ворвались части 35-й гвардейской стрелковой дивизии. Восставшие выполнили самую главную задачу: сохранили основные объекты от разрушения, спасли от врага семьдесят пять тракторов и более миллиона советских рублей деньгами. В тот же день заработали горисполком и горком партии, милиция, пекарня, прачечная, госпитали. Пять дней город находился в руках советских войск: узнав о происшедшем, Гитлер, находившийся в Виннице, приказал стереть непокорный Павлоград с лица земли. Началось вражеское контрнаступление. Фашисты с воздуха «утюжили» город, бросили в бой танковые части. 22 февраля 1943 года Красная Армия вынуждена была отступить, вместе с ней ушло более двадцати тысяч человек. Часть из них вступила в ряды армии, часть стала беженцами, осев впоследствии в Луганской и Воронежской областях. Ворвавшись в город, немцы устроили расправу: бросали гранаты в подвалы и землянки, расстреливали всех попавшихся под руку. И только в середине сентября 1943 года Павлоград был освобождён окончательно. Белое пятно истории Никто по горячим следам не занялся этим событием всерьёз: не очень удобно было говорить об успешных действиях партизан, результатами которых не смогли воспользоваться регулярные части. Кроме того, многие участники восстания воспринимали эту страницу своей биографии не каким-то подвигом, а как долг совести, который оценивать великими категориями не принято. Не все руководители подполья пережили войну. От рук гитлеровских палачей пали Борис Шимановский и Николай Шуть. Секретарь подпольного горкома Степан Прибер, отступивший вместе с частями Красной Армии был вызван в Москву, получил назначение в партизанское соединение Сабурова и погиб на Западной Украине. А большинство переживших разъехались на восстановление народного хозяйства в другие города СССР. Были и те, кому довелось испить чашу недоверия, как например, Кларе Таблер-Новиковой, несмотря на то, что проверка, проведённая органами советской контрразведки показала её полную невиновность. Оклеветали и погибшего Николая Шутя, и немалого труда стоило вернуть ему честное имя. По понятным причинам не было сделано ни одного фотодокумента, а в официальной историографии о подвиге павлоградцев вспомнили только в 1960-х годах, ему было посвящено всего несколько строк в хрущёвской «Истории Великой Отечественной войны». А когда краеведы четверть века назад стали серьёзно заниматься проблемой, то выяснилось, что вопросов намного больше, чем ответов на них... Читайте нас в Фейсбуке, ВКонтакте и в Твиттере