Мария Соловьева

Казахстан хочет льгот в Таможенном союзе

Похоже, что Таможенный союз не так просто создать, как казалось. История этой организации, еще не вступившей в жизнь в полной мере, уже усеяна шипами скандалов. То Белоруссия все никак не могла вступить с ТС, то принятие кодекса откладывалось, то пошлины на нефть и нефтепродукты становились камнем преткновения и служили отправным пунктом в информационной войне между Москвой и Минском. Нынче свое веское слово решил сказать Казахстан. Астана настаивает на сохранении своей ставки на нефть. От российской казахстанская ставки отличаются примерно в 15 раз: $20 и $290 соответственно. В случае повышения ставки до российской себестоимость казахстанской нефти резко возрастет и экономический смысл ее экспортировать пропадет. Однако, помимо нефтяных экспортных пошлин, Таможенный союз ожидает немало интересных открытий. Так, пошлины на ввоз иномарок существенно отличаются в Белоруссии, Казахстане и России. Пока ходили слухи об унификации пошлин в России и Белоруссии, ряд предприимчивых белорусских граждан успели закупиться за границей недорогими иномарками, планируя их поставить в Россию после выравнивания пошлин и выгадать на разнице в цене до и после. Увы, их идеальной спекуляции так и не суждено было сбыться: вопрос отложен надолго. Надо понимать, не в последнюю очередь виной тому предстоящие в Белоруссии выборы. Очевидно, что сырьевые экономики, а таковыми стоит признать все экономики входящих в ТС государств, более всех прочих зависят от ставок пошлин на экспорт природных ресурсов. Однако не пошлинами едиными жив Таможенный союз. Политически, ТС обязан своим существованиям Астане и Москве почти в равной степени. Пока что Нурсултан Назарбаев крепко держит власть в своих руках, и отчетливо блюдет свою выгоду. Которая в немалой степени зависит от хороших отношений с Россией. Кроме того, Казахстан является значимой транзитной державой на пути в Китай. И, хотя у России есть своя граница с Китаем, воспользоваться помощью Астаны в налаживании отношений с соседями было бы неплохо. Это касается и Киргизии, этнически связанной с Казахстаном, и Узбекистана, на сегодня очень непростой республикой в Средней Азии. Интерес Запада к Казахстану тоже можно использовать в свою пользу, решая сложные вопросы с помощью Астаны. Сейчас Астана является председателем в ОБСЕ, в условиях активизации урегулирования приднестровского конфликта помощь представителей Казахстана в этой организации может оказать значительное влияние на весь процесс. Однако непростая судьба Таможенного союза внушает опасения. Слишком независимы стали элиты бывших советских республик, слишком амбициозны политики, чтобы объединение прошло без сучка, без задоринки. Все эти вопросы могут стать как рабочей моделью для утрясания дальнейших спорных вопросов, так и первыми трещинками. Одно можно сказать точно: строить Таможенный союз, а с ним и Единое экономическое пространство необходимо. Во-первых, такова историческая инерция развития: Казахстан и Белоруссия получили государственность впервые в своей истории, до этого они были частью Российской империи. Во-вторых, географическую целесообразность никто не отменял. В-третьих, вместе проще решать вызовы современности. Во время создания таких сложных общностей, таких глобальных проектов нельзя помнить лишь об экономической целесообразности и выгодах сторон. Нужно иметь в виду и нечто большее, а именно духовные перспективы. Из экономических договоренностей Европы вырос Евросоюз, конфедерация, спаянная духом европейских ценностей: свободы, демократии и социального равенства. Из проекта Таможенного союза и ЕИП тоже может вырасти нечто совсем иное. Если, конечно, все мы сможем справиться со своей жадностью.