В Северной Осетии была предотвращена попытка погрома. Около трехсот человек пытались напасть на поселок Карца Пригородного района Северной Осетии, населенный преимущественно ингушами. Таким образом, они собирались отомстить за очередной террористический акт, унесший жизни многих людей.
Напомним, что в ходе расследования сразу появился «ингушский» след. В день теракта были арестованы трое подозреваемых в причастности к взрыву. В том числе милиционеры задержали бывшего владельца взорванного автомобиля – жителя ингушского поселка Экажево. Он рассказал, что продал автомобиль накануне теракта одному из односельчан, выписав доверенность на фамилию Арчаков. Однако следователи выяснили, что Магомед Арчаков погиб в начале этого года от удара электрическим током во время работы на электростанции. Личность террориста пока не установлена.
В результате взрыва на рынке погибли 17 человек, 191 – получили ранения. Для маленькой республики, большинство жителей которой связаны родственными отношениями, это очень много. И взрыв отозвался во всех осетинских сердцах болью и негодованием. Еще 11 сентября у здания правительства Северной Осетии прошел несанкционированный пикет, в ходе которого студенты нескольких крупных осетинских вузов договорились 13 сентября собраться у Горского сельхозинститута на улице Кирова. Там митингующие (около 300 человек) требовали закрыть доступ террористам в Северную Осетию и изгнать из республики пособников террористов. Затем они прошли по центральным улицам Владикавказа. Решение громить ингушей в Карце возникло стихийно. Но, к счастью, возмущенную толпу остановил заслон из сотрудников осетинского ОМОНа и бойцов внутренних войск. В ходе переговоров молодежь удалось убедить удержаться от противоправных действий и разойтись.
Отметим, что взаимоотношения осетин и ингушей последние восемнадцать лет остаются весьма непростыми. В 1992 году ингушские экстремисты при поддержке чеченских боевиков предприняли попытку силового отторжения у республики Северная Осетия Пригородного района и части Владикавказа, но были отбиты отрядами осетинского ополчения и милиции. В ходе вооруженного конфликта обе стороны понесли значительные потери, а ингушское население приграничных осетинских районов вынуждено было покинуть свои дома.
После этого обстановка на административной границе долгое время оставалось напряженной – имели место обстрелы, нападения, угон скота, захват заложников. МВД Осетии даже было вынуждено привлекать к охране ингушской административной границы отряды ополченцев и казаков.
К взаимным обидам следует прибавить и то, что большинство кровавых террористических актов, происшедших в Осетии, имели явный «ингушский» след. Но справедливости ради следует отметить, что обвинять в их совершении не только ингушей, но и ингушских националистов нельзя. Дело в том, что за всеми этими взрывами стоят ваххабиты, которым нет дела до ингушских территориальных притязаний, и которые стоят, как известно, на позициях интернационализма.
Но ваххабитам хорошо известны все особенности осетино-ингушских отношений. И именно поэтому они привлекали и привлекают к исполнению терактов на территории Северной Осетии не русских или осетин (которые тоже есть среди ваххабитов), ни кабардинцев и чеченцев, а именно этнических ингушей. Для того чтобы «освежить» старую вражду, и если получится, спровоцировать новое вооруженное противостояние, и тем самым дестабилизировать ситуацию на Северном Кавказе.
Особенно выигрышно для врагов нашей страны, масштабные столкновения осетин и ингушей можно легко представить как христианско-мусульманское противостояние.
До сих пор осетинскому народу хватало мудрости и выдержки, чтобы не дать врагам отечества превратить себя в инструмент для достижения своих страшных целей. И есть надежда, что хватит и в этот раз.
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках