Ирина Антонова

Ученая Фатима

О смертницах, виновных в недавних взрывах в столичном метро, появляется все больше информации. И если с подорвавшейся на станции «Парк Культуры» 17-летней Джанет Абдурахмановой, вдовой лидера дагестанских боевиков Умалата Магомедова по прозвищу Аль-Бара, уничтоженного в конце прошлого года, все понятно, то задействованность террористки Марьям Шариповой, убившей людей на Лубянке, вызывает массу версий…

В минувшую субботу в прокуратуру Унцукульского района Дагестана обратился с заявлением учитель средней школы селения Балахани Расул Магомедов, заявивший, что опознал свою дочь 28-летнюю Марьям Шарипову (всем детям в этой семье дается фамилия Шариповы по имени деда) по фотографиям одной из смертниц, взорвавшей себя 29 марта в метро на станции «Лубянка». По словам педагога, он выразил готовность помогать следствию. Он и его супруга уже сдали фрагменты ногтей и кровь для проведения ДНК-экспертизы.

- Я и моя жена сразу же узнали нашу дочь Марьям, — сказал журналистам Расул Магомедов. — Когда жена видела нашу дочь в последний раз, на ней был тот же красный платок, что и на фотографии. Уже несколько дней мы не знали, где она находится».

Он сообщил, что днем 28 марта его дочь Марьям Шарипова вместе с матерью ездила на рынок в Махачкалу, потом отправилась навестить подругу и больше домой не возвратилась. После взрывов в Москве односельчане и родственники Расула Магомедова узнали его дочь по фотографиям, распространенным в Интернете. Одно из этих изображений и отправили на мобильный телефон отцу.

Магомедов, по его словам, первым делом позвонил журналистам, потому что хотел, чтобы дальнейшие события проходили публично и помогли понять, каким образом его единственная дочь оказалась в Москве, и отправился в прокуратуру.

Действительно, дело темное, учитывая в какой семье родилась и воспитывалась будущая смертница. Ее отец всю жизнь преподавал русский язык и литературу (!) в школе селения Балахани, мать — там же биологию. Сама Марьям окончила с красным дипломом в 2005 году Дагестанский педагогический университет. У нее два высших образования: математическое и психологическое. После окончания университета она вернулась в Балахани, где стала преподавать информатику в местной школе. Кроме того, она была соавтором 3 научных работ. Жила Марьям дома с родителями.

«Мы до сих пор не можем в это поверить, — утверждает Расул Магомедов. — Я бы очень хотел, чтобы следствие сумело установить объективную картину произошедшего. Мы даже не можем предположить, каким образом Марьям могла оказаться в Москве. Да, она была набожна. Но никогда не высказывала никаких радикальных убеждений. Я полностью исключаю возможность того, что кто-то мог ее психологически обработать. Она сама имела диплом психолога. Постоянно жила с нами дома в селении, работала учительницей в школе. И всегда была на виду». По словам друзей и знакомых Шариповой, «Марьям была спокойным и уверенным в себе человеком, всегда любила учиться». Никто и никогда не замечал за ней никаких экстремистских высказываний или неадекватного поведения.

Понятно, что при таком раскладе иной версии, как то, что Марьям банально запугали (например, убийством ее семьи) и использовали в своих целях боевики, у друзей и знакомых Шариповой не возникает. Согласно другим предположениям, девушку могли украсть и накачать наркотиками, раз сама она по доброй воле не согласилась стать смертницей.

Однако в семье Магомедова, несмотря на внешнее благополучие не все так гладко. Еще в мае 2008 года одного из братьев Марьям, Ильяса Шарипова, задержали за хранение гранаты, похищение человека и причастность к незаконным вооруженным формированиям. Около восьми месяцев велось следствие, все это время Шарипов находился в СИЗО Махачкалы. Однако в итоге унцукульский районный суд оправдал Ильяса по всем статьям (кроме хранения гранаты, которую, как утверждал Шарипов, ему подбросили при задержании). «С тех пор мы постоянно под наблюдением. Вот недавно следователь сообщил мне, что Ильяса опять подозревают в причастности к какому-то убийству. И тот факт, что во время этого убийства мой сын уже находился в СИЗО Махачкалы, его почему-то не смущает», — жалуется Расул Магомедов, в доме которого частенько проводятся обыски. Кстати сказать, самого Магомедова неоднократно вызывали на допросы. Последний раз — 4 марта, когда заместитель начальника УФСБ Анвар Шамхалов лично приехал за Магомедовым и отвез «на прием к министру внутренних дел Дагестана Али Магомедову». Впрочем, с министром тот так и не встретился, зато узнал, что его дочь Марьям является женой лидера губденской бандгруппы Магомедали Вагабова.

«Я в тот же день спросил у дочери, правда ли это, — говорит Расул. — Однако она сказала, что никакого отношения к подполью не имеет. И замуж никогда не выйдет, не спросив моего разрешения».

Но, как известно, дыма без огня не бывает. Кто знает, вполне вероятно, что у засидевшейся в девках (в 28 лет на Кавказе не вышедшая  замуж женщина уже - перестарок) Марьям, слишком образованной и вынужденной прозябать в селении, элементарно начались проблемы с психикой. И Магомедали Вагабов действительно появился в ее жизни. Физиологию, даже в селениях и аулах пока еще никто не отменял (не спасает в этом вопросе и психологическое образование), а обманывать родителей могут даже «набожные» девицы.