Александр Дундич

Белая Русь как главный форпост Триединой Руси

«Черногорцы? Что за племя?», - вопрошал в пушкинской поэме самонадеянный Наполеон. Похожим вопросом задаются поляки, только со своим подтекстом. Белорусы? Что за племя? Что знают о них поляки, так долго пытавшиеся подавить Белую Русь своей католической пятой? Оказывается, практически ничего.

Такого мнения придерживается профессор Центра восточных исследований Вроцлавского университета Здислав Винницкий. Он утверждает, что, несмотря на то, что Белоруссия – ближайший сосед Польши, сами поляки не обладают чётким представлением о том, кто же такие белорусы. «Нам кажется, что эти люди слегка опоздали… на пути к цивилизации, потому что они – постсоветский народ», - говорит польский профессор. «Не следует забывать, - продолжает З. Винницкий, - что Белоруссия – духовно расколотая страна, которая делится на православных и постправославных, или католиков, большинство из которых – поляки».

Интересно, что католиков польский исследователь называет постправославными, косвенно подтверждая, таким образом, что многие жители в польско-белорусского пограничья стали католиками не по собственной воле, а подчинившись польскому диктату и культурному геноциду. Профессор Винницкий подчёркивает, что у католиков и православных разное видение на общую историю их страны и на роль польскости и Польши на землях Белой Руси. По словам профессора, в 99% белорусские поляки, если даже и не знакомы с польской историей, сохраняют в сердцах идеализированный образ Польши, и когда впервые попадают на историческую родину, их неприятно удивляет, что в реальности Польша не является такой благородной и идеальной страной, как они думали.

В белорусах же, утверждает Винницкий, живёт комплекс, похожий на комплекс поляков, которые во всех бедах винят русских. Белорусы, по его мнению, во всём винят поляков. История белорусско-польских отношений трактуется ими как беспрерывное угнетение белорусского населения католической шляхтой. Но, подчёркивает профессор, поклонники такой трактовки «забывают историю, что не было белорусов и Белоруссии, а были православные под влиянием царизма, а потом они же, под влиянием большевиков». В старину, действительно, национальность обитателей польско-русского порубежья определялась по религиозному признаку: всех православных записывали в белорусов, всех католиков – в поляков, несмотря на то, что не все католики были поляками по крови.

Слова польского профессора диссонируют с заявлениями белорусских оппозиционеров и их западных кураторов о том, что белорусы – нация, если и имевшая что-то общее с великороссами, то только в весьма отдалённой ретроспективе.

Профессор Винницкий видит в мировоззрении населения Белоруссии две составляющие: классовую и националистическую, то есть, разделение на две религиозных конфессии с примесью национализма. В своей книге «Современная белорусская доктрина и историография по отношению к Польше и польскости после 1989г.» профессор пишет, что белорусские власти отказываются признавать существование поляков в их стране, считая их окатоличенными и ополяченными белорусами. Кроме того, официальная история Белоруссии считает земли от Белостока до Ломжи – исконно белорусскими, но оказавшимися по воле Сталина и Берута (единственного президента ПНР) в составе польского государства.

Другой проблемой профессор считает делёж исторических личностей, когда поляки и белорусы смотрят на Калиновского и Костюшко каждый со своей историографической позиции. Для поляков они, соответственно, поляки Винцент Константа Калиновски и Анджей Тадеуш Косцюшко, а для белорусов – белорусские патриоты Кастусь Калиновски и Тадэвуш Касцюшка.

Освободительный поход Красной Армии в Западную Белоруссию в 1939г. поляки воспринимают как трагедию, а белорусы – как справедливое наказание польским оккупантам, которые силой присвоили себе кусок белорусской земли. Отсюда же и отношение к ветеранам Армии Крайовой, которые, как известно, подчиняясь эмигрантскому правительству Польши в Лондоне, преимущественно отказывались сражаться против гитлеровцев совместно с советскими воинами и устраивали диверсии и обстрелы в тылу советских войск. Винницкий укоряет Минск за нежелание уравнять ветеранов АК (которых в Белоруссии насчитывается около 70 чел.) в правах с ветеранами Великой Отечественной войны. Польского учёного возмущают такие действия Белоруссии, которая является единственной страной, где ветеранам АК отказано в льготах. Это вызвано, прежде всего, тем, что зачастую действия боевиков АК во время Великой Отечественной войны попадали под определение террористической деятельности, когда расстреливались не только советские партфункционеры и их семьи, но и все им сочувствующие.

Оппозиционные белорусские политики утверждают, что АК на 40% состояла из белорусов-католиков. Этим фактом прикормленные Западом псевдопатриоты обосновывают свои заявления о справедливом характере  действий АК на территории Белоруссии. Но, тем самым, они противоречат исторической истине и словам профессора Винницкого о том, что белорус-католик в большинстве случаев не воспринимал Россию и всё русское как этнически родственные белорусам понятия. Смена веры означала смену системы духовных координат, когда всё польское становилось ближе и родней всего русского.

В целом же, из слов польского учёного следует вывод, что научное сообщество Польши настоятельно советует польским властям уделять более пристальное внимание культурным, политическим и социальным процессам, происходящим в Белоруссии. В умах польской элиты белорусов не существует. Есть только обрусевшие поляки, которых необходимо вернуть в лоно польской культуры и католической религии. И линия столкновения цивилизаций по Хантингтону проходит, в том числе, и по культурным и политическим границам католического Запада и православной Руси. И Белая Русь – главный форпост на пути католической экспансии.