Максим Купинов

Молдаван насильно превращают в румын

В рамках намеченного на 27-28 января официального визита в Молдавию президента Румынии Траяна Бэсеску планируется почтить память гитлеровских пособников. На второй день своего визита президент Румынии в сопровождении и.о. президента Молдавии Михаила Гимпу примет участие в церемонии возложения венков на «кладбище румынской славы» в селе Цыганка Кантемирского района.

Военное кладбище в селе Цыганка было открыто летом 2006 года при содействии властей Молдавии. На нем захоронены 1020 румынских солдат, погибших на этих землях во время нападения на СССР в июле 1941 года.

В 1941-1944гг. румынская армия принимала участие во Второй мировой войне на стороне фашистской Германии и представляла собой крупнейший союзный контингент из числа стран-сателлитов Германии. Правда, по боеспособности это были наихудшие из гитлеровских пособников. «Конкурировать» в этом плане с румынской армией могла разве что итальянская армия. Понятия воинская слава и румынская армия плохо согласуются между собой.

«Массы людей в коричневой форме – это русские? Нет, румыны! Некоторые из них даже бросают винтовки, чтобы бежать быстрее. Какое позорное зрелище! Мы готовимся к самому худшему. Мы пролетаем над колонной бегущих к северу, потом над артиллерийскими позициями. Пушки брошены, но не выведены из строя. Рядом лежат снаряды. Мы пролетаем еще какое-то расстояние и видим советские войска. Они обнаруживают, что румынские позиции перед ними никто не защищает. Мы сбрасываем бомбы, стреляем из пушек и пулеметов – но что толку, если никто не оказывает сопротивления на земле... На обратном пути мы вновь видим бегущих румын. Им повезло, что у меня кончились боеприпасы и нечем остановить их трусливый бег». Так знаменитый немецкий пилот Ганс Рудель описывал события 19 ноября 1942 года, когда Красная Армия перешла в контрнаступление под Сталинградом. Операция, получившая название «Уран», стала одной из самых блестящих в истории Красной Армии. Идея Жукова и Василевского ударом по румынам окружить немцев полностью себя оправдала. Румынская оборона была быстро прорвана, немногочисленные немецкие резервы, отчаянно пытающиеся спасти положение, уже ничего не могли изменить.

Английский историк Энтони Бивор в своей книге «Сталинград» так описал последовавшее за этим германо-румынское разбирательство: «В бункере Гитлера маршалу Антонеску, самому преданному союзнику вермахта, пришлось выслушать гневную тираду фюрера, считавшего, что именно румынские части виноваты в катастрофе». В данном случае Гитлер был прав, но возникает вопрос - о чем он думал, доверив фланги важнейшей операции того периода войны румынской армии?

В августе 1944 года, после того как Красная Армия начала победоносное наступление в Румынии, румынская армия из лагеря союзников Германии перешла на сторону ее противников. Правда, обретение нового союзника для советских войск подарком судьбы не стало. Уж очень специфическими были боевые качества румынских солдат и офицеров.
О последних днях боевого румыно-немецкого сотрудничества и о первых боях румын против немцев ярко вспоминал ветеран Илья Лазаревич Марьясин: «Зашли в Румынию. Поначалу не было никакого серьезного сопротивления. Румынская армия бросала свое снаряжение, бежала или сдавалась в плен. По обочинам дорог приходилось видеть брошенные артиллерийские орудия вместе с запряженными волами. Мы понимали, что такая армия уже не была достойным противником. Мы продвигались по румынским дорогам вперед по 30-40 километров в день… Чтобы закончить румынскую тему, стоит вспомнить один эпизод, демонстрирующий боевые способности румынской армии. Перешедшая на сторону союзников Румыния организовала собственные вооруженные силы. Некоторые подразделения, в том числе и артиллерийские, придавались в помощь советским войскам. Нашему полку досталась для поддержки какая-то румынская артиллерийская часть. При очередной артподготовке мы увидели, как снаряды этой части в основном падают в наше расположение. Помню, что наш командир полка кричал по телефону начальству, что он просит убрать румын к «такой-то матери», и воевать он будет сам, за них и за себя». Но, так или иначе, против немцев и сохранивших им верность венгров румынская армия все же повоевала. Может быть, румынскому президенту стоило почтить память тех своих соплеменников, что погибли, воюя против Гитлера, а не на его стороне?