Максим Купинов

Русофобские сказки бандерлогов

Украинских наследников пособников Гитлера салом не корми и горилкой не пои, дай только поделиться «воспоминаниями» о том, как грозные продолжатели дела Петлюры и Бандеры, боевики из УНА–УНСО «громили» российские войска в Чечне и Абхазии.

По уровню информированности авторов и правдоподобию унсовские творения могут вполне успешно конкурировать даже с воспоминаниями барона Карла Фридриха Иеронима фон Мюнхгаузена и сочинениями невероятно военного, заодно уж и атомного, «эксперта» Павла Евгеньевича Фельгенгауэра.

Блестящий анализ унсовских сказок на абхазскую тематику недавно сделал Вячеслав Хрипун в статье «УНА–УНСО в Абхазии: сражения, которых не было». Среди наиболее ярких необандеровских фэнтэзи автор отметил сагу о якобы битой в Абхазии грозными западноукраинскими хлопцами «Иркутской десантно-штурмовой дивизии». С таким же успехом воинственные львовяне могли бы зверски избивать поручика Киже или до изнеможения бомбить таинственную авиабазу Шангри-Ла. «Битая» якобы в Абхазии «Иркутская» десантно-штурмовая дивизия поневоле заставляет вспомнить уток, коих самый правдивый на свете барон через дымоход отстреливал, Саакашвили, который «сумел создать в сжатые сроки хоть небольшую, но самую качественную армию на постсоветском пространстве» имени Фельгенгауэра и дагестанскую девушку, которая на страницах «Новой газеты» по ваххабитскому селу в шортах гуляла.

Ну не было в Иркутске во время войны в Абхазии (в 1992-93 гг.) никакой десантно-штурмовой дивизии. Собственно ее нет и не было и в Иркутске.

Но возникает вопрос, а кто подбросил в слабые необандеровские умы представление об их победе над несуществующей дивизией? Похоже, что впервые породил ее Виталий Чечило, автор потрясающего творения о «подвигах» боевиков УНА–УНСО под названием «На задворках Совдепии». Мощное произведение. Всем желающим представить себе уровень унсовского представления о себе и окружающем мире непременно следует его прочесть.

Воюют грузины и унсовцы исключительно с российскими десантниками-сибиряками. Собственно, воюет исключительно сотня унсовцев с двумя пулеметами, а грузины то пьют, то разбегаются.
Мелькнул было абхаз-корректировщик, но его быстренько захватили: «Цвях не выдержал  и дал длинную очередь в темноту коридора. В ответ тут же послышался вопль:
- Не стреляйте! Я сдаюсь!».

Больше украинцы абхазов не встречают. Могучих и ужасных унсовцев очень боятся армяне (видимо, батальон имени Баграмяна): «Порой, как это было у села Коман, во время столкновения с армянским батальоном, достаточно  было только поднять желто-голубой  флаг, чтобы посеять панику в рядах противника».

С чеченцами унсовцы расправляются просто как Тузик с грелкой: «Дот  перестал существовать, его пулеметы молчали. Из развалин выполз чудом оставшийся в живых боец. Это был чеченец. Из пробитой насквозь ноги хлестала кровь… - Брат, не  убивай меня, - в глазах быстро истекающего кровью чеченца были боль и тоска».

Но армян устрашают и чеченцев истребляют унсовцы лишь между делом. Ведь воюют-то они с иркутянами-десантниками. Сотня унсовцев с двумя пулеметами превращает десантно-штурмовую дивизию в кровавое месиво: «Так состоялось первое «знакомство» отряда УНСО «Арго» с личным составом Иркутской десантно-штурмовой дивизии. В районе реки Восточная  Гумиста, где проходила линия фронта, эта воинская часть проявляла   максимальную активность. Подразделения десантников были   многочисленны, прекрасно экипированы, имели надежную поддержку со  стороны артиллерии и танков. Поэтому наиболее ожесточенные схватки  происходили именно там, где действовали сибиряки».

Били унсовцы-аргонавты несуществующих в ту пору иркутских десантников совершенно потрясающим способом: «Столб пыли и дыма взметнулся над укрепленным пунктом, и унсовцы почти одновременно спрыгнули в окопы на головы десантникам. Однако рукопашной схватки не получилось. Как видно, российские офицеры не решились рисковать и отдали приказ на  отступление».

Прыгнули унсовцы на головы десантникам, а те, имея унсовцев на головах, выслушивают приказ офицеров на отступление. Посему рукопашной схватки и не получилось. Вопрос о том, как выполнить приказ на отступление, если супостат тебе уже на голову прыгнул, остается открытым. Надо его с головы стряхивать или вместе с ним отступать? Равно открыт вопрос и о том, кто именно и сколько раз прыгал на голову автора «На задворках Совдепии».

Впрочем, прыгать на головы десантникам мифической иркутской дивизии 90-х годов доблестные унсовцы могли совершенно безопасно. Ведь таковых в природе просто не существовало. Но «истребляли» несуществующих иркутских десантников «аргонавты» так, что Геббельс рыдал бы от зависти: «Среди захваченных в машине документов был обнаружен рапорт командира десантно-штурмового полка об этом бое. Отнюдь не склонный преувеличивать размеры своей неудачи, российский комбат, окончивший, кстати, академию и имевший опыт боев в Афганистане, все же вынужден был доложить, что за четыре дня боев батальон потерял 58 человек убитыми и 287 – ранеными.

Реальные же потери отряда «Арго» - двое убитых и 8 раненых. И это при подавляющем преимуществе российских войск в живой силе и технике...

Операция была блестяще осуществлена в считанные минуты. Не потеряв ни одного человека, сотня УНСО уничтожила более 40 десантников и 20 человек взяла в плен».

Сдаться в плен именно гуманным унсовцам – просто мечта русского десантника:
«- Гляди, ребята, - раздался все тот же голос, - а точно - хохлы! Слышь, Игорь, давай сдаваться. Хоть морды бить не будут».

Надо отметить, что изучение творчества украинских националистов помогает понять, почему в Севастополе, Одессе и других городах на востоке Украины  их часто неполиткорректно именуют «бандерлогами». Правда, любители похищать маленького Маугли всего лишь рассказывали о том, что все джунгли ими восхищаются. А Чечило и компания в этом искренне уверены.