Информация ФСБ о возможном переходе российской границы диверсионно-террористической группы со стороны Грузии направлена на дискредитацию имиджа Грузии. Об этом журналистам заявили депутаты грузинского парламента. «Против Грузии продолжается PR-война, и я не удивлюсь, если скажут, что Грузия собирается взять Москву», - «пошутил» вице-спикер парламента Паата Давитая. Подсчитывать, сколько и чего именно грузины уже «взяли» в Москве, он почему-то не стал. А зря, поскольку такая информация стала бы сенсацией.
Грузинский парламентарий в чем-то, безусловно, прав. Ожидать от неповторимой грузинской армии, что она сумеет взять хоть какую-нибудь территорию, вместо того, чтобы бежать от неприятеля с душераздирающими воплями, было бы крайне глупо. А вот вопрос о возможной засылке диверсионно-террористической группы нуждается в отдельном рассмотрении.
До сих пор грузинская диаспора в России, почему-то увеличивающаяся буквально с каждым часом независимости Грузии, вызывала у московских обывателей чрезвычайно неполиткорректные, ксенофобские ассоциации с квартирными кражами, угоном автомобилей, «автоподставами», воровством барсеток и бурным возмущением тем, что шовинисты-аборигены все это нагло смеют замечать. Неполиткорректный Интернет, игнорируя требования правозащитников, на запрос «воры в законе» до сих пор почему-то выдает множество грузинских фамилий, тупо не желая понимать, что у преступника нет национальности. Ведь ни в коем случае не следует обращать внимания на то, что отдельные, ужасно нетипичные грузинские деятели культуры и искусства давно привыкли выступать ходатаями по делам уголовников-соплеменников, славя «уважаемых воров».
Приходилось даже сталкиваться с тем, что сотрудники отдела уголовной хроники одного издания между собой уличный грабеж называли «Зугдиди», цинично утверждая, что уроженцы этого небольшого города, строящие грузинскую государственность в Москве, особенно часто попадаются на «гоп-стопе». А ведь с либеральной точки зрения совершенно очевидно, что ужасны не преступления, совершенные этническими бандами, а то, что информацию об этом полностью скрыть не удается.
Но если словосочетание «грузинские воры», возмущающее их соотечественников и прогрессивную русскоязычную общественность своей крайней нетолерантностью, увы, давно стало привычным, то к существованию «грузинской разведки» в России как-то не принято было относиться всерьез. Ее считали каким-то курьезом, вроде монгольского флота и хоккейной команды Анголы.
Между тем, еще несколько лет назад ряд российских солдат и офицеров, служивших на существовавших тогда наших военных базах в Грузии, заявили о том, что были завербованы грузинскими спецслужбами. Методика вербовки особым разнообразием не отличалась. Обычно их задерживали при передвижении по территории Грузии. Везет, например, лейтенант невесту на базу в Ахалкалаки, чтобы показать ей, где они будут жить после свадьбы. Грузинские правоохранители их задерживают, объясняя, что девушке придется заночевать в камере, пока выяснится ее личность. Или – лейтенант должен согласиться сотрудничать. Поглядев на одухотворенные лики «стражей правопорядка», с нетерпением ожидающих «выяснения личности», лейтенант принял единственно правильное решение – соглашаться на вербовку. Потом он доложил о происшедшем. Так же обычно вели себя и другие «завербованные».
Другими объектами вербовки стали этнические грузины, служащие Российской армии. Например, Северо-Кавказский окружной военный суд приговорил подполковника российской армии Михаила Хачидзе к 6 годам лишения свободы в колонии строго режима, а также лишил его воинского звания. Хачидзе был признан виновным в государственной измене в форме шпионажа – ст.275 УК РФ. Статья предусматривает наказание до 20 лет лишения свободы, однако суд учел ряд смягчающих обстоятельств, в том числе наличие малолетних детей, сотрудничество с органами следствия и раскаяние. В период с июня по июль 2008 года осужденный передавал сведения, составляющие военную тайну, грузинским спецслужбам из города Георгиевска Ставропольского края, где он проходил службу, с помощью Интернета.
По данным ФСБ РФ, Хачидзе был завербован на территории Грузии в конце 2007 года. В период прохождения службы в одной из частей Северо-Кавказского военного округа по заданию грузинской разведки задержанный занимался сбором секретных сведений в отношении российских вооруженных сил, боеготовности воинских частей, а также данных на своих сослуживцев. Многие его «дважды коллеги» по службе в российской армии и шпионаже в пользу грузинских спецслужб после начала боев в Южной Осетии срочно кинулись «сдаваться», понимая неизбежность разоблачения. Дело в том, что тбилисские руководители «Джемсов Бондиадзе» не придумали ничего умнее, как обзванивать своих агентов в российских войсках, требуя срочной информации. А те, понимая, что по этим звоночкам их легко можно вычислить, принялись каяться, предавая на сей раз уже свою историческую Родину. Но вопрос о том, сколько грузинских агентов спешить с покаянием не стали и продолжают «служить» России в армии и иных силовых структурах пока остается открытым. Равно как их возможности по прикрытию террористов, оказанию им информационной, технической и иной необходимой помощи.
В том, что Саакашвили и компания утратили остатки вменяемости, усомниться трудно. Кутаисский взрыв можно было санкционировать лишь в чрезвычайно тяжелом психическом состоянии. А свою готовность проливать кровь в любых количествах грузинская политэлита доказала еще в августе прошлого года…
Грузинский парламентарий в чем-то, безусловно, прав. Ожидать от неповторимой грузинской армии, что она сумеет взять хоть какую-нибудь территорию, вместо того, чтобы бежать от неприятеля с душераздирающими воплями, было бы крайне глупо. А вот вопрос о возможной засылке диверсионно-террористической группы нуждается в отдельном рассмотрении.
До сих пор грузинская диаспора в России, почему-то увеличивающаяся буквально с каждым часом независимости Грузии, вызывала у московских обывателей чрезвычайно неполиткорректные, ксенофобские ассоциации с квартирными кражами, угоном автомобилей, «автоподставами», воровством барсеток и бурным возмущением тем, что шовинисты-аборигены все это нагло смеют замечать. Неполиткорректный Интернет, игнорируя требования правозащитников, на запрос «воры в законе» до сих пор почему-то выдает множество грузинских фамилий, тупо не желая понимать, что у преступника нет национальности. Ведь ни в коем случае не следует обращать внимания на то, что отдельные, ужасно нетипичные грузинские деятели культуры и искусства давно привыкли выступать ходатаями по делам уголовников-соплеменников, славя «уважаемых воров».
Приходилось даже сталкиваться с тем, что сотрудники отдела уголовной хроники одного издания между собой уличный грабеж называли «Зугдиди», цинично утверждая, что уроженцы этого небольшого города, строящие грузинскую государственность в Москве, особенно часто попадаются на «гоп-стопе». А ведь с либеральной точки зрения совершенно очевидно, что ужасны не преступления, совершенные этническими бандами, а то, что информацию об этом полностью скрыть не удается.
Но если словосочетание «грузинские воры», возмущающее их соотечественников и прогрессивную русскоязычную общественность своей крайней нетолерантностью, увы, давно стало привычным, то к существованию «грузинской разведки» в России как-то не принято было относиться всерьез. Ее считали каким-то курьезом, вроде монгольского флота и хоккейной команды Анголы.
Между тем, еще несколько лет назад ряд российских солдат и офицеров, служивших на существовавших тогда наших военных базах в Грузии, заявили о том, что были завербованы грузинскими спецслужбами. Методика вербовки особым разнообразием не отличалась. Обычно их задерживали при передвижении по территории Грузии. Везет, например, лейтенант невесту на базу в Ахалкалаки, чтобы показать ей, где они будут жить после свадьбы. Грузинские правоохранители их задерживают, объясняя, что девушке придется заночевать в камере, пока выяснится ее личность. Или – лейтенант должен согласиться сотрудничать. Поглядев на одухотворенные лики «стражей правопорядка», с нетерпением ожидающих «выяснения личности», лейтенант принял единственно правильное решение – соглашаться на вербовку. Потом он доложил о происшедшем. Так же обычно вели себя и другие «завербованные».
Другими объектами вербовки стали этнические грузины, служащие Российской армии. Например, Северо-Кавказский окружной военный суд приговорил подполковника российской армии Михаила Хачидзе к 6 годам лишения свободы в колонии строго режима, а также лишил его воинского звания. Хачидзе был признан виновным в государственной измене в форме шпионажа – ст.275 УК РФ. Статья предусматривает наказание до 20 лет лишения свободы, однако суд учел ряд смягчающих обстоятельств, в том числе наличие малолетних детей, сотрудничество с органами следствия и раскаяние. В период с июня по июль 2008 года осужденный передавал сведения, составляющие военную тайну, грузинским спецслужбам из города Георгиевска Ставропольского края, где он проходил службу, с помощью Интернета.
По данным ФСБ РФ, Хачидзе был завербован на территории Грузии в конце 2007 года. В период прохождения службы в одной из частей Северо-Кавказского военного округа по заданию грузинской разведки задержанный занимался сбором секретных сведений в отношении российских вооруженных сил, боеготовности воинских частей, а также данных на своих сослуживцев. Многие его «дважды коллеги» по службе в российской армии и шпионаже в пользу грузинских спецслужб после начала боев в Южной Осетии срочно кинулись «сдаваться», понимая неизбежность разоблачения. Дело в том, что тбилисские руководители «Джемсов Бондиадзе» не придумали ничего умнее, как обзванивать своих агентов в российских войсках, требуя срочной информации. А те, понимая, что по этим звоночкам их легко можно вычислить, принялись каяться, предавая на сей раз уже свою историческую Родину. Но вопрос о том, сколько грузинских агентов спешить с покаянием не стали и продолжают «служить» России в армии и иных силовых структурах пока остается открытым. Равно как их возможности по прикрытию террористов, оказанию им информационной, технической и иной необходимой помощи.
В том, что Саакашвили и компания утратили остатки вменяемости, усомниться трудно. Кутаисский взрыв можно было санкционировать лишь в чрезвычайно тяжелом психическом состоянии. А свою готовность проливать кровь в любых количествах грузинская политэлита доказала еще в августе прошлого года…
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках