Максим Купинов

Уролог Тягнибок приготовил арабам мочевину

Потрясающий метод энергоснабжения изобретен в ходе предвыборной борьбы на Украине. Кандидат в президенты Украины Олег Тягнибок, убежденный националист, заявил, что Украина должна избавиться от энергозависимости от России, закупая газ у Норвегии, а также приобретая его по бартеру у стран Персидского залива, запустив проект «карбамид в обмен на сжиженный газ». «Этот проект может на 30% снизить энергозависимость Украины от России», - подчеркнул Тягнибок.

Более привычное название карбамида – мочевина. Это белые кристаллы, растворимые в полярных растворителях (воде, этаноле, жидком аммиаке). Мочевина является крупнотоннажным продуктом, используемым, в основном, как азотное удобрение (содержание азота 46%), и выпускается в этом качестве в устойчивом к слеживанию гранулированном виде. Как известно, мочевина является одним из основных органических составляющих мочи человека и иных млекопитающих.

В дотягнибоковскую эпоху человечество уже использовало мочу для производства пороха. Для изготовления пороха необходима селитра. Заметив, в каких природных условиях они находят селитру, ремесленники конца XIV столетия начали воссоздавать те же условия искусственно. Любой, у кого была крытая яма или погреб и запас навоза, мог заняться этим делом. Рецепт селитры 1561 года рекомендует смешать человеческие фекалии, мочу, «а именно тех, кто пьет вино или крепкое пиво», навоз «лошадей, что кормят овсом», и известь, полученную из старого строительного раствора или штукатурки. Слой смеси по колено глубиной следовало укрывать от дождя и регулярно перемешивать в течение года. Затем «подобно снегу» должна была выступить селитра. Предписание мочи пьяниц не было нелепостью – расщепление алкоголя обогащает мочу аммонием – средой, в которой процветают нитратные бактерии. Пороховых дел мастера должны были переработать сотню фунтов нечистот, чтобы получить полфунта доброй селитры. Рабочие промывали водой отвратительную гущу, чтобы растворить нитраты, затем осаждали их из получившегося раствора.

Почему бы Тягнибоку, в том случае, если он станет президентом Украины, не воспользоваться этим опытом? Причем, теперь добывать мочевину будет значительно легче, чем селитру в прошедшие эпохи. Ведь собирать и концентрировать придется лишь мочу, человеческие фекалии и навоз не нужны. Можно вспомнить опыт Китая времен «большого скачка», когда в каждой деревне сталь выплавлять пытались. Обитатели Львовской области с огромным энтузиазмом в каждом селе назло москалям поставят емкости, украшенные портретами Петлюры и Бандеры, назовут их в честь первооткрывателя идеи «тягнибожками» и примутся выполнять свой патриотический долг, дабы уменьшить энергозависимость.

Восток Украины тогда с огромным интересом будет наблюдать за происходящим и наверняка обогатит фольклор новыми анекдотами.

Осталось только уговорить обитателей стран Персидского залива закупить результаты напряженным умственных усилий Тягнибока – и дело в шляпе. О соотношении цен на газ и мочевину, стоимости транспортировки и потребностях покупателей в украинской продукции задумываться не следует.

Пожалуй, наиболее удачно происхождение тягнибоковой идеи объяснил  молдавский политолог Александр Зданкевич: «Украинский ультранационалист Олег Тягнибок долгие годы работал в урологическом отделении Львовской клинической больницы. Думаю, все понимают, чего он там навидался. И сейчас он просто руководствуется тем профессиональным, что за эти годы вошло ему в подкорку. Если он когда-либо станет президентом – а в постсоветских странах возможно всё – то нетрудно предсказать, что именно будет оказывать влияние на все его действия во власти.

Я не украинец, я не живу на Украине, и мне до поры до времени всё равно, кто станет президентом этой страны. Но, возможно, было бы лучше, если бы Олег Тягнибок вернулся к своей основной профессиональной деятельности. Наверное, там бы он был в большей степени на своём месте».

Остается только радоваться тому, что Олег Тягнибок работал урологом. До чего он мог бы додуматься, если бы раньше трудился гинекологом или патологоанатомом? О последнем варианте даже думать страшно.