Приблатненные войска
Вадим Удманцев

Приблатненные войска

Неоднозначную реакцию общественности вызвало решение Генштаба ВС РФ о призыве этой осенью в Вооруженные силы 10-12 тыс. граждан, имевших судимости. Каковы могут быть последствия этого шага? И возможно ли добиться укомплектования всех частей по штатам военного времени (согласно планам Главного организационно-мобилизационного управления ГШ ВС РФ), не прибегая к услугам бывших уголовников – эти вопросы не перестают беспокоить многих наших сограждан. По утверждению замначальника Генштаба – начальника ГОМУ ГШ ВС РФ генерал-полковника Василия Смирнова, всего в Вооруженные силы нынешней осенью планируется призвать 271 тыс. человек, а значит, приход на службу сравнительно небольшого числа новобранцев, имеющих уголовный опыт, не повлияет на моральный климат воинских коллективов. Более того, генерал прямо заявил, что не видит в самом факте призыва ранее судимых людей ничего предосудительного, так как в соответствии с действующим законодательством ГОМУ обязано призывать в армию граждан со снятой или погашенной судимостью. Предвидя возможные опасения по этому поводу в первую очередь, со стороны большинства «нормальных» призывников и их родителей, высокие военные чины ссылаются на статистику Главной военной прокуратуры, которая свидетельствует о снижении случаев дедовщины. Действительно, за 8 месяцев текущего года было зарегистрировано меньше «неуставных» нарушений и случаев превышения должностных полномочий – соответственно на 13% и 11,5%. Эти улучшения связаны, например, с тем, что в воинских частях ведется профилактика нарушений, и что в начальный период службы новобранцы проходят через программу адаптации. Однако в то же время только в текущем году за неуставные отношения в воинских коллективах было осуждено около 800 человек. СМИ по-прежнему пестрят сводками о многочисленных координационных совещаниях с участием военных прокуроров всех уровней, воинских и милицейских начальников по предупреждению преступлений и других правонарушений среди военнослужащих. И надо отдать должное военным прокурорам – о полной и безоговорочной победе над дедовщиной в войсковой среде они пока рапортовать не спешат. Косвенным подтверждением тому, что в воинской среде далеко не все в порядке, было образование в 2006 году Общественного совета при Министерстве обороны РФ. В положении об этом совещательном органе, в частности, говорится, что он создан для учета потребностей и интересов российских граждан, защиты их прав и свобод и прав общественных объединений при формировании и реализации государственной политики в области обороны, а также в целях осуществления общественного контроля за деятельностью Минобороны. В какой-то степени следствием борьбы с воинскими нарушениями и преступлениями явились и указания министра обороны России от 15 декабря 2006г. об образовании родительских комитетов и организации деятельности подчиненных должностных лиц при работе с родителями военнослужащих, проходящих военную службу по призыву в ВС РФ. Раньше – в 2005-м году – Уполномоченный по правам человека в РФ и МО РФ заключили меморандум о сотрудничестве в сфере защиты прав и свобод военнослужащих и ветеранов военной службы, членов их семей, граждан, призываемых на военную службу, гражданского персонала ВС. Естественно, в пределах своей компетенции, определяемой законодательством. Никогда не оставались в стороне от проблем ВС и правозащитные общественные организации. Одна из них – «Совет родителей военнослужащих России», руководимая Галиной Шалдиковой, сын которой умер от побоев, проходя срочную службу в Советской Армии. Ежегодно из подкомитетов Совета, действующих в 62-х регионах России, в адрес Галины Ильиничны приходят сотни писем, чаще всего от матерей военнослужащих, которые сообщают о нарушениях, с которыми сталкиваются в армии и на флоте их сыновья. Вот только некоторые выдержки из них: «старослужащие вымогают деньги. Военнослужащие-дагестанцы издеваются над нашими ребятами, что делать не знаю, командование не реагирует на мои просьбы о переводе в другое место службы»; «младший ком. состав вымогает деньги по 2000 руб.»; «младший ком. состав (лейтенанты) продают за 2000 руб. увольнение, если не привез деньги, избивают»; «военнослужащему во сне перерезал горло дагестанец. Успел спасти военнослужащий с медицинским образованием. Матери сообщили, что он повесился. Пока военнослужащий не придет домой, мы вынуждены молчать»; «пока будут наказывать военнослужащих, которые оставляют в/ч из-за неуставных взаимоотношений, доказать их невиновность очень сложно…». Конечно же, все эти факты впоследствии проходят тщательную проверку в разных инстанциях, включая Общественную палату РФ, и, как правило, в большинстве своем подтверждаются. А как вы думаете, с приходом в войска десятитысячного контингента с криминальным прошлым, таких писем станет меньше? Начальник ГОМУ генерал Смирнов откровенно признался, что «порядка 100 тысяч призывников исчезает из домов в ходе призывных кампаний», из этого количества «более 10 тысяч российских граждан призывного возраста находится сейчас за рубежом». «Если весной прошлого года уклонилось от военной службы 5849 человек, то весной нынешнего года их уже стало 8195», – сказал генерал, подытожив, что этими молодыми людьми должны заниматься правоохранительные органы. Милиция, конечно, приложит свои усилия к тому, чтобы отыскать «отказников», но, уверен, что сделать это будет очень трудно. Особенно после того, как недавно на всю Россию прогремела история с петербужцем Дмитрием Федосеевым – на четвертом месяце службы он был избит сержантами, затем госпитализирован в тяжелом состоянии в реанимационное отделение городской больницы, где ему удалили селезенку. А ведь парня призвали в одну из элитных частей внутренних войск МВД РФ, которая обеспечивала безопасность АЭС. Туда, наверняка, отбирали служить лучших, без уголовного прошлого за плечами! И какими словами теперь убеждать «отказников», что они обязаны выполнить свой конституционный долг? Ведь, никому из них не захочется оказаться в компании моральных уродов и смолоду стать инвалидом! К тому же массовый призыв на военную службу лиц, ранее имевших судимости, выглядит абсолютно нелогично на фоне рассмотрения Госдумой очередной поправки к 51-й статье закона «О воинской обязанности и военной службе». В случае корректировки этой статьи закона все кадровые военнослужащие, условно осужденные за умышленные преступления, будут подлежать увольнению из рядов Вооруженных Сил. А таковых в армии и на флоте сейчас насчитывается более 2 тыс. По мнению депутатов, это снижает доверие к офицерскому корпусу, негативно влияет на морально-психологическую атмосферу в воинских коллективах. Тем паче, что прокурорская статистика говорит о том, что многие из тех, кто запятнал честь мундира и получил условный срок, впоследствии совершают аналогичные преступления. Так стоит ли подвергать риску здоровье солдат и карьерные перспективы командиров, укомплектовывая воинские коллективы людьми заведомо неблагонадежными, с блатными замашками и криминальными наклонностями? Конечно, согласно ст. 59 Конституции РФ, защита Отечества нынче не является «священным долгом», а служба в рядах Вооруженных сил – «почетной обязанностью» граждан, как во времена СССР. Но и превращать армию и флот в прибежище для асоциальных элементов, по меньшей мере, недальновидно! Такому кадровому пополнению порадуются разве только враги нашего государства. Понятно, что формирование нового облика российских Вооруженных Сил немыслимо без укомплектования всех воинских частей по штатам военного времени для поддержания их полной боевой готовности. И эту проблему можно и нужно решать, не прибегая к призыву в войска бывших уголовников. Поскольку Конституция РФ имеет высшую юридическую силу, прямое действие, а Россия является демократическим правовым государством с республиканской формой правления, в котором все равны перед законом, то справедливо было бы внести кое-какие коррективы в Федеральный закон «О воинской обязанности и военной службе». А именно: исключить право на отсрочку от призыва на военную службу для граждан, обучающихся в образовательных учреждениях высшего профессионального образования и получающих послевузовское профессиональное образование по очной форме обучения. Конечно же, согласно пункту 1 ст. 43 Конституции РФ, «каждый имеет право на образование». Но в той же Конституции записано, что «осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц» (п.3 ст.17). Повторюсь, что отмена отсрочек для этих категорий учащихся должна быть произведена даже не столько в интересах призыва, сколько справедливости ради. Если все равны перед законом, то почему люди, не поступившие в вуз, обязаны какое-то время мириться с ограничениями своих свобод и соблюдать требования воинских уставов, в отличие от их куда более удачливых или более умных сверстников, которые могут и вовсе «отмазаться» от армии? Например, приобретя право на освобождение от призыва на военную службу после получения ученой степени, предусмотренной государственной системой аттестации. Почему в этом плане существуют различия для лиц с разными интеллектуальными способностями? Разве государство не гарантирует «равенство прав и свобод человека и гражданина», как записано в Конституции? Уже известно, что депутаты Госдумы собираются внести другую поправку в ст. 24 закона «О воинской обязанности и военной службе» – исключить отсрочку от армии для офицеров милиции, пожарной службы, таможни, уголовно-исполнительной системы и ФСКН – выпускников ведомственных и профильных учебных заведений, но имеющих только среднее образование. Хотя, почему бы не распространить эту практику и на всех «силовиков»? Ведь, в условиях современной войны офицеры милиции или ФСКН вряд ли смогут командовать стрелковыми или танковыми взводами – для этого нужны другие знания, на поле боя их лейтенантские дипломы явно не помогут. Другой действенной мерой по укомплектованию всех частей ВС и приведению их в состояние полной боевой готовности мог бы стать перевод военнослужащих по призыву на двухгодичный срок службы. О преимуществах двухгодичного обучения по сравнению с одногодичным даже не стану распространяться – его преимущества очевидны. Хотя удачные примеры краткосрочной подготовки военнослужащих в нашей стране тоже существуют. Одним из самых ярких был опыт создания 154-го отдельного отряда специального назначения ГРУ ГШ ВС СССР в 1979 году. Тогда хватило полгода, чтобы подготовить элитное подразделение из 520 человек – так называемый «мусульманский батальон», так как его укомплектовали преимущественно узбеками, таджиками и туркменами, включая командиров взводов и рот. (Лишь в экипажи «Шилок» набрали славян – уроженцам среднеазиатских республик Советского Союза не хватало образовательной подготовки, чтобы управляться с этой сложной электронной техникой). Батальон сформировали по просьбе и для личной охраны руководителя Афганистана Тараки, который не доверял своему окружению. Однако вскоре Тараки был убит, и «мусульманский батальон» был успешно задействован 27 декабря 1979 года в отдельной операции «Шторм-333», когда нескольким подразделениям советского спецназа удалось за 43 минуты овладеть резиденцией главы афганского государства – дворцом Тадж-Бек. В батальон набирали почти совсем неподготовленных в боевом отношении и физически не самых крепких парней – в основном, военнослужащих из строительных частей, хозяйственных подразделений линейных частей САВО и ТуркВО, прослуживших полгода, год и даже полтора года. Объяснение тому простое – офицеры спецназа не могли афишировать, для какой цели отбирают себе контингент, а командиры частей, конечно же, старались лучший личный состав удержать у себя. Командование 154-го ооСпН имело ограничения по срокам подготовки, поэтому первые 3 месяца шла начальная боевая подготовка и боевое слаживание, следующие 3 месяца – шлифовка полученных знаний. В этот период с офицеры-инструкторы не проводили с «мусульманами» строевые и политзанятия, а больше делали упор на физподготовку и натаскивали их в полевых условиях: проводили тактические учения, стрельбы изо всех видов стрелкового оружия, обучали военной топографии, совершали с ними длительные марш-броски, доучивали языку фарси. Таким образом, всего за 6 месяцев 520 заурядных солдат превратились в лихих спецназовцев. К примеру, нормы по огневой подготовке и по вождению БМП-1, БТР-60, которые их сверстники из линейных стрелковых подразделений осваивали за 2 года срочной службы, «мусульмане» выполнили всего за 6 месяцев… Однако, вспоминая эту историю, конечно же, надо помнить, что данный опыт создания сравнительно небольшого элитного подразделения автоматически скопировать и распространить на все Вооруженные Силы России вряд ли удастся. А потому повторюсь: согласен, что перевод значительного числа служивых на двухгодичный срок службы – мера непопулярная. Также с большой вероятностью предвижу, что великий вой по этому поводу поднимут отдельные «правозащитные деятели»: будут провоцировать протестные настроения среди населения и всячески подрывать авторитет российских Вооруженных Сил, – ведь им надо отрабатывать солидные зарубежные гранты. Но вступать в эту борьбу с недругами за умы и сердца наших людей, конечно же, стоит. Во-первых, потому что это наши люди. А во-вторых, потому что только благодаря этому противостоянию в нашей стране сохранятся дееспособные армия и флот. Что же касается вышеперечисленных видов отсрочек, то с их одновременной отменой гражданам России в кои-то веки, наконец, будет преподан пример подлинной демократии: «Коль нести службу, то всем без исключения!» И тогда эта, на первый взгляд весьма непопулярная, мера станет хорошим побудительным мотивом для всего населения к осознанию коллективной ответственности за судьбу нашей страны.