Завтра будет год с момента вторжения Грузии в Южную Осетию. Год с начала бомбежки Цхинвала, захвата мирного города и убийства российских миротворцев. Год. 365 дней.
Грузинское вторжение, пожалуй, превосходит по своей подлости многие и многие конфликты, в которых когда-либо участвовала Россия. Началось все с того, что грузинская часть миротворцев покинула место несения службы. Грузины ушли, потому что они знали: будет вторжение, и первой жертвой падут миротворцы. Представьте ситуацию: люди на протяжении долгого времени вместе несут службу, едят из одного котла, шутят, спорят, показывают фотографии своих жен и братьев… А потом оставляют своих товарищей на убой. Это предательство не слишком широко освещается в прессе, потому что у нормального человека такое просто в голове не укладывается. Однако грузинские миротворцы именно так и поступили.
После того, как грузинские миротворцы бросили своих русских коллег под танки грузинской армии, начался обстрел города. По Цхинвалу наносились удары значительной силы. Город не был предупрежден, мирные жители не смогли покинуть столицу республики. Мало того, 7 августа в телевизионном выступлении Михаил Саакашвили рассказал, как он любит осетин, осетинскую культуру и лично Косту Хетагурова, а также поведал, что он принял трудное решение – не отвечать огнем на провокации против грузинских полицейских. Через три часа началось наступление.
После того, как грузинские войска заняли город, они начали разрушение гражданских объектов. Очевидцы рассказывают, что грузины громко кричали по-русски, пока из укрытий не выглядывали горожане, - после чего в эти укрытия (подвалы) бросали гранаты.
Анатолий Ноговицын (Генштаб РФ) во время пресс-конференции в «РИА Новости» обнародовал факты обстрела колонны беженцев и российских войск самолетами Грузии, на которые была нанесена маркировка ВВС России.
За этот год на территории Южной Осетии обезврежено около 160 тысяч (!) взрывоопасных предметов, - грузины оставили республику заминированной.
Когда российские войска вошли через Рокский тоннель и началось вытеснение грузинских военных из республики, за россиянами волной шли добровольцы из числа осетин. Эти добровольцы зачастую мстили жителям Южной Осетии грузинской национальности, изгоняя их из жилищ, мародерствуя. Во многом такая жестокость объясняется тем, что обстрел Цхинвала вели со стороны грузинских сел, жители которых были эвакуированы. То есть, Саакашвили и его подчиненные беспокоились о жизнях мирных жителей, но только если они были грузинами. Этнический характер конфликта, содействие грузин вторжению, - все это привело к тому, что осетины начали изгонять грузин с территории республики. Кстати сказать, Саакашвили, который подставил под удар своих соплеменников, активно привлекая их к сотрудничеству с войсками, не слишком озабочен устройством людей, пострадавших в результате его действий. Этот вопрос вообще не стоит в повестке дня, не обсуждается, не выносится на публичное рассмотрение. О беженцах вспоминают только тогда, когда грузинский президент произносит антироссийские речи.
После того, как поражение грузинской армии стало очевидным, Саакашвили обвинил Россию в агрессии. Эти обвинения были поддержаны ЕС и США. Никому не могло прийти в голову, что Саакашвили способен рискнуть жизнями людей, целостностью страны и ее государственностью ради удовлетворения своих амбиций. Возможно, он переоценил риторику Госдепа и НАТО. Возможно, он рассчитывал, что маленькая победоносная война оправдает его в глазах мирового сообщества и в глазах грузинского общества.
PR-атака Саакашвили оказалась очень удачной. Разыграв карту русофобии, он добился сочувствия по всему миру. Не скроем, отчасти это сочувствие было продиктовано выгодой: куда как удобней заставить Москву оправдываться в своих действиях, чем признать полный провал европейской и американской политики на Кавказе. Однако за год, прошедший с начала войны, мнения изменились. И если раньше никто не ставил под сомнение агрессивность Саакашвили в частных беседах, то теперь осторожные высказывания прорываются уже и на официальном уровне, в том числе, в прессе. Обама уже не ставит грузинский вопрос при визите в Москву. Все, чем довольствуется Тбилиси, это визитом вице-президента США Байдена, который обещает не признавать независимость Абхазии и Южной Осетии. Однако о безоговорочной военной поддержке, поставке новых вооружений в Госдепе говорят более туманно. Может, это связано с потерей пяти Хаммеров, напичканных современной техникой? Или с тем, что отвечать за своего протеже никто в Белом доме не хочет? А может, с тем, что американцы никогда не стеснялись загребать жар чужими руками, осуществляя свои геополитические проекты, но никогда не стремились нести за это ответственность?
Анатолий Ноговицын утверждает, что перевооружение и восстановление армии Грузии идет ускоренными темпами. К тому же, за прошедший год у границ Южной Осетии и Абхазии произошло более 120 стычек с грузинскими военными. Обстановка в регионе продолжает оставаться крайне напряженной.
Михаил Саакашвили, который решает проблемы своей страны с помощью громких слов, заявляет в интервью ВВС: «Я никогда не откажусь от выполнения своих задач, даже столь безнадежной, как защита страны от разрушения и экономического гнета. Должны ли мы были сопротивляться? Должны ли мы сопротивляться, если они пойдут на нас опять? Да, мы будем сопротивляться. Но это кошмарный сценарий»
Эти заявления, направленные на реакционные силы Запада и на раскручивание антироссийской истерии внутри страны, говорят о том, что Саакашвили не разочарован итогами Пятидневной войны. Гибель людей, десятки тысяч беженцев, тысячи убитых, - этого явно недостаточно для того, чтобы Саакашвили раскаялся в своих авантюрах. Мало того, он явно настроен на реванш. Впрочем, на реванш был настроен и его бывший патрон Шеварднадзе, позорно проигравший абхазскую кампанию. Проблема Грузии в том, что у ее лидеров и народа слишком часто возникают поводы для реваншистских настроений.
Год, который прошел с начала грузино-югоосетинского конфликта, был потрачен грузинами зря. Они не попытались разобраться в причинах начала войны, они не попытались осудить своего лидера за его решение начать войну. Все, чем занимаются грузины, - это обвиняют Россию в том, что она отняла у них территории. Если бы грузины меньше думали о территориях, и больше думали о людях, которые там проживают, может, воссоединение страны было бы возможно.
Теперь грузинам придется смириться с независимостью Абхазии и Южной Осетии. И если кому-то кажется, что терять больше нечего, и можно решиться на еще одну военную авантюру, то этот кто-то может быть неприятно удивлен. На этот раз российские танки могут и доехать до Тбилиси.
Грузинское вторжение, пожалуй, превосходит по своей подлости многие и многие конфликты, в которых когда-либо участвовала Россия. Началось все с того, что грузинская часть миротворцев покинула место несения службы. Грузины ушли, потому что они знали: будет вторжение, и первой жертвой падут миротворцы. Представьте ситуацию: люди на протяжении долгого времени вместе несут службу, едят из одного котла, шутят, спорят, показывают фотографии своих жен и братьев… А потом оставляют своих товарищей на убой. Это предательство не слишком широко освещается в прессе, потому что у нормального человека такое просто в голове не укладывается. Однако грузинские миротворцы именно так и поступили.
После того, как грузинские миротворцы бросили своих русских коллег под танки грузинской армии, начался обстрел города. По Цхинвалу наносились удары значительной силы. Город не был предупрежден, мирные жители не смогли покинуть столицу республики. Мало того, 7 августа в телевизионном выступлении Михаил Саакашвили рассказал, как он любит осетин, осетинскую культуру и лично Косту Хетагурова, а также поведал, что он принял трудное решение – не отвечать огнем на провокации против грузинских полицейских. Через три часа началось наступление.
После того, как грузинские войска заняли город, они начали разрушение гражданских объектов. Очевидцы рассказывают, что грузины громко кричали по-русски, пока из укрытий не выглядывали горожане, - после чего в эти укрытия (подвалы) бросали гранаты.
Анатолий Ноговицын (Генштаб РФ) во время пресс-конференции в «РИА Новости» обнародовал факты обстрела колонны беженцев и российских войск самолетами Грузии, на которые была нанесена маркировка ВВС России.
За этот год на территории Южной Осетии обезврежено около 160 тысяч (!) взрывоопасных предметов, - грузины оставили республику заминированной.
Когда российские войска вошли через Рокский тоннель и началось вытеснение грузинских военных из республики, за россиянами волной шли добровольцы из числа осетин. Эти добровольцы зачастую мстили жителям Южной Осетии грузинской национальности, изгоняя их из жилищ, мародерствуя. Во многом такая жестокость объясняется тем, что обстрел Цхинвала вели со стороны грузинских сел, жители которых были эвакуированы. То есть, Саакашвили и его подчиненные беспокоились о жизнях мирных жителей, но только если они были грузинами. Этнический характер конфликта, содействие грузин вторжению, - все это привело к тому, что осетины начали изгонять грузин с территории республики. Кстати сказать, Саакашвили, который подставил под удар своих соплеменников, активно привлекая их к сотрудничеству с войсками, не слишком озабочен устройством людей, пострадавших в результате его действий. Этот вопрос вообще не стоит в повестке дня, не обсуждается, не выносится на публичное рассмотрение. О беженцах вспоминают только тогда, когда грузинский президент произносит антироссийские речи.
После того, как поражение грузинской армии стало очевидным, Саакашвили обвинил Россию в агрессии. Эти обвинения были поддержаны ЕС и США. Никому не могло прийти в голову, что Саакашвили способен рискнуть жизнями людей, целостностью страны и ее государственностью ради удовлетворения своих амбиций. Возможно, он переоценил риторику Госдепа и НАТО. Возможно, он рассчитывал, что маленькая победоносная война оправдает его в глазах мирового сообщества и в глазах грузинского общества.
PR-атака Саакашвили оказалась очень удачной. Разыграв карту русофобии, он добился сочувствия по всему миру. Не скроем, отчасти это сочувствие было продиктовано выгодой: куда как удобней заставить Москву оправдываться в своих действиях, чем признать полный провал европейской и американской политики на Кавказе. Однако за год, прошедший с начала войны, мнения изменились. И если раньше никто не ставил под сомнение агрессивность Саакашвили в частных беседах, то теперь осторожные высказывания прорываются уже и на официальном уровне, в том числе, в прессе. Обама уже не ставит грузинский вопрос при визите в Москву. Все, чем довольствуется Тбилиси, это визитом вице-президента США Байдена, который обещает не признавать независимость Абхазии и Южной Осетии. Однако о безоговорочной военной поддержке, поставке новых вооружений в Госдепе говорят более туманно. Может, это связано с потерей пяти Хаммеров, напичканных современной техникой? Или с тем, что отвечать за своего протеже никто в Белом доме не хочет? А может, с тем, что американцы никогда не стеснялись загребать жар чужими руками, осуществляя свои геополитические проекты, но никогда не стремились нести за это ответственность?
Анатолий Ноговицын утверждает, что перевооружение и восстановление армии Грузии идет ускоренными темпами. К тому же, за прошедший год у границ Южной Осетии и Абхазии произошло более 120 стычек с грузинскими военными. Обстановка в регионе продолжает оставаться крайне напряженной.
Михаил Саакашвили, который решает проблемы своей страны с помощью громких слов, заявляет в интервью ВВС: «Я никогда не откажусь от выполнения своих задач, даже столь безнадежной, как защита страны от разрушения и экономического гнета. Должны ли мы были сопротивляться? Должны ли мы сопротивляться, если они пойдут на нас опять? Да, мы будем сопротивляться. Но это кошмарный сценарий»
Эти заявления, направленные на реакционные силы Запада и на раскручивание антироссийской истерии внутри страны, говорят о том, что Саакашвили не разочарован итогами Пятидневной войны. Гибель людей, десятки тысяч беженцев, тысячи убитых, - этого явно недостаточно для того, чтобы Саакашвили раскаялся в своих авантюрах. Мало того, он явно настроен на реванш. Впрочем, на реванш был настроен и его бывший патрон Шеварднадзе, позорно проигравший абхазскую кампанию. Проблема Грузии в том, что у ее лидеров и народа слишком часто возникают поводы для реваншистских настроений.
Год, который прошел с начала грузино-югоосетинского конфликта, был потрачен грузинами зря. Они не попытались разобраться в причинах начала войны, они не попытались осудить своего лидера за его решение начать войну. Все, чем занимаются грузины, - это обвиняют Россию в том, что она отняла у них территории. Если бы грузины меньше думали о территориях, и больше думали о людях, которые там проживают, может, воссоединение страны было бы возможно.
Теперь грузинам придется смириться с независимостью Абхазии и Южной Осетии. И если кому-то кажется, что терять больше нечего, и можно решиться на еще одну военную авантюру, то этот кто-то может быть неприятно удивлен. На этот раз российские танки могут и доехать до Тбилиси.
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках