Максим Купинов

«Будет ад, трижды ад, но ни шагу назад!»

67 лет назад, 28 июля 1942 года Нарком обороны Сталин подписал знаменитый приказ № 227, известный под названием «Ни шагу назад».

Наверное, немного было в истории человечества документов, содержание которых впоследствии перевиралось так, как это произошло с приказом № 227. Например, на основании этого приказа в Красной Армии началось формирование штрафных подразделений – отдельных рот и батальонов. Представление о штрафных батальонах, в которых, якобы, воевали, прежде всего, заключённые – политические и уголовники, сформировалось ещё в брежневскую эпоху. Между тем на самом деле места уголовникам, паханам и т.д. в штрафбатах попросту не было.

Штрафные батальоны были подразделением сугубо офицерским, принципиально отличавшимся от отдельных штрафных рот. Существует легенда. Будто бы некий военный летчик, неожиданно приехав с фронта домой, застал жену с любовником, убил их обоих и, будучи приговорён к расстрелу, в письме Сталину попросил разрешить ему умереть в бою. Сталин, сказав: «А вдруг он хотя бы одного немца убить сможет?», - якобы принял решение создать штрафбаты. Но это лишь легенда.

Наиболее подробно расхожее представление о штрафных батальонах, как подразделениях, где отбывали наказание кто угодно, включая православного священника, сформулировано в безобразном телевизионном фильме «Штрафбат», впервые показанном по телевидению в 2004 году. Создавая свое творение, господа кинематографисты умудрились не прочитать приказ  №227, в котором по-военному четко сказано:

«Верховное Главнокомандование Красной Армии приказывает:

Военным советам фронтов и, прежде всего командующим фронтов:…сформировать в пределах фронта от одного до трёх (смотря по обстановке) штрафных батальона (по 800 человек), куда направлять средних и старших командиров и соответствующих политработников всех родов войск, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на более трудные участки фронта, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления против Родины,

Военным советам армий и, прежде всего командующим армиями: сформировать в пределах армии от пяти до десяти (смотря по обстановке) штрафных рот (от 150 до 200 человек в каждой), куда направлять рядовых бойцов и младших командиров, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на трудные участки армии, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления перед Родиной...».

Средние и старшие командиры – это те, кого с 1943 года стали именовать офицерами.

26 сентября 1942 года заместитель наркома обороны генерал армии Георгий Жуков подписал «Положение о штрафных батальонах действующей армии. В 3-м разделе этого положения «О штрафниках» было сказано: «.. .Лица среднего и старшего командного, политического и начальствующего состава, направляемые в штрафной батальон, тем же приказом по дивизии или бригаде (корпусу, армии или войскам фронта соответственно) (ст. 9) подлежат разжалованию в рядовые…».

Таким образом, принцип субординации соблюдался даже у штрафников – наказанные средние и старшие командиры (с 1943 года – офицеры) отбывали наказание в штрафных батальонах, рядовые и младшие командиры (сержанты) – в отдельных штрафных ротах. В отдельные штрафные роты попадали отбывать наказание и штатские, до ареста вообще не имевшие воинских званий, и заключенные.

Но, может быть, на практике формирование штрафных батальонов проходило вовсе не согласно приказам Сталина и Жукова, а как придётся, из кого угодно? Потому, дескать, и попадали туда вместе с бывшими офицерами уголовники. В развернувшейся в последние годы дискуссии относительно штрафных батальонов этот довод звучит довольно часто. Однако сторонники этой точки зрения почему-то «забывают», что и Сталин, и Жуков чрезвычайно остро реагировали на невыполнение своих приказов и имели привычку жестоко за это наказывать. Не случайно книга воспоминаний Александра Васильевича Пыльцына (командира, водившего штрафников в бой)  называется «Штрафной удар, или Как офицерский штрафбат дошел до Берлина» - все согласно тексту приказа № 227.