Антон Кривенюк

Взгляд на ООН из Абхазии: миссия невыполнима

Миссия ООН, расквартированная в Грузии и Абхазии, так и не смогла совладать с новыми реалиями в регионе. Уход миссии из республики символичен. Своим присутствием она символизировала зыбкость политического равновесия в течение всех лет, прошедших с момента окончания войны, и вплоть до признания независимости Абхазии Россией. Теперь миссия оказалась одним из механизмов, вслед за миротворческими войсками СНГ, утративших свою актуальность.

Министерство иностранных дел Абхазии заявило о том, что не будет предпринимать никаких действий для того, чтобы ускорить вывод миссии с территории страны. В то же время, сотрудники Сухумского офиса миссии говорят, что ждут указаний о начале мероприятий по «сбору чемоданов». Вероятно, о том же высокопоставленные сотрудники миссии будут говорить в МИД Абхазии. Глава ведомства Сергей Шамба говорит о том, что вывод миссии из Абхазии – факт, который невозможно повернуть вспять.

Абхазские официальные лица заявляют о том, что принципиально ситуация в республике не изменится с уходом миссии ООН. Например, по словам Шамбы, существуют весомые гарантии безопасности благодаря России. И с этой точки зрения уход ООН ничего не изменит. Самым лучшим подтверждением того, что ООН отстала от жизни в смысле грузино-абхазского конфликта, являются ссылки на документы, которые фактически давно не действуют. Например, на Московское соглашение от 1994 года о прекращении огня и разъединении сил. Также упоминается про миротворческие войска СНГ. Для чего это делается, понятно. Таким образом, можно подчеркнуть незыблемость принципов, на которых стоит в этом вопросе ООН, в первую очередь, «территориальной целостности» Грузии. Однако в этом же заключается основная ошибка политики ООН. Формальности стоят выше реального политического содержания, и организация не в состоянии вести гибкую политику, отвечающую запросам текущего времени.

Важный вопрос, кто больше потеряет от ухода миссии ООН, Абхазия или Грузия? Реально обе стороны конфликта старались использовать ООН в своих интересах и требовали от миссии лояльности именно к своим позициям. Поэтому, ни в Сухуме ни в Тбилиси никогда не были абсолютно удовлетворены работой миссии. На самом деле, ооновцы не в состоянии были отвечать интересам хотя бы одной из сторон конфликта, и поэтому сказать, что кто-то реально проиграет от ухода миссии, трудно.

По мнению абхазского министра иностранных дел, усилить политическую напряженность в регионе может то обстоятельство, что с уходом ООН будет разрушен механизм контроля над вооружениями в зоне конфликта именно с абхазской стороны. Эту работу предусматривал мандат ООН. Это позволит Грузии делать заявления о милитаризации Абхазии.

У миссии ООН были чисто наблюдательские функции в зоне грузино-абхазского конфликта. Она не была механизмом, который может предотвратить вооруженные столкновения. Поэтому в Минобороны России заявляют о том, что уход миссии никак не отразится на безопасности в регионе.

Завершение миссии ООН в регионе стало, похоже, неудобным политическим решением для всех игроков. Президент Абхазии Сергей Багапш выразил сожаление по поводу завершения работы миссии, отметив, что официальный Сухум продолжит искать контакты с ООН другими путями. С другой стороны, и в Сухуме, и в Тбилиси считают принципиальные политические вопросы выше важности нахождения ооновцев. Президент Абхазии считает, что, несмотря на всю ценность работы миссии ООН, вопрос признания сложившихся реалий принципиален. А спикер грузинского парламента Давид Бакрадзе, например, уверен, что «территориальная целостность» Грузии не тот вопрос, которым можно торговаться ради нахождения миссии ООН в Абхазии и Грузии.