Андрей Кузьминов

Реформирование – как спланированный развал армии?

В 92-ом году, развал СССР и его Вооруженных Сил положили начало строительству российской армии. Через два года ее «обновленные» части на остатках устаревшей техники штурмовали Грозный и воевали в горах Чечни.

После окончания первой чеченской кампании в российской армии начались первые массовые сокращения, более напоминавшую «чистку». Под нож расформирования попали самые боеготовые части. Те самые, чей боевой опыт был оплачен кровью.

Выводя из Чечни, их попросту бросали в поле. По сути, оставляли на произвол судьбы: без питания, четких задач и определенного будущего. Дело доходило до того, что солдат и офицеров брошенных частей кормили местные жители тем, чем Бог послал: домашние соления и варенье. Дезертирство контрактников приобрело массовый характер и стало вполне обыденным делом.

А потому, с началом второй чеченской кампании, пришлось заново укомплектовывать новые части и бросать их в бой. Вновь приобретать боевой опыт, оплачивать его своей кровью, по второму кругу. Потом была Южная Осетия. В Минобороны хорошо знают, какой ценой далась нам эта победа: командиры без связи, устаревшая техника 58-й армии и медикаменты… срок годности которых истек еще в середине 70-х!

Что на очереди: Ингушетия и Дагестан? Или к тому времени полыхнет Средняя Азия, где на этот случай решили создать мощную группировку ОДКБ? Нынешняя реформа Вооруженных Сил потому оставляет так много вопросов, что ее генералы и офицеры так и не получили ответ: с кем придется воевать и какие угрозы им будут противостоять. Они должны быть изложены в важнейшем документе обороны государства – военной доктрине, которой до сих пор нет. А потому большинство действующих и уже сокращенных генералов с недоумением взирают на происходящие реформы. Они небезосновательно считают, что без военной доктрины нельзя приступать к масштабным реформам, которые в данный момент более напоминают поспешный развал армии.

Думаю, что мало кто понимает и саму суть ее «нового облика». И это не их вина – нормальных, боевых генералов. 11 ноября прошлого года начальник Генштаба ВС РФ генерал армии Николай Макаров подписал директиву «О недопущении разглашения сведений о реформировании Вооруженных Сил РФ». Вот и «не допущают», дабы не вводить в смуту личный состав.

Едва генерал армии Николай Панков привез на Черноморский флот новость о сокращении, так российские моряки в Севастополе впали в тихий шок. Решение об увольнении более 4 тыс. офицеров и мичманов и более 8 тыс. гражданского персонала означало, что тысячи граждан России будут брошены на территории Украины на произвол судьбы – без жилья и социальных гарантий.

Так уже было, в 93-м, в прославленной Гатчинской 201-й дивизии в Таджикистане. В республике, охваченной огнем гражданской войны, где местные открыто угрожали российским военнослужащим расправой. Тем временем в Москве шел дележ республик распавшегося СССР, и про 201-ю дивизию… просто забыли. По свидетельству офицеров, тогда в ней служивших, на случай ухудшения ситуации они разработали план своего спасения. «Если станет совсем плохо, – рассуждали офицеры «забытой дивизии», – то остается одно: посадить семьи «на броню», бросить туда же свои нехитрые пожитки и колонной, если придется, то с боями, прорываться к границам России». Слава Богу, обошлось, вспомнили.

В 2009 году нынешней ситуацией на Черноморском Флоте воспользовались украинские власти. Погранслужба Украины усилила давление на российских моряков, и уже требует от них личной идентификации каждого члена экипажа для оформления допуска на борт боевого корабля перед его выходом в море. Кроме того, пограничники «незалежной» требуют проведения видеосъемки личного состава российских кораблей и возможности проведения фитосанитарной проверки. Все это противоречит международному морскому праву, которое основано на принципе иммунитета кораблей.

Не в лучшем положении находятся и те, кто служит на территории России. Их также сокращают, и почти треть увольняемых, в этом году – младшие офицеры – самая незащищенная, в социальном плане, категория военнослужащих. Хуже всех тем из них, кто уже успел прослужить около пяти лет. Если приплюсовать срок учебы в военном ВУЗе, то родине они отдали от 9 до 10 лет своей жизни. Не выслужив в армии положенные «свыше 10 лет», на гражданке им не светит ни пенсия, ни жилье.

«Новый облик» Вооруженные Силы РФ начали приобретать не в лучшее время. В условиях жесточайшего экономического кризиса шансы устроиться на гражданке уволенным офицерам и прапорщикам без денег, жилья и «мирной» профессии почти равны нулю.

Уже сейчас из гарнизонов и штабов частей и соединений поступает тревожная информация. Понимая грядущую перспективу, люди в погонах, мягко говоря, не согласны с происходящим. Порой выражают открытое возмущение той «оптимизацией», которую высшее военное руководство страны намерено провести в течение ближайших месяцев. Свое возмущение выражают и боевые генералы. Предвидя худшие, если не сказать мрачные последствия предстоящей реформы, в апреле прошлого года генерал армии Валентин Корабельников написал рапорт об отставке. Тем самым начальник Главного разведывательного управления Генштаба ВС РФ выразил свое несогласие и бросил открытый вызов непрофессионализму военного руководства страны. Для общего понимания: за 11 лет службы на этом посту Корабельников зарекомендовал себя опытным руководителем и снискал уважение среди подчиненных. За его плечами – Чечня и Косово. Вместе с ним подали рапорты об увольнении из ВС начальник тыла Владимир Исаков и начальник Центрального командного пункта Вооруженных Сил генерал-лейтенант Владимир Гошкодера.

Ныне не у дел остается трехтысячный корпус действующих и отставных генералов, с которыми реформаторы предпочитают не советоваться. Тогда как большая часть генералов с тревогой отмечают, что проводимая реформа не соответствует реальному обеспечению национальной безопасности России. Никто не обращает внимания на их заявления о том, что свой «новый облик» ВС РФ начали приобретать в то время, когда «враг у ворот».  

Наращивание сил НАТО у границ России и активные действия «непредсказуемых соседей» дестабилизируют обстановку в мире. К 2012 году численность центрального аппарата Минобороны РФ планируют сократить в 2,5 раза. По этому поводу с возмущением высказался Семен Багдасаров, член комитета по международным делам Госдумы: «Запущен механизм разрушения. На их месте в центральном аппарате уже появляются гражданские люди. Снижается качество выполнения боевых задач».

Гражданские люди придут и в военкоматы, откуда до конца 2009 года будет уволено около 10 тыс. военнослужащих разных должностей и званий! Напомню, что военные комиссариаты занимаются не только призывом новобранцев. В случае начала военных действий они отвечают за проведение мобилизационной работы. Как ее будут проводить силами гражданского персонала, в условиях продолжающегося демографического кризиса, никому не известно. Мало кому из генералов понятно, как солдаты срочной службы и контрактники смогут заменить офицеров и прапорщиков. По их мнению, далеко неэффективным является и замещение некоторых воинских должностей лицами женского пола. Свой взгляд недавно высказал Анатолий Куликов, президент Клуба военачальников РФ: «Самый главный потенциал, который мы потеряем – это люди, офицерский корпус профессионалов». Ведь уволить предполагается 117 тыс. офицеров, 57 тыс. из которых не выслужили предельные сроки службы.

Недавно назначенный начальник Генштаба генерал Николай Макаров считает, что основным фактором сдерживания военных угроз остаются стратегические ядерные силы (СЯС). Готов ли Генштаб разрешить военную угрозу в условиях невозможности применения ядерных сил? Ответа нет. Например, в той же Ингушетии или в Дагестане? И готов ли к этому гражданский персонал, женщины и солдаты срочной службы? Видимо, этим же вопросом задались в Генштабе после сокращения бригад спецназа ГРУ ГШ – одних из наиболее подготовленных и прошедших боевую «обкатку» частей ВС.

Но, похоже, здравый смысл все же иногда посещает коридоры власти, если вопреки первоначальным планам военной реформы, решили воздушно-десантные войска не только не сокращать, но и усилить. Удалось сохранить структуру и дивизии ВДВ, во главе которых поставили боевого генерала Владимира Шаманова – должен же кто-то сражаться и умирать. О том, насколько это решение адекватно угрозе государству, свидетельствует тот факт, что назначение Шаманова на эту должность моментально вызвало протест правозащитников. Международная организация Human Rights Watch потребовала от Москвы судить командующего ВДВ за проводимые им в 99-ом году боевые операции в Чечне. Напомним, что за проявленные мужество и героизм в 1999 году Шаманову было присвоено звание Героя России. Призыв Human Rights Watch был подхвачен другим Героем России в Чечне и  российской правозащитной организацией «Мемориал».

Между тем, реформирование ВС РФ, снискавшее дурную славу не только в армии, но и в гражданском обществе, идет в разрез с Национальной стратегией безопасности России. Этот важнейший документ государства был недавно подписан президентом Дмитрием Медведевым. В частности, отдельным его пунктом прописано: «Минерально-сырьевая база – основа экономической мощи и национальной безопасности государства». Тогда как, в соответствии с проводимой реформой планируется переподчинение и упразднение Каспийской флотилии. Бывший командующий ЧФ, а ныне член комитета по обороне Госдумы адмирал Владимир Комоедов оценил действия нынешнего военного руководства, как ошибочные. По его словам, «статус Каспия не определен, а в нем сосредоточено значительное количество мировых запасов углеводородов, за которые идет нешуточная борьба».

Действительно, огромные запасы нефти Каспия, по некоторым данным, даже превосходят запасы нефтеносных районов в Персидском заливе. В обозримом будущем пока что только нефть сможет полностью удовлетворить растущего потребности человечества в энергии. Именно поэтому из-за обладания источниками этой энергии могут возникнуть конфликты, в том числе и войны. Не стоит сбрасывать со счетов и то, что свой «новый облик» Вооруженные Силы России будут приобретать за наш с вами счет – деньги налогоплательщиков.