Так обозвал долгожданную встречу с представителями оппозиции президент Грузии Михаил Саакашвили. Оппозиционеры были гораздо более сдержаны в оценках: от «впустую потраченного времени» до «диалог все-таки надо попытаться наладить». Вот такая она, победа грузинской демократии - президент ликует, народ безмолвствует.
Началось с того, что Саакашвили назначил встречу с оппозиционерами в здании МВД. Символично, конечно. Дескать, вы пока что на свободе, а некоторые ваши предшественники – уже нет. Так что следите за словами и жестами, господа оппозиционеры. От «оппозиции» пришли 4 человека - бывший «единый кандидат» Леван Гачечиладзе, бывший министр Саломе Зурабишвили, бывший представитель в ООН Ираклий Аласания и лидер «Национального форума» Каха Шартава. Для математически красивого предложения не хватает бывшего спикера Нино Бурджанадзе. Но она, увы, любовью народа не пользуется, равно как и любовью оппозиции. Народ не простил ее за участие и одобрение жестокого разгона митинга 7 ноября 2007 года, а оппозиционеры – за внимание к ней чиновников Госдепа и российской прессы.
Несмотря на то, что диалог прошел при закрытых дверях, известно, что речь велась о реформе политической системы и смене президентской формы правления на парламентскую. Михаил Саакашвили, умудрившись не согласиться ни с одним требованием оппозиции, тем не менее, уже объявил о начинающейся политической реформе. Как говорится, не можешь остановить – возглавь. Уже отданы распоряжения создать комиссию по конституционным изменениям, которую обязательно возглавит оппозиционер. Срок реформы – 2013 год. Окончание второго президентского срока Саакашвили совершено случайно совпадает со сроком реформы, согласно которой он сможет возглавить Грузию уже в чине премьера. Особенно если учесть, что его партия имеет подавляющее большинство в парламенте, и вряд ли к 2013 году ситуация изменится: технологии манипулирования голосами совершенствуются прямо пропорционально растущей слепоте западных наблюдателей.
Так, день победы грузинской демократии превратился в торжество политического инстинкта Саакашвили над разрозненными силами ненастоящих противников. Теперь президент выглядит как истинно демократический реформатор, противостоящий волне жалких злопыхателей, все претензии которых вызваны личной завистью и политической импотенцией.
Оппозиция призывает начать общегрузинскую акцию протеста, чтобы поскорее сменить власть «мирным» путем. Скорее всего, региональные отделения партий, участвующих в нынешних мероприятиях, организуют какие-то митинги или пикеты. Вряд ли теряющая народную поддержку оппозиция сможет всколыхнуть страну – даже в Тбилиси число протестантов неуклонно уменьшается.
Нельзя отрицать, что оппозиция не пользуется поддержкой народа в достаточной степени, чтобы сплотить нацию в борьбе против Саакашвили. Не то, чтобы Саакашвили очень любили в народе, но на сегодняшней политической арене нет ни одного достойного соперника президенту. И сам Саакашвили прекрасно это понимает. Таким образом, все лидеры оппозиции, претендующие на лидерство в народе, вынуждены искать поддержки в американском посольстве. Там же пока не готовы ни сделать выбор (Саакашвили превзошел всех по исполнительству), ни отменить кастинг (Саакашвили нужно держать в тонусе, народу нужно выпускать пар). Вот и устраивают карусель бедные оппозиционеры, ставшие заложниками собственных громких слов. Даже внешнему наблюдателю очевидно, что ни один из них не представляет, как именно управлять Грузией. Оппозиция не предоставляет никакой альтернативной программы, никакой реальной критики прошедших реформ Саакашвили. Все требования сводятся к смене политического строя и отставке с поста президента. Не считая требований освободить политических заключенных и прочих политических требований. По-настоящему серьезных претензий никто не выдвигает.
Это не означает, что к работе Саакашвили нет вопросов. Это значит, что у оппозиции нет предложений, способных составить конкуренцию правительственным действиям. И в принципе, в самом основном, оппозиция и власть едины.
Грузинская экономика находится в очень глубокой яме. Если кому-то кажется, что в России большая безработица, то в Грузии безработица тотальная. Конечно, Саакашвили открыл завод по выпуску спортивной формы, но одним заводом сельскохозяйственную страну не поднять.
Оппозиция пока что не слишком торопится предлагать более адекватную политику, скажем, таможенную, фискальную, финансовую. Грузинская государственность находится даже в худшем положении, чем грузинская экономика. Мало того, что две республики объявили себя независимыми и получили поддержку от России, как политическую, так и военную. В Грузии сейчас существует весьма шаткий баланс между различными национальными анклавами, бывшими автономиями и склонной к национализму властью в Тбилиси. Возможно, увлекшись политическими баталиями в столице, регионы не вполне осознали слабость центра. Но, как только пройдет шок от проваленной военной кампании в 2008 году, центробежные настроения будут только усиливаться.
Удивительно, но оппозиция практически не обвиняет Саакашвили в потере территорий. А ведь именно после его авантюры Россия была вынуждена официально признать независимость Абхазии и Южной Осетии. Казалось бы, после краха военной авантюры Саакашвили полетит со своего поста вверх тормашками, сметенный волной народного гнева. Ничего подобного не произошло. Не только западные кураторы не посчитали нужным сменить своего болванчика, но и народ, послушный официальной пропаганде, восхвалял президента и поносил Россию. Так что и в этом вопросе, вопросе диалога с бывшими республиками, оппозиция едина с Саакашвили: никаких уступок сепаратистам, да здравствует единая Грузия!
Получается, что вся оппозиционность грузинской оппозиции довольна условна. Это прекрасно понимают все, включая Саакашвили. Именно поэтому он позволяет себе игнорировать акции протеста и диалог с оппозицией. Он просто не считает их достойной внимания силой. Достойная внимания сила находится по совсем другому адресу, и там, по этому адресу, пока довольны своим птенцом. Его еще можно использовать: то учения развернуть, то напасть на кого-нибудь.
Что касается народа, к которому так часто апеллируют оппозиционеры, то мнение народа в данной ситуации ничего не значит. Отсутствие внятного общенационального лидера превращает Саакашвили в практически всесильного правителя. Крошка Цахес грузинской политики, он переворачивает любые альтернативы и критические идеи в свою пользу, присваивает их и формирует имидж успешного демократического лидера. Даже единственную реальную оппозиционную идею парламентской республики Саакашвили фактически уже отобрал у своих противников.
Так что «день победы грузинской демократии» обернулся «днем победы Саакашвили над оппозицией». А в этом, судя по всему, и заключается специфика грузинской демократии.
Началось с того, что Саакашвили назначил встречу с оппозиционерами в здании МВД. Символично, конечно. Дескать, вы пока что на свободе, а некоторые ваши предшественники – уже нет. Так что следите за словами и жестами, господа оппозиционеры. От «оппозиции» пришли 4 человека - бывший «единый кандидат» Леван Гачечиладзе, бывший министр Саломе Зурабишвили, бывший представитель в ООН Ираклий Аласания и лидер «Национального форума» Каха Шартава. Для математически красивого предложения не хватает бывшего спикера Нино Бурджанадзе. Но она, увы, любовью народа не пользуется, равно как и любовью оппозиции. Народ не простил ее за участие и одобрение жестокого разгона митинга 7 ноября 2007 года, а оппозиционеры – за внимание к ней чиновников Госдепа и российской прессы.
Несмотря на то, что диалог прошел при закрытых дверях, известно, что речь велась о реформе политической системы и смене президентской формы правления на парламентскую. Михаил Саакашвили, умудрившись не согласиться ни с одним требованием оппозиции, тем не менее, уже объявил о начинающейся политической реформе. Как говорится, не можешь остановить – возглавь. Уже отданы распоряжения создать комиссию по конституционным изменениям, которую обязательно возглавит оппозиционер. Срок реформы – 2013 год. Окончание второго президентского срока Саакашвили совершено случайно совпадает со сроком реформы, согласно которой он сможет возглавить Грузию уже в чине премьера. Особенно если учесть, что его партия имеет подавляющее большинство в парламенте, и вряд ли к 2013 году ситуация изменится: технологии манипулирования голосами совершенствуются прямо пропорционально растущей слепоте западных наблюдателей.
Так, день победы грузинской демократии превратился в торжество политического инстинкта Саакашвили над разрозненными силами ненастоящих противников. Теперь президент выглядит как истинно демократический реформатор, противостоящий волне жалких злопыхателей, все претензии которых вызваны личной завистью и политической импотенцией.
Оппозиция призывает начать общегрузинскую акцию протеста, чтобы поскорее сменить власть «мирным» путем. Скорее всего, региональные отделения партий, участвующих в нынешних мероприятиях, организуют какие-то митинги или пикеты. Вряд ли теряющая народную поддержку оппозиция сможет всколыхнуть страну – даже в Тбилиси число протестантов неуклонно уменьшается.
Нельзя отрицать, что оппозиция не пользуется поддержкой народа в достаточной степени, чтобы сплотить нацию в борьбе против Саакашвили. Не то, чтобы Саакашвили очень любили в народе, но на сегодняшней политической арене нет ни одного достойного соперника президенту. И сам Саакашвили прекрасно это понимает. Таким образом, все лидеры оппозиции, претендующие на лидерство в народе, вынуждены искать поддержки в американском посольстве. Там же пока не готовы ни сделать выбор (Саакашвили превзошел всех по исполнительству), ни отменить кастинг (Саакашвили нужно держать в тонусе, народу нужно выпускать пар). Вот и устраивают карусель бедные оппозиционеры, ставшие заложниками собственных громких слов. Даже внешнему наблюдателю очевидно, что ни один из них не представляет, как именно управлять Грузией. Оппозиция не предоставляет никакой альтернативной программы, никакой реальной критики прошедших реформ Саакашвили. Все требования сводятся к смене политического строя и отставке с поста президента. Не считая требований освободить политических заключенных и прочих политических требований. По-настоящему серьезных претензий никто не выдвигает.
Это не означает, что к работе Саакашвили нет вопросов. Это значит, что у оппозиции нет предложений, способных составить конкуренцию правительственным действиям. И в принципе, в самом основном, оппозиция и власть едины.
Грузинская экономика находится в очень глубокой яме. Если кому-то кажется, что в России большая безработица, то в Грузии безработица тотальная. Конечно, Саакашвили открыл завод по выпуску спортивной формы, но одним заводом сельскохозяйственную страну не поднять.
Оппозиция пока что не слишком торопится предлагать более адекватную политику, скажем, таможенную, фискальную, финансовую. Грузинская государственность находится даже в худшем положении, чем грузинская экономика. Мало того, что две республики объявили себя независимыми и получили поддержку от России, как политическую, так и военную. В Грузии сейчас существует весьма шаткий баланс между различными национальными анклавами, бывшими автономиями и склонной к национализму властью в Тбилиси. Возможно, увлекшись политическими баталиями в столице, регионы не вполне осознали слабость центра. Но, как только пройдет шок от проваленной военной кампании в 2008 году, центробежные настроения будут только усиливаться.
Удивительно, но оппозиция практически не обвиняет Саакашвили в потере территорий. А ведь именно после его авантюры Россия была вынуждена официально признать независимость Абхазии и Южной Осетии. Казалось бы, после краха военной авантюры Саакашвили полетит со своего поста вверх тормашками, сметенный волной народного гнева. Ничего подобного не произошло. Не только западные кураторы не посчитали нужным сменить своего болванчика, но и народ, послушный официальной пропаганде, восхвалял президента и поносил Россию. Так что и в этом вопросе, вопросе диалога с бывшими республиками, оппозиция едина с Саакашвили: никаких уступок сепаратистам, да здравствует единая Грузия!
Получается, что вся оппозиционность грузинской оппозиции довольна условна. Это прекрасно понимают все, включая Саакашвили. Именно поэтому он позволяет себе игнорировать акции протеста и диалог с оппозицией. Он просто не считает их достойной внимания силой. Достойная внимания сила находится по совсем другому адресу, и там, по этому адресу, пока довольны своим птенцом. Его еще можно использовать: то учения развернуть, то напасть на кого-нибудь.
Что касается народа, к которому так часто апеллируют оппозиционеры, то мнение народа в данной ситуации ничего не значит. Отсутствие внятного общенационального лидера превращает Саакашвили в практически всесильного правителя. Крошка Цахес грузинской политики, он переворачивает любые альтернативы и критические идеи в свою пользу, присваивает их и формирует имидж успешного демократического лидера. Даже единственную реальную оппозиционную идею парламентской республики Саакашвили фактически уже отобрал у своих противников.
Так что «день победы грузинской демократии» обернулся «днем победы Саакашвили над оппозицией». А в этом, судя по всему, и заключается специфика грузинской демократии.
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках