Ушел из жизни человек, биография которого неразрывно связана с победными и трагическими событиями нашей истории. Великая Отечественная, Афганистан, Чернобыль, август 1991 года – этапы судьбы генерала армии, Героя Советского Союза Валентина Ивановича Варенникова.
Первый бой он принял в Сталинграде, в октябре 1942 года. Его друг и товарищ по военному училищу Борис Щитов погиб еще на переправе. Сколько еще смертей друзей было на страшном и победном пути к Берлину…
В Москве, во время подготовки к параду Победы в сводный полк 1-го Белорусского фронта приехал Георгий Константинович Жуков. Он приказал командиру полка: «Этого гусара назначить начальником почетного караула и подобрать соответствующий личный состав…Послезавтра из Берлина должны доставить Знамя Победы. Для его встречи и сопровождения необходим почетный караул». Этим «гусаром», которому маршал Жуков приказал командовать почетным караулом Знамени Победы, был Герой Советского Союза, капитан Валентин Иванович Варенников.
Автору этих строк несколько раз довелось беседовать с Валентином Ивановичем. Помню, как поразил его рассказ о гибели группы спецназовцев в Афганистане. После этой трагедии генералу Варенникову пришлось объяснять, что произошло, членам Политбюро ЦК КПСС…
А вспоминал он об этом после первой чеченской войны, на которой счет наших потерь был совсем иным. Гибель группы спецназа в Чечне возмущения первых лиц государства уже не вызывала. Тут целую 131-ю мотострелковую бригаду и другие части вспоминать нужно было…
Много рассказывал Валентин Иванович о том, как стремительно с конца 80-х годов армия теряла боеспособность, и кто персонально в этом виноват. Особенно часто он поминал Эдуарда Шеварднадзе. К этому персонажу из всей плеяды перестройщиков Варенников испытывал особо «теплые» чувства. В мемуарах он писал: «А у Шеварднадзе вообще было презрительное отношение к Советской Армии. Наверное, поэтому он всячески стремился ее разрушить. Кстати, отсюда многое исходит, в том числе и одностороннее разоружение в угоду США, и гибель уникальных ракетных комплексов, не подлежавших уничтожению, и кабальные условия сокращения наших стратегических ядерных сил, и дикие соглашения о выводе советских войск из Афганистана. Особенно откровенно Шеварднадзе высказался о наших офицерах: «Эти серые шинели с ограниченным серым мышлением». Но ведь сам восемь лет носил шинель в МВД… Теперь-то мы знаем, что именно такое отношение к армии было частью общей стратегии по уничтожению Советского Союза, которой следовали предатели и перевертыши. Считаю своим долгом защитить честь офицерского корпуса».
В нелегкие для него дни генерал армии Валентин Варенников показал, как он умеет беречь офицерскую честь. После провала ГКЧП, когда Варенников оказался под стражей, ему предложили амнистию. Учли военные заслуги. Но он отказался. Ведь амнистия – это прощение. Сказал: «Я воевал за Родину не для того, чтобы она надевала на меня наручники!». Так и вышел не свободу, не попросив о пощаде. Настоящий русский, советский офицер.
Потом была политическая деятельность, Государственная дума, где Варенников отстаивал интересы страны и армии. После провала операции «Чистое поле» он ездил в Южную Осетию, где сделал профессиональную оценку военно-политической ситуации. До конца своего земного пути он оставался патриотом, глубоко понимающим военно-политические интересы своей страны. Вспоминаются строки другого русского героя – Дениса Васильевича Давыдова об эпопее 1812 года и о либеральных «обличителях» ее героев:
То был век богатырей!
Но смешались шашки,
И полезли из щелей
Мошки да букашки.
В конце XX века новые «мошки и букашки» тоже всласть пообличали героев эпохи богатырей. Досталось и Варенникову. Но о «мошках» забудут, а память о Герое Советского Союза останется.
Первый бой он принял в Сталинграде, в октябре 1942 года. Его друг и товарищ по военному училищу Борис Щитов погиб еще на переправе. Сколько еще смертей друзей было на страшном и победном пути к Берлину…
В Москве, во время подготовки к параду Победы в сводный полк 1-го Белорусского фронта приехал Георгий Константинович Жуков. Он приказал командиру полка: «Этого гусара назначить начальником почетного караула и подобрать соответствующий личный состав…Послезавтра из Берлина должны доставить Знамя Победы. Для его встречи и сопровождения необходим почетный караул». Этим «гусаром», которому маршал Жуков приказал командовать почетным караулом Знамени Победы, был Герой Советского Союза, капитан Валентин Иванович Варенников.
Автору этих строк несколько раз довелось беседовать с Валентином Ивановичем. Помню, как поразил его рассказ о гибели группы спецназовцев в Афганистане. После этой трагедии генералу Варенникову пришлось объяснять, что произошло, членам Политбюро ЦК КПСС…
А вспоминал он об этом после первой чеченской войны, на которой счет наших потерь был совсем иным. Гибель группы спецназа в Чечне возмущения первых лиц государства уже не вызывала. Тут целую 131-ю мотострелковую бригаду и другие части вспоминать нужно было…
Много рассказывал Валентин Иванович о том, как стремительно с конца 80-х годов армия теряла боеспособность, и кто персонально в этом виноват. Особенно часто он поминал Эдуарда Шеварднадзе. К этому персонажу из всей плеяды перестройщиков Варенников испытывал особо «теплые» чувства. В мемуарах он писал: «А у Шеварднадзе вообще было презрительное отношение к Советской Армии. Наверное, поэтому он всячески стремился ее разрушить. Кстати, отсюда многое исходит, в том числе и одностороннее разоружение в угоду США, и гибель уникальных ракетных комплексов, не подлежавших уничтожению, и кабальные условия сокращения наших стратегических ядерных сил, и дикие соглашения о выводе советских войск из Афганистана. Особенно откровенно Шеварднадзе высказался о наших офицерах: «Эти серые шинели с ограниченным серым мышлением». Но ведь сам восемь лет носил шинель в МВД… Теперь-то мы знаем, что именно такое отношение к армии было частью общей стратегии по уничтожению Советского Союза, которой следовали предатели и перевертыши. Считаю своим долгом защитить честь офицерского корпуса».
В нелегкие для него дни генерал армии Валентин Варенников показал, как он умеет беречь офицерскую честь. После провала ГКЧП, когда Варенников оказался под стражей, ему предложили амнистию. Учли военные заслуги. Но он отказался. Ведь амнистия – это прощение. Сказал: «Я воевал за Родину не для того, чтобы она надевала на меня наручники!». Так и вышел не свободу, не попросив о пощаде. Настоящий русский, советский офицер.
Потом была политическая деятельность, Государственная дума, где Варенников отстаивал интересы страны и армии. После провала операции «Чистое поле» он ездил в Южную Осетию, где сделал профессиональную оценку военно-политической ситуации. До конца своего земного пути он оставался патриотом, глубоко понимающим военно-политические интересы своей страны. Вспоминаются строки другого русского героя – Дениса Васильевича Давыдова об эпопее 1812 года и о либеральных «обличителях» ее героев:
То был век богатырей!
Но смешались шашки,
И полезли из щелей
Мошки да букашки.
В конце XX века новые «мошки и букашки» тоже всласть пообличали героев эпохи богатырей. Досталось и Варенникову. Но о «мошках» забудут, а память о Герое Советского Союза останется.
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках