Александр Лукашенко, жесткий проводник народных интересов, как он сам себя определяет, согнулся в холопском поклоне.
В 1994 году бывший председатель совхоза «Городец» пришел к власти на волне недовольства политикой Шушкевича, направленной на развал СССР. Лукашенко, возглавив страну в новой должности президента, немедленно провел референдум, где население подтвердило желание интегрироваться с Россией. В связи с чем Лукашенко начал проводить курс на сближение с Москвой. В итоге это привело к созданию Союзного государства в 1996 году.
Как оказалось уже в 1997 году, обе стороны преследовали свои мелкополитические интересы. Ельцин не хотел впускать Лукашенко на свою политическую территорию, учитывая довольно высокий на тот момент внутрироссийский рейтинг белорусского президента, а Лукашенко не собирался открывать белорусский рынок богатым российским инвесторам. Понять его можно, если вспомнить состояние российской экономики, уже растащенной «инвесторами». С приходом Владимира Путина ситуация перешла в фазу принятия конкретных решений. Однако оказалось, что Александр Лукашенко вовсе не торопится настолько плотно интегрироваться с Россией, чтобы утратить свою личную власть. На вполне конкретные предложения Кремля объединиться с учетом экономического и демографического веса в единое государство, Лукашенко ответил отказом: ведь тогда он де-факто превратился бы в правителя одного из субъектов федерации. Гораздо больше ему импонировала собственная инициатива: создать единое государство и править им по очереди с российским президентом. Тогда бы Александр Григорьевич развернулся вовсю. А в случае согласования варианта Путина лидерство принадлежало бы Москве.
Нет, не то будущее видел Лукашенко. Его вполне устраивало настоящее: беспошлинная торговля с Россией, возможность закупать нефть и газ по внутренним ценам, перепродавая ресурсы в Европу по рыночной цене, дипломатическая поддержка Кремля. Переходить на единую валюту? Запускать к себе российский (уже довольно цивилизованный) бизнес? Дать свободу белорусским бизнесменам, освободив от огромных налогов и колхозных нагрузок? Очевидно, что личная власть Лукашенко потерпит большой урон. В основном, большая популярность обеспечивается популистскими мерами белорусского президента в отношении крестьян и пенсионеров. Сидя на газопроводе «Ямал-Европа» и выторговывая для себя специальные цены, несложно поддерживать конкурентоспособность белорусского производства. Сидя на транзите нефти и нефтепродуктов из России, не трудно иметь свой процент, с которого можно прокормить нетребовательных избирателей.
С тех пор, как Россия отменила льготный режим в части нефтепродуктов и начала постепенно поднимать цены на газ, Лукашенко задергался, как уж на сковородке. Вся политическая концепция Беларуси заключалась в подбрасывании кусочков небогатым избирателям при подавлении любой политической и экономической инициативы. Ведь инициативная буржуазия, как известно, вполне способна произвести пару-тройку буржуазных революций. А там еще потребуют свободу. Отменить, например, поправку к Конституции, превратившую Лукашенко в последнего диктатора Европы. Так что все более-менее активные молодые люди из Беларуси давно уже живут в России, получают образование, открывают бизнес, женятся и так далее.
В итоге, Беларусь постепенно превращается в заповедник избирателей Лукашенко, который существует только потому, что Лукашенко не в состоянии выдержать действительно демократическую конкуренцию на внутреннем политическом пространстве.
Справедливости ради отметим, что внутреннее политическое пространство не торопится взращивать своих Боливаров. Причиной этому, во-первых, выезд из страны всех недовольных и пассионарных личностей, во-вторых, беспощадное подавление оппозиционных проявлений в любом виде. В итоге, из оппозиции присутствуют исключительно «засланцы» и выкормыши западных кураторов «цветных» революций, аналогичные российскому Касьянову. Понятно, что вменяемые белорусы, недовольные Лукашенко, просто не имеют перед своим взором персоны, готовой взять на себя ответственность за выражение их чаяний и протестных настроений. Именно эта ситуация и вынуждает бессменного президента страны тщательно отслеживать внутреннюю политическую жизнь на предмет появления мало-мальски популярных фигур и либо встраивать их в государственную систему, либо всячески зажимать и подавлять любую возможность для политической деятельности такой персоны. Именно поэтому Лукашенко очень сильно нуждается в финансировании своего электорального заповедника, - не будет пищи, его избиратели тут же припомнят президенту всю экономическую беспомощность белорусского государства.
Лукашенко сам оказался в заложниках у той системы, которую создал. Какое-то время система имени Лукашенко существовала фактически за счет России, потом Кремль принялся закручивать гайки, требуя политических и экономических уступок. Трон под Батькой зашатался.
Сильный политический инстинкт самосохранения подсказал Лукашенко, что пора искать новых спонсоров, готовых поддерживать уровень жизни в электоральном заповеднике. Долгие годы президент Беларуси клеймил Запад, прекрасно понимая, что с его аппетитами никто в Европе мириться не собирается. Однако стоило России умерить пыл горячей любви к нему лично, да еще и попасть в сложное международное положение в связи с событиями в августе 2008, как Лукашенко тут же принялся торговать своей преданностью в США и ЕС. Его слова и поступки возымели некоторое воздействие: Беларусь включили в программу «Восточное партнерство». Программа во многом номинальная, денег под нее дают немного. Зато политические дивиденды можно получить неплохие. Начать рекламу разворота к лесу, пардон, России, задом можно с публичных «откровений» о тяжком наследии сталинского режима, толкающего российских политиков в сторону тоталитаризма и задушения молодой белорусской демократии.
Продолжить можно о мощном давлении российских олигархов на процветающую белорусскую экономику, и тяжкой борьбе непризнанного героя теневого фронта Александра Григорьевича Лукашенко, мощным торсом прикрывающего белорусских пенсионеров от нашествия жуликов и христопродавцев. Думаю, такая концепция вписывается в мировоззрение среднего белорусского колхозника.
Кстати о христопродавцах. Не секрет, что в Беларуси, в силу исторических причин, существует влияние Католической церкви. Невзирая на взаимные договоренности о неприкосновенности чужой конфессиональной территории, католические миссионеры ведут деятельность по привлечению православной паствы Русской Православной Церкви. Деятельность эта проводилась неофициально, от чего бороться с ней дипломатическими средствами РПЦ было непросто. Лукашенко какое-то время оказывал поддержку в сдерживании католической экспансии. За это, и за поддержку в восстановлении православных приходов, Лукашенко награждался орденами Русской Православной Церкви. Естественно, что причислить президента Беларуси к верующим нельзя: он - типичный позднесоветский коммунист. К тому же, как выяснилось, еще и не чуждый слабостям, которые церковным языком называются прелюбодеянием, - от его внебрачного союза растет мальчик Коля.
Все шаги в поддержку Православия совершались исключительно из соображений повышения популярности среди электората. Недавний визит в Рим и посещение Папы Римского – яркое тому свидетельство. Как только концепция «дружбы с Россией» поменялась на концепцию «дружбы с Западом», религиозная составляющая тут же сменила вектор в соответствующую сторону.
Вот и завеяло в Минске предательством. Предатель, как известно, существо жалкое. Александр Григорьевич, тщательно выстраивающий имидж «человека из народа», «защитника народа», на днях окончательно распрощался с остатками собственного достоинства. Когда западные лидеры выразили свое «фи» по поводу его приезда на саммит стран-членов программы «Восточное партнерство», Лукашенко тут же выдал: «Если кому-то неудобно, что там будет Лукашенко, значит, его там не будет». Все это здорово смахивает на виляние местом, которое у собачек называют крестец. «Верной» дорогой идете, Александр Григорьевич!
В 1994 году бывший председатель совхоза «Городец» пришел к власти на волне недовольства политикой Шушкевича, направленной на развал СССР. Лукашенко, возглавив страну в новой должности президента, немедленно провел референдум, где население подтвердило желание интегрироваться с Россией. В связи с чем Лукашенко начал проводить курс на сближение с Москвой. В итоге это привело к созданию Союзного государства в 1996 году.
Как оказалось уже в 1997 году, обе стороны преследовали свои мелкополитические интересы. Ельцин не хотел впускать Лукашенко на свою политическую территорию, учитывая довольно высокий на тот момент внутрироссийский рейтинг белорусского президента, а Лукашенко не собирался открывать белорусский рынок богатым российским инвесторам. Понять его можно, если вспомнить состояние российской экономики, уже растащенной «инвесторами». С приходом Владимира Путина ситуация перешла в фазу принятия конкретных решений. Однако оказалось, что Александр Лукашенко вовсе не торопится настолько плотно интегрироваться с Россией, чтобы утратить свою личную власть. На вполне конкретные предложения Кремля объединиться с учетом экономического и демографического веса в единое государство, Лукашенко ответил отказом: ведь тогда он де-факто превратился бы в правителя одного из субъектов федерации. Гораздо больше ему импонировала собственная инициатива: создать единое государство и править им по очереди с российским президентом. Тогда бы Александр Григорьевич развернулся вовсю. А в случае согласования варианта Путина лидерство принадлежало бы Москве.
Нет, не то будущее видел Лукашенко. Его вполне устраивало настоящее: беспошлинная торговля с Россией, возможность закупать нефть и газ по внутренним ценам, перепродавая ресурсы в Европу по рыночной цене, дипломатическая поддержка Кремля. Переходить на единую валюту? Запускать к себе российский (уже довольно цивилизованный) бизнес? Дать свободу белорусским бизнесменам, освободив от огромных налогов и колхозных нагрузок? Очевидно, что личная власть Лукашенко потерпит большой урон. В основном, большая популярность обеспечивается популистскими мерами белорусского президента в отношении крестьян и пенсионеров. Сидя на газопроводе «Ямал-Европа» и выторговывая для себя специальные цены, несложно поддерживать конкурентоспособность белорусского производства. Сидя на транзите нефти и нефтепродуктов из России, не трудно иметь свой процент, с которого можно прокормить нетребовательных избирателей.
С тех пор, как Россия отменила льготный режим в части нефтепродуктов и начала постепенно поднимать цены на газ, Лукашенко задергался, как уж на сковородке. Вся политическая концепция Беларуси заключалась в подбрасывании кусочков небогатым избирателям при подавлении любой политической и экономической инициативы. Ведь инициативная буржуазия, как известно, вполне способна произвести пару-тройку буржуазных революций. А там еще потребуют свободу. Отменить, например, поправку к Конституции, превратившую Лукашенко в последнего диктатора Европы. Так что все более-менее активные молодые люди из Беларуси давно уже живут в России, получают образование, открывают бизнес, женятся и так далее.
В итоге, Беларусь постепенно превращается в заповедник избирателей Лукашенко, который существует только потому, что Лукашенко не в состоянии выдержать действительно демократическую конкуренцию на внутреннем политическом пространстве.
Справедливости ради отметим, что внутреннее политическое пространство не торопится взращивать своих Боливаров. Причиной этому, во-первых, выезд из страны всех недовольных и пассионарных личностей, во-вторых, беспощадное подавление оппозиционных проявлений в любом виде. В итоге, из оппозиции присутствуют исключительно «засланцы» и выкормыши западных кураторов «цветных» революций, аналогичные российскому Касьянову. Понятно, что вменяемые белорусы, недовольные Лукашенко, просто не имеют перед своим взором персоны, готовой взять на себя ответственность за выражение их чаяний и протестных настроений. Именно эта ситуация и вынуждает бессменного президента страны тщательно отслеживать внутреннюю политическую жизнь на предмет появления мало-мальски популярных фигур и либо встраивать их в государственную систему, либо всячески зажимать и подавлять любую возможность для политической деятельности такой персоны. Именно поэтому Лукашенко очень сильно нуждается в финансировании своего электорального заповедника, - не будет пищи, его избиратели тут же припомнят президенту всю экономическую беспомощность белорусского государства.
Лукашенко сам оказался в заложниках у той системы, которую создал. Какое-то время система имени Лукашенко существовала фактически за счет России, потом Кремль принялся закручивать гайки, требуя политических и экономических уступок. Трон под Батькой зашатался.
Сильный политический инстинкт самосохранения подсказал Лукашенко, что пора искать новых спонсоров, готовых поддерживать уровень жизни в электоральном заповеднике. Долгие годы президент Беларуси клеймил Запад, прекрасно понимая, что с его аппетитами никто в Европе мириться не собирается. Однако стоило России умерить пыл горячей любви к нему лично, да еще и попасть в сложное международное положение в связи с событиями в августе 2008, как Лукашенко тут же принялся торговать своей преданностью в США и ЕС. Его слова и поступки возымели некоторое воздействие: Беларусь включили в программу «Восточное партнерство». Программа во многом номинальная, денег под нее дают немного. Зато политические дивиденды можно получить неплохие. Начать рекламу разворота к лесу, пардон, России, задом можно с публичных «откровений» о тяжком наследии сталинского режима, толкающего российских политиков в сторону тоталитаризма и задушения молодой белорусской демократии.
Продолжить можно о мощном давлении российских олигархов на процветающую белорусскую экономику, и тяжкой борьбе непризнанного героя теневого фронта Александра Григорьевича Лукашенко, мощным торсом прикрывающего белорусских пенсионеров от нашествия жуликов и христопродавцев. Думаю, такая концепция вписывается в мировоззрение среднего белорусского колхозника.
Кстати о христопродавцах. Не секрет, что в Беларуси, в силу исторических причин, существует влияние Католической церкви. Невзирая на взаимные договоренности о неприкосновенности чужой конфессиональной территории, католические миссионеры ведут деятельность по привлечению православной паствы Русской Православной Церкви. Деятельность эта проводилась неофициально, от чего бороться с ней дипломатическими средствами РПЦ было непросто. Лукашенко какое-то время оказывал поддержку в сдерживании католической экспансии. За это, и за поддержку в восстановлении православных приходов, Лукашенко награждался орденами Русской Православной Церкви. Естественно, что причислить президента Беларуси к верующим нельзя: он - типичный позднесоветский коммунист. К тому же, как выяснилось, еще и не чуждый слабостям, которые церковным языком называются прелюбодеянием, - от его внебрачного союза растет мальчик Коля.
Все шаги в поддержку Православия совершались исключительно из соображений повышения популярности среди электората. Недавний визит в Рим и посещение Папы Римского – яркое тому свидетельство. Как только концепция «дружбы с Россией» поменялась на концепцию «дружбы с Западом», религиозная составляющая тут же сменила вектор в соответствующую сторону.
Вот и завеяло в Минске предательством. Предатель, как известно, существо жалкое. Александр Григорьевич, тщательно выстраивающий имидж «человека из народа», «защитника народа», на днях окончательно распрощался с остатками собственного достоинства. Когда западные лидеры выразили свое «фи» по поводу его приезда на саммит стран-членов программы «Восточное партнерство», Лукашенко тут же выдал: «Если кому-то неудобно, что там будет Лукашенко, значит, его там не будет». Все это здорово смахивает на виляние местом, которое у собачек называют крестец. «Верной» дорогой идете, Александр Григорьевич!
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках