На выставке «Россия — моя история»
Игумен Кирилл (Сахаров)

На выставке «Россия — моя история»

После предыдущих двух выставок возникло естественное желание посетить и эту, которая завершает летопись нашего исторического пути. Говорили, что вход на нее совершенно свободный, но оказалось что это не так. Впрочем, долго ждать прохода на выставку не пришлось — как священника меня пропустили без очереди. Знакомый антураж, набор технических средств — все, как и на предыдущих выставках. При входе сразу бросаются в глаза слова немецкого военачальника Карла фон Клаузевица: «Россия — не такая страна, которую можно завоевать, то есть оккупировать. Она может быть побеждена лишь внутренней слабостью и действием внутренних раздоров». Важное уточнение: «Германия потеряла около 7 миллионов (10%), а СССР 27 млн. (14%). Погиб каждый 7-й человек. 25 млн. остались без крова». Западные специалисты прогнозировали несколько десятилетий, необходимых для восстановления разрушенного народного хозяйства СССР, но уже к 1947-му году был достигнут довоенный уровень. Ярко и основательно повествовалось о жизни страны в послевоенные десятилетия. О так называемом застое, в свете представленных на выставке фактов, говорить не приходится. Особенно ярко этот тезис характеризуют слова Маргарет Тэтчер: «Процент прироста валового национального продукта в СССР был примерно в 2 раза выше, чем в наших странах». О периоде правления Горбачева в изложении фактов и в фоторяде чувствовалась завуалированная ирония и скепсис. Приведу только 2 факта: дефицит бюджета при нем увеличился в 57 раз, а внешний долг более чем в 3 раза. Негативное отношение к Горбачеву, как к слабому, чрезмерно уступчивому руководителю. Критика, в общем-то, справедливая. Единственное, что резануло — скептическое отношение к его антиалкогольной компании, а ведь она, несмотря на все свои изъяны, привела к существенному росту рождаемости. Как приговор по результатам перестройки высказывание Генри Киссинджера: «Никогда ни одна великая держава не дезинтегрировалась настолько полно и настолько быстро без поражения в войне». Досталось и Ельцину — как в материалах выставки, так и в репликах ее посетителей. Цифры говорят сами за себя: РВП 2000 г. 7,3 млрд., сейчас — 80,8; поголовье скота 1991 г. — 55 млн., 1999 г. — 14 млн.; расходы на оборону 1989 г. — 443 млрд. долларов, 1998 г. — 28. Когда демонстрировался небольшой видеофильм о годах правления Бориса Николаевича, один пожилой мужчина после слов президента о прощении завопил: «Не прощаем! Развеять прах над Арктикой! Сволочь!». Критика шоковой терапии. Когда на экране появился Чубайс, реплика того же мужчины: «Как, его еще не расстреляли?!». О нынешнем Президенте — сугубо положительно. Причем не голые эмоции, а сухие факты: разводы в 2000 г. — 70%, сейчас – 53 %, место в мире было 60-е, а сейчас — 50-е; алкоголь — 16,5, сейчас — 10,5; аборты 2000 г. — 2 млн., сейчас – 750 тыс.; смертность от алкоголя — 34,0 тыс., а сейчас — 15 тыс. О последних двух цифрах у меня большие сомнения. Недавно, например, по «телеящику» услышал, что ежегодно от паленой водки у нас погибает около 40 тыс. человек. Для полноты картины можно было упомянуть, что за последние 15 лет с карты России исчезло около 30 тыс. деревень. Красной нитью проходит тема «вставания с колен», тема патриотизма и укрепления государственности. В.В. Путин о достоинстве России, уровне ее геополитического самосознания очень метко заметил: «Вы сказали, что Россия находится между Востоком и Западом? Нет, это Запад и Восток находятся слева и справа от России». Вообще, подбор цитат на выставке как всегда был великолепен. К тому, что уже было приведено выше, хотел бы в заключение привести еще 3 цитаты: «Лучшая теория права — добрая нравственность, и она должна быть в сердце и иметь своим основанием религию» (Николай Первый). «Предсказать, как поведет себя Россия — невозможно, это всегда загадка, нет, больше того — головоломка и тайна за семью печатями» (Черчилль). «Русская культура неотделима от чувства совести. Совесть — вот что Россия принесла в мировое сознание. А ныне есть опасность лишиться этой высокой нравственной категории» (Георгий Свиридов).