Максим Купинов

90% нашей военной техники устарело

Вчера президент Дмитрий Медведев принял участие в расширенном заседании коллегии Министерства обороны России. В ходе заседания затрагивались вопросы модернизации и повышения боеготовности Вооружённых Сил, совершенствования системы военного образования в стране, переподготовки и трудоустройства офицеров, увольняемых в запас, индексации денежного довольствия, обеспечения военнослужащих жильём.

Президент отметил, что «нужно с большей ответственностью, с максимальным вниманием относиться к проблемам социальной адаптации офицеров, которые увольняются в запас, к вопросам их переподготовки и текущего трудоустройства. В их решении Министерству обороны следует теснее взаимодействовать как с другими ведомствами, так и с представителями бизнес-сообщества и региональными властями». Похоже, что  слишком  бурная реформаторская деятельность министерства обороны, особенно в области кадровой политики, обратила на себя внимание президента. Отсюда и весьма  многозначительная  рекомендация о «максимальном внимании к проблемам социальной адаптации офицеров».

Одной из важнейших задач президент считает « оснащение войск новейшими видами вооружений. Сейчас на их разработку и закупку направляются значительные средства, причём, даже, несмотря на те проблемы в финансах, которые мы сегодня имеем, объём этих средств практически полностью сохранился в ранее планируемых показателях. В прошлом году уже удалось перевести на современную технику целый ряд соединений и частей, а с 2011 года начнётся масштабное перевооружение армии и флота».

Действительно, необходимость перевооружения  очевидна. Крайне  неприятная информация прозвучала в выступлении министра обороны Анатолия Сердюкова: «Уровень оснащённости Вооружённых Сил основными видами вооружения и военной техники в настоящее время составляет от 60 до 100 процентов. Но большая их часть физически и морально устарела, а естественная убыль не компенсируется закупками. Как следствие, доля современных вооружений и военной техники составляет около 10 процентов».

В переводе с  министерского на русский язык это означает, что 90 процентов военной техники у нас устарело. Поневоле вспоминаются  мемуары Г.К. Жукова. Есть там  в главе, посвященной предвоенной ситуации, такая оценка состояния ВВС Красной Армии: «Однако промышленность все же не поспевала за требованиями времени. В количественном отношении накануне войны в авиации преобладали машины старых конструкций. Примерно 75-80 процентов общего числа машин по своим летно-техническим данным уступали однотипным самолетам фашистской Германии… Современной авиационной техникой мы успели перевооружить не более 21 процента авиационных частей».  О том, какие страшные последствия принесло летом 1941 года запаздывание в перевооружении и ВВС, и всей Красной Армии, напоминать излишне.

Сейчас в войсках - даже не 21, а только 10 процентов современной техники. Напомнив о прошлогоднем военном конфликте в Южной Осетии, президент подчеркнул: «Наши Вооружённые Силы, наши миротворцы показали себя лучшим образом. Это именно так, и никаких сомнений в этом быть не может. Но, конечно, этот конфликт обнажил и наши недостатки. Они хорошо известны всем присутствующим в зале. Я не буду о них долго говорить, но очевидно, что и проблемы, связанные с обеспечением отдельными видами вооружений, а также связи, в ходе проведения соответствующих операций хорошо известны и требуют немедленного реагирования».

А если завтра война с противником, чей военный менталитет отличается от грузинского? И  ведь перспективы на будущее почти  столь же неутешительны. Анатолий Сердюков пообещал в своем выступлении: «Планируем продолжить перевооружение армии. К 2015 году доля современных образцов будет доведена до 30 процентов, а к 2020 году – до 70 процентов. Основным условием реализации этой задачи является ежегодное финансирование государственной программы вооружения в установленных объемах с учётом инфляции. Наши усилия будут направлены не на отдельные поставки вооружения и военной техники, а на перевооружение соединений и воинских частей». То есть через шесть лет у нас «только» 70 процентов военной техники будет устаревшей. Это по самому оптимистическому сценарию, если министерству обороны удастся выполнить намеченное. А если нет? Первый вице-президент Академии геополитических проблем, доктор военных наук.   Константин Сивков, в беседе  с корреспондентом «Сегодня.ру» напомнил о том, что сейчас в войска за год поступает тридцать новых танков. Сколько же времени потребуется на перевооружение одной танковой дивизии? Военный ученый уверен, что необходимо увеличение ассигнований на перевооружение в 3-5 раз. А для восстановления разгромленного в девяностые годы военно-промышленного комплекса страны, воссоздания кадрового потенциала в самых оптимальных условиях необходимы 10-15 лет. Первый вице-президент Академии геополитических проблем обратил также внимание на ослабление мобилизационного потенциала государства. Ведь помимо частей постоянной готовности, в случае масштабной военной угрозы необходимы и части, готовые поставить в строй и вооружить мобилизованных резервистов.