14 февраля 2009 года у памятника Грибоедова на Чистых Прудах российским либеральным движением «Мы» (представители новой волны «оранжевых» обамовского периода) было назначено проведение одного весьма специфического мероприятия. Юные либералки из этой организации собрались в День святого Валентина призвать всех российских девушек и женщин отказывать в любви тем мужчинам, которые поддерживают курс Владимира Путина. Такая постановка вопроса вызвала у меня немалый интерес, поскольку она обязывает девушек при знакомстве с каждым представителем мужского пола первым делом выяснять его партийную и идеологическую принадлежность, а вовсе не имя. Кроме того, подобная политика женского поведения опасна, прежде всего, для самих девушек, так как они не застрахованы от того, что понравившийся им модный и красивый парень в 2008-ом голосовал за Путина и Медведева. В результате прекрасное начало любого знакомства может обернуться драматичным финалом.
Однако все мои опасения и тревоги за судьбу девушек оказались беспочвенны. Прибыв на место проведения акции и, взглянув на ее участниц, я понял, что в реальной жизни все происходит наоборот, и это сторонники Путина (как, впрочем, и другие вменяемые представители мужского пола) отказывают им.
Хотя «взглянуть» на них тоже удалось с трудом, поскольку 6-7 девушек просто терялись среди милиционеров и журналистов. В итоге опознать их удалось лишь по плакатам в руках. Разобравшись во фрейдистской подоплеке этой акции я, не теряя надежды, принялся за изучение плакатов, надеясь найти там подоплеку политическую. Однако и на этом этапе меня продолжали преследовать «фрейдистские» мотивы. «Медведям в постели не место», - огорошил меня первый плакат, заставляя сомневаться в корректности первичной информации о митинге и подозревать девушек в том, что они попали в центр Москвы прямо с анонимного конгресса пострадавших от зоофилии. «Единая Россия» не вставляет», - гласил второй, призывая задуматься, в какую же все-таки сторону идут отклонения у девушек: сексуальную или наркологическую. «С путинистами не спим!», - громко заявлял третий плакат, окончательно причисляя митинг к собранию постоянных клиентов московских сексопатологов. Безнадежно запутал меня последний плакат - «Либо я – либо Путин», который отсылал всех собравшихся к проблемам патологии раздвоения личности.
Оставалось только обреченно проследовать в сторону метро, отбросив попытки анализа перипетий сексуальных проблем оппозиции, которые никак не касались насущных политических проблем. Но тут неожиданно появилась другая политическая сила, которая внесла четкость и ясность в это царство сумбура: 30 девушек из движения «Россия Молодая» пришли на акцию у памятника Грибоедову и громко заявили: «Наши мужчины – лучше всех!». Этот постулат был абсолютно понятен и бесхитростен, чем окончательно отбил у меня желание разбираться в делах оппозиции (как и у большинства присутствующих журналистов) и самовлюбленно присоединиться к мнению девушек. Кроме того, представительницы «России Молодой» оказались несравненно привлекательней поборниц либерализма, что, в конечном итоге, объясняло отсутствие у них политических и иных комплексов.
Однако все мои опасения и тревоги за судьбу девушек оказались беспочвенны. Прибыв на место проведения акции и, взглянув на ее участниц, я понял, что в реальной жизни все происходит наоборот, и это сторонники Путина (как, впрочем, и другие вменяемые представители мужского пола) отказывают им.
Хотя «взглянуть» на них тоже удалось с трудом, поскольку 6-7 девушек просто терялись среди милиционеров и журналистов. В итоге опознать их удалось лишь по плакатам в руках. Разобравшись во фрейдистской подоплеке этой акции я, не теряя надежды, принялся за изучение плакатов, надеясь найти там подоплеку политическую. Однако и на этом этапе меня продолжали преследовать «фрейдистские» мотивы. «Медведям в постели не место», - огорошил меня первый плакат, заставляя сомневаться в корректности первичной информации о митинге и подозревать девушек в том, что они попали в центр Москвы прямо с анонимного конгресса пострадавших от зоофилии. «Единая Россия» не вставляет», - гласил второй, призывая задуматься, в какую же все-таки сторону идут отклонения у девушек: сексуальную или наркологическую. «С путинистами не спим!», - громко заявлял третий плакат, окончательно причисляя митинг к собранию постоянных клиентов московских сексопатологов. Безнадежно запутал меня последний плакат - «Либо я – либо Путин», который отсылал всех собравшихся к проблемам патологии раздвоения личности.
Оставалось только обреченно проследовать в сторону метро, отбросив попытки анализа перипетий сексуальных проблем оппозиции, которые никак не касались насущных политических проблем. Но тут неожиданно появилась другая политическая сила, которая внесла четкость и ясность в это царство сумбура: 30 девушек из движения «Россия Молодая» пришли на акцию у памятника Грибоедову и громко заявили: «Наши мужчины – лучше всех!». Этот постулат был абсолютно понятен и бесхитростен, чем окончательно отбил у меня желание разбираться в делах оппозиции (как и у большинства присутствующих журналистов) и самовлюбленно присоединиться к мнению девушек. Кроме того, представительницы «России Молодой» оказались несравненно привлекательней поборниц либерализма, что, в конечном итоге, объясняло отсутствие у них политических и иных комплексов.
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках