В прошедший понедельник министр иностранных дел Сербии Вук Еремич посетил Брюссель, где провел переговоры с высшими чиновниками Евросоюза и несколькими министрами иностранных дел стран, входящих в ЕС.
Главной темой встречи стал вопрос об ускорении процесса европейской интеграции Сербии. Также обсуждался договор о стабилизации отношений между Сербией и ЕС. В рамках очередного раунда переговоров под лозунгом «ЕС – Сербия: укрепление политического диалога» стороны обменялись мнениями по поводу внутриполитической ситуации как в Сербии, так и на всей территории Западных Балкан, а также по вопросу энергетической стабильности в регионе.
По словам Еремича, была достигнута договоренность относительно конкретных мер и действий, направленных на сближение Сербии и ЕС с перспективой дальнейшего присоединения Белграда к Евросоюзу. «Речь идет об осуществлении наших планов на пути к полноправному членству в ЕС», – заявил сербский министр иностранных дел.
Вместе с тем, Еремич был вынужден признать и некоторые трудности: «переходный договор еще не вступил в силу, так как для того требуется консенсус между всеми странами-членами ЕС».
Тем не менее, сербский министр настроен достаточно оптимистично. «Нас ожидают три важных периода, в течение которых председательствовать в ЕС будут Чехия, Швеция и Испания. Нам необходимо подать запрос на получение статуса кандидата в ЕС в период председательства Чехии с тем, чтобы в течение председательства Швеции уже получить этот статус. Таким образом, когда Евросоюз возглавит Испания, Сербия начнет переговоры по окончательному вступлению в ЕС», - уверен Еремич.
Тем не менее, несмотря на такие существенные успехи, у еврооптимистов в Сербии есть и некоторые проблемы. Например, как пишет сербская «Политика», количество граждан, поддерживающих идею вступления страны в ЕС, в период с прошедших выборов в мае прошлого года до настоящего момента упало с 67 % до 61 %. Это объясняется целым комплексом причин, среди которых не последнее место занимает и разразившийся экономический кризис.
Однако кроме экономических трудностей существуют и политические проблемы. Известно, что у Евросоюза есть ряд требований к новым своим членам. Наряду с выдачей «международных преступников» (чем сербское правительство активно и занимается – достаточно вспомнить экстрадицию Радована Караджича в Гаагу) Сербии предстоит решить косовскую проблему, ведь отсутствие территориальных и этнических конфликтов также является одним их важнейших условий вступления в Европейский Союз. И здесь у Белграда могут возникнуть самые серьезные проблемы.
На прошедшей в Брюсселе встрече вопрос статуса Косова также затрагивался обеими сторонами. Однако представители Евросоюза заверили своих сербских коллег в том, что присоединение Сербии к ЕС и косовская проблема – два независящих друг от друга вопроса, и изменение позиции Белграда относительно Косово не может быть поставлено как отдельное условие для вступления в ряды стран-членов Европейского Союза.
Однако практически для всех очевидно, что подобные заявления – не более чем словесная риторика. Независимость республики Косово признали наиболее крупные и влиятельные государства, входящие в ЕС и во многом определяющие его политику (такие как Германия, Великобритания, Франция). Совершенно ясно, что Сербия войдет в состав Европейского Союза без Косовского края. В сербском обществе достаточно сильны национально-патриотические силы, ратующие за возвращение Космета в состав государства и поддерживаемые, в первую очередь, представителями радикальной и демократической партий.
С другой стороны, правящий блок президента Тадича достаточно откровенно ориентирован на Запад, и если ради вступления в ЕС придется пожертвовать «колыбелью сербского народа и культуры» (как называют сами сербы Косово и Метохию), то он пойдет на этот шаг. По мнению многих экспертов, тому есть косвенное подтверждение.
В марте прошедшего года правительство Тадича выступило с инициативой раздела Косова по этническому принципу с тем, чтобы присоединить к Сербии северное Косово (примерно 15 % территории) с преимущественно сербским населением. Несмотря на то, что в официальном заявлении Белграда говорилось о признании сербской стороной только юрисдикции ООН в крае, по мнению многих политологов, сама постановка вопроса о разделе свидетельствует о молчаливом согласии правительства Тадича на независимость края в обмен на заветное членство в ЕС.
Однако, как это ни странно, определенные территориально-политические проблемы могут возникнуть у Сербии и после долгожданного ею вступления в Евросоюз. Речь идет о статусе Воеводины – автономного края в составе Сербии. В упоминавшейся уже «Политике» опубликована статья под названием «Что есть спорного в Сатуте Воеводины». Автор статьи Новакович выделил несколько наиболее «проблемных» пунктов в новом документе, который будет определять положение Воеводины в Сербии. Среди них: статья № 1, в которой говорится о Воеводине как о «европейском регионе», интегрированном в европейскую региональную систему; право на дипломатическое представительство в других государствах и право на заключение международных договоров; использование латиницы; право на предоставление краевой Скупщине полномочий наделять некоторые свои решения силой закона; создание своего отдельного банка, неподконтрольного Белграду и т.д.
Сразу бросается в глаза определение Воеводины не как территории в составе Сербии, а как европейского региона. Пожалуй, логично предположить, что со вступлением Сербии в ЕС позиции «европейского регионализма» в крае только усилятся. Известно, что в Европейском Союзе существует большое количество организаций и подразделений, состоящих из представителей отдельных регионов входящих в состав стран-членов ЕС. В качестве примера можно привести Комитет регионов (Committee of the Regions), состоящий из представителей региональных и местных властей, и дающий заключение по всем вопросам, так или иначе затрагивающим интересы регионов. В таком случае, Воеводина может обрести нового союзника в своем стремлении к большей самостоятельности от Белграда.
Конечно же, в случае вступления Сербии в ЕС вопрос о независимости Воеводины может потерять свою нынешнюю остроту. Однако есть и другая сторона медали – Воеводина может попасть под экономическое влияние соседней Венгрии, традиционно считающей ее исторической частью своих южных земель. Таким образом, процесс вступления в ЕС может обернуться для Сербии тем, что Белград шаг за шагом потеряет не только свою власть в Косово (что уже и произошло), но и при сохранении формального подчинения Воеводины, все же лишится реальных экономических и политических рычагов давления на наиболее развитую территорию государства.
Главной темой встречи стал вопрос об ускорении процесса европейской интеграции Сербии. Также обсуждался договор о стабилизации отношений между Сербией и ЕС. В рамках очередного раунда переговоров под лозунгом «ЕС – Сербия: укрепление политического диалога» стороны обменялись мнениями по поводу внутриполитической ситуации как в Сербии, так и на всей территории Западных Балкан, а также по вопросу энергетической стабильности в регионе.
По словам Еремича, была достигнута договоренность относительно конкретных мер и действий, направленных на сближение Сербии и ЕС с перспективой дальнейшего присоединения Белграда к Евросоюзу. «Речь идет об осуществлении наших планов на пути к полноправному членству в ЕС», – заявил сербский министр иностранных дел.
Вместе с тем, Еремич был вынужден признать и некоторые трудности: «переходный договор еще не вступил в силу, так как для того требуется консенсус между всеми странами-членами ЕС».
Тем не менее, сербский министр настроен достаточно оптимистично. «Нас ожидают три важных периода, в течение которых председательствовать в ЕС будут Чехия, Швеция и Испания. Нам необходимо подать запрос на получение статуса кандидата в ЕС в период председательства Чехии с тем, чтобы в течение председательства Швеции уже получить этот статус. Таким образом, когда Евросоюз возглавит Испания, Сербия начнет переговоры по окончательному вступлению в ЕС», - уверен Еремич.
Тем не менее, несмотря на такие существенные успехи, у еврооптимистов в Сербии есть и некоторые проблемы. Например, как пишет сербская «Политика», количество граждан, поддерживающих идею вступления страны в ЕС, в период с прошедших выборов в мае прошлого года до настоящего момента упало с 67 % до 61 %. Это объясняется целым комплексом причин, среди которых не последнее место занимает и разразившийся экономический кризис.
Однако кроме экономических трудностей существуют и политические проблемы. Известно, что у Евросоюза есть ряд требований к новым своим членам. Наряду с выдачей «международных преступников» (чем сербское правительство активно и занимается – достаточно вспомнить экстрадицию Радована Караджича в Гаагу) Сербии предстоит решить косовскую проблему, ведь отсутствие территориальных и этнических конфликтов также является одним их важнейших условий вступления в Европейский Союз. И здесь у Белграда могут возникнуть самые серьезные проблемы.
На прошедшей в Брюсселе встрече вопрос статуса Косова также затрагивался обеими сторонами. Однако представители Евросоюза заверили своих сербских коллег в том, что присоединение Сербии к ЕС и косовская проблема – два независящих друг от друга вопроса, и изменение позиции Белграда относительно Косово не может быть поставлено как отдельное условие для вступления в ряды стран-членов Европейского Союза.
Однако практически для всех очевидно, что подобные заявления – не более чем словесная риторика. Независимость республики Косово признали наиболее крупные и влиятельные государства, входящие в ЕС и во многом определяющие его политику (такие как Германия, Великобритания, Франция). Совершенно ясно, что Сербия войдет в состав Европейского Союза без Косовского края. В сербском обществе достаточно сильны национально-патриотические силы, ратующие за возвращение Космета в состав государства и поддерживаемые, в первую очередь, представителями радикальной и демократической партий.
С другой стороны, правящий блок президента Тадича достаточно откровенно ориентирован на Запад, и если ради вступления в ЕС придется пожертвовать «колыбелью сербского народа и культуры» (как называют сами сербы Косово и Метохию), то он пойдет на этот шаг. По мнению многих экспертов, тому есть косвенное подтверждение.
В марте прошедшего года правительство Тадича выступило с инициативой раздела Косова по этническому принципу с тем, чтобы присоединить к Сербии северное Косово (примерно 15 % территории) с преимущественно сербским населением. Несмотря на то, что в официальном заявлении Белграда говорилось о признании сербской стороной только юрисдикции ООН в крае, по мнению многих политологов, сама постановка вопроса о разделе свидетельствует о молчаливом согласии правительства Тадича на независимость края в обмен на заветное членство в ЕС.
Однако, как это ни странно, определенные территориально-политические проблемы могут возникнуть у Сербии и после долгожданного ею вступления в Евросоюз. Речь идет о статусе Воеводины – автономного края в составе Сербии. В упоминавшейся уже «Политике» опубликована статья под названием «Что есть спорного в Сатуте Воеводины». Автор статьи Новакович выделил несколько наиболее «проблемных» пунктов в новом документе, который будет определять положение Воеводины в Сербии. Среди них: статья № 1, в которой говорится о Воеводине как о «европейском регионе», интегрированном в европейскую региональную систему; право на дипломатическое представительство в других государствах и право на заключение международных договоров; использование латиницы; право на предоставление краевой Скупщине полномочий наделять некоторые свои решения силой закона; создание своего отдельного банка, неподконтрольного Белграду и т.д.
Сразу бросается в глаза определение Воеводины не как территории в составе Сербии, а как европейского региона. Пожалуй, логично предположить, что со вступлением Сербии в ЕС позиции «европейского регионализма» в крае только усилятся. Известно, что в Европейском Союзе существует большое количество организаций и подразделений, состоящих из представителей отдельных регионов входящих в состав стран-членов ЕС. В качестве примера можно привести Комитет регионов (Committee of the Regions), состоящий из представителей региональных и местных властей, и дающий заключение по всем вопросам, так или иначе затрагивающим интересы регионов. В таком случае, Воеводина может обрести нового союзника в своем стремлении к большей самостоятельности от Белграда.
Конечно же, в случае вступления Сербии в ЕС вопрос о независимости Воеводины может потерять свою нынешнюю остроту. Однако есть и другая сторона медали – Воеводина может попасть под экономическое влияние соседней Венгрии, традиционно считающей ее исторической частью своих южных земель. Таким образом, процесс вступления в ЕС может обернуться для Сербии тем, что Белград шаг за шагом потеряет не только свою власть в Косово (что уже и произошло), но и при сохранении формального подчинения Воеводины, все же лишится реальных экономических и политических рычагов давления на наиболее развитую территорию государства.
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках