Удачное завершение первого более-менее масштабного проекта государственной поддержки репатриации не стало поводом разрезать ленточки. Сожженная в войну девятиэтажка, которую государство восстанавливало для репатриантов, стала причиной для конфликтов, ссор и слухов по поводу злоупотреблений при строительстве. Дом сдан, но не завершены отделочные работы, которые новым хозяевам придется вести за свой счет. В 50-квартирном доме собственно репатрианты получили 44 квартиры. Подавляющее большинство семей – выходцы из Турции. По одной семье – выходцы из Сирии, абазины из Черкесска и семья аджарских абхазов. Комитет по репатриации, реализовывавший проект, постарался избежать обвинений в коррупции при распределении жилья, для чего была создана комиссия из влиятельных представителей гражданского общества, которые и делили квартиры. Но избежать всех сложных вопросов не удалось. Например, одна из квартир была выделена репатрианту из Турции – депутату абхазского парламента, владельцу одной из сухумских гостиниц. Он явно способен сам себе приобрести жилье, а значит, нарушается принцип распределения только тем, у кого нет собственного жилья. Но как выяснилось, парламентарий, владеющий гостиничным бизнесом, не имеет в Абхазии жилья.
Государство собирается расширить рамки программы и восстанавливать другие долгострои советского периода, только теперь уже не в Сухуми, где все стремятся получить жилье, а в регионах. Но денег мало. Построенный в Сухуми дом тоже стал почти долгостроем. Государственная концепция репатриации вынуждена претерпевать изменения.
Репатрианты, число которых начало расти после признания независимости, в свою очередь, недовольны работой государственного комитета, который они обвиняют в невнимании к своим проблемам и бюрократизме. Те люди, которые должны стать счастливыми обладателями квартир в новых домах не готовы верить в свое счастье, потому что ждут жилье помногу лет. В то же время у государства есть претензии и к репатриантам. Власти готовы помогать людям в обустройстве, но только тем, кто всерьез намерен остаться на исторической родине. Постоянное проживание в Абхазии является ключевым требованием властей. Но значительная часть репатриантов периодически мигрируют между Абхазией и Турцией и трудно установить, где они на самом деле живут. Впрочем, сейчас неожиданную поддержку репатриации в Абхазию оказывает мировой финансовый кризис. Турцию он затронул, и испытывающие финансовые трудности потомки махаджиров обращают внимание на то, что выходом из проблем может быть возвращение на историческую родину. Но такие мотивы для переселения вызывают негатив в Абхазии. Здесь ждут диаспору с деньгами. Страну интересует репатриация не только людей, но и их финансов. А пока происходит репатриация людей без финансов, которые едут на бедную историческую родину за деньгами. Пока большая часть турецких абхазов приезжает в Абхазию с туристическими целями. Они уже неплохо знают, как выглядят природные достопримечательности страны и получают паспорта граждан Абхазии, но от этого не становятся «эффективными» гражданами. По некоторым данным, уже в настоящий момент в Турции насчитывается не менее трех тысяч человек, которые являются гражданами Абхазии.
Признание Абхазии резко изменило в лучшую сторону отношение к ней со стороны турецких абхазов, которые считают ее ответственной за депортацию их предков из Абхазии. Также признание придало им новый импульс для лоббирования своих интересов. Накануне полтысячи человек поставили подписи под требованием к властям Турции возобновить морское сообщение с Абхазией, которое было прервано по настоянию Грузии в 1996 году. До сих пор абхазская диаспора предпочитала не нервировать турецкие власти сложными для них вопросами относительно связей с Абхазией.
Государство собирается расширить рамки программы и восстанавливать другие долгострои советского периода, только теперь уже не в Сухуми, где все стремятся получить жилье, а в регионах. Но денег мало. Построенный в Сухуми дом тоже стал почти долгостроем. Государственная концепция репатриации вынуждена претерпевать изменения.
Репатрианты, число которых начало расти после признания независимости, в свою очередь, недовольны работой государственного комитета, который они обвиняют в невнимании к своим проблемам и бюрократизме. Те люди, которые должны стать счастливыми обладателями квартир в новых домах не готовы верить в свое счастье, потому что ждут жилье помногу лет. В то же время у государства есть претензии и к репатриантам. Власти готовы помогать людям в обустройстве, но только тем, кто всерьез намерен остаться на исторической родине. Постоянное проживание в Абхазии является ключевым требованием властей. Но значительная часть репатриантов периодически мигрируют между Абхазией и Турцией и трудно установить, где они на самом деле живут. Впрочем, сейчас неожиданную поддержку репатриации в Абхазию оказывает мировой финансовый кризис. Турцию он затронул, и испытывающие финансовые трудности потомки махаджиров обращают внимание на то, что выходом из проблем может быть возвращение на историческую родину. Но такие мотивы для переселения вызывают негатив в Абхазии. Здесь ждут диаспору с деньгами. Страну интересует репатриация не только людей, но и их финансов. А пока происходит репатриация людей без финансов, которые едут на бедную историческую родину за деньгами. Пока большая часть турецких абхазов приезжает в Абхазию с туристическими целями. Они уже неплохо знают, как выглядят природные достопримечательности страны и получают паспорта граждан Абхазии, но от этого не становятся «эффективными» гражданами. По некоторым данным, уже в настоящий момент в Турции насчитывается не менее трех тысяч человек, которые являются гражданами Абхазии.
Признание Абхазии резко изменило в лучшую сторону отношение к ней со стороны турецких абхазов, которые считают ее ответственной за депортацию их предков из Абхазии. Также признание придало им новый импульс для лоббирования своих интересов. Накануне полтысячи человек поставили подписи под требованием к властям Турции возобновить морское сообщение с Абхазией, которое было прервано по настоянию Грузии в 1996 году. До сих пор абхазская диаспора предпочитала не нервировать турецкие власти сложными для них вопросами относительно связей с Абхазией.
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках