Максим Купинов

Псевдосуворов до Бородино добрался

С очередным «откровением» на военно-исторические темы выступил, подзабытый было публикой перебежчик из СССР Виктор Резун, пишущий под скромным псевдонимом «Суворов». Вышло в свет очередное его творение под названием «Святое дело».

Такие «Суворовы», «Наполеоны», «Александры Македонские» и «Прокуроры» хорошо знакомы персоналу известных заведений и обычно отличаются маниакальной настойчивостью в распространении обуревающих их идей. А идеи Резуна еще с удовольствием подхватываются заинтересованными покупателями за рубежом и либеральной тусовкой Москвы.

Ключевую свою идею Резун откровенно «приватизировал» у покойного Йозефа Геббельса – бедный, доверчивый Гитлер в самый последний момент успел нанести упреждающий удар по намеревавшейся атаковать его 6 июля 1941 года Красной Армии. По Резуну, советские механизированные корпуса, летом 1941 года находившиеся в стадии формирования и перевооружения, были якобы готовы к победоносному наступлению…

А в творении под названием «Святое дело» Резун задается уму непостижимым  вопросом: «Чем объяснить столь позорный для Советского Союза финал  Второй мировой войны после блистательного вступления в нее»?

После прочтения вопроса о позорном для СССР финале Второй мировой начинаешь понимать, что бродящие по редакциям настойчивые «жертвы психотропного оружия», страдальцы «от тараканов, облучающих лазерным оружием КГБ» и тому подобная публика – еще не самое страшное в этой жизни.

Позор, по мнению Резуна, был настолько велик, что стесняющийся Сталин отказался от стыда принимать Парад Победы. Так и хочется представить себе Сталина летом 1945 года, после доклада о том, сколько государств Красная Армия контролирует, размышляющего, почему же он таким бестолковым неудачником на свет уродился.

В «доказательство» этого бреда пьяного компьютера  Резун делится откровениями из истории арабских лошадей и буденовской породы, танкостроения и Испанской республики, биографии Василия Сталина и фотографий конного Саддама Хусейна, обличения Жукова, войны 1812 года. Это его обычный прием – обрушить на голову читателя некое варево из невероятного количества разнородной информации, зачастую перевранной до анекдотического уровня. Для того чтобы перечислить все ляпсусы Резуна, понадобилось бы издание энциклопедического характера. Рассмотрим лишь одно из резун-открытий: «И Бонапарт, и Кутузов объявили Бородинскую битву своей победой. Глядя на ту мясорубку из XXI века, признаем, что завершилась битва на тех же позициях, что и начиналась». Откровение о том, что Бородинская битва завершилась на тех же позициях, что и  начиналась – это, пожалуй, один из самых забавных исторических анекдотов «от Резуна». Кутузов и Наполеон изрядно бы удивились, прочитав этакое. Интересно, найдется ли в подлунном мире историк войны 1812 года, не слышавший о том, что французам удалось взять и Багратионовы флеши, и батарею Раевского, ключевые точки русской обороны? По этому поводу у академика Тарле сказано: «В позднейшем донесении генерала Сен-При императору Александру взятие французами Багратионовых флешей и редутов тоже объясняется тяжкой раной Багратиона и исчезновением его, смертельно раненного, с поля. У русских было в начале нападения на Семеновское всего 50 орудий, у французов же с самого начала больше сотни.  Чем больше свирепела борьба вокруг флешей, тем больше французских орудий подъезжало к маршалам, а русских к Багратиону. Атакуемые французами пункты так быстро переходили из рук в руки, что артиллерия обеих сторон не всегда успевала приноровиться и иногда обстреливала по нескольку минут своих. Перед гибелью Багратиона и последним штурмом Багратионовых флешей этот небольшой участок поля битвы обстреливался 400 французскими орудиями и 300 русскими. Теперь Наполеон повернул эти орудия против батареи Раевского, стоявшей в центре позиций».

И батарею Раевского  французы тоже, в конце концов, взяли: «Тотчас после отбития налета Платова и Уварова Наполеон велел вице-королю Евгению и части кавалерии Мюрата во что бы то ни стало штурмовать и взять батарею Раевского. Последовала атака, встреченная отчаянным сопротивлением русских. Раненные солдаты не уходили из строя, ожесточение было с обеих сторон неистовое, битва шла на самой батарее и между батареей и тем местом, где утром стоял Багратион: теперь левый русский фланг был уже сильно отодвинут сначала Коновницыным, который сменил смертельно раненного Багратиона, и потом Дохтуровым, сменившим Коновницына. В начале четвертого часа русские защитники батареи на три четверти были перебиты, остальные отброшены. Батарея осталась за французами». Вот удивились бы французы, узнав о том, что «завершилась битва на тех же позициях, что и начиналась».

Другое дело, что, потеряв важнейшие позиции, русские войска не разбежались, а продолжали сражаться. Победы Наполеон не добился.  А ночью «темнота окончательно сгустилась над долиной побоища, и неумолкавшие стоны и вопли раненых, брошенных на поле и французами и русскими, неслись оттуда всю ночь. И всю ночь горели огни на всех пригорках, к которым отошел штаб Кутузова и куда собирались уцелевшие части русской армии».

Показательно, что автор творения о «позорном» для СССР финале Второй мировой и «бородинских» откровений в качестве эпиграфа для одной из своих глав сослался на Юлию Латынину. Сия неподражаемая либералка прославилась как неутомимая обличительница русской армии и автор бессмертных строк  «она металась, как стрелка осциллографа, то вверх, то вниз». Ну не знала неукротимая Латынина о том, как сей прибор выглядит. С тех пор ее «стрелкой осциллографа» и прозвали. Выдать что-нибудь совершенно бредовое на военную, техническую или историческую тему – это у либералов что-то вроде визитной карточки, они так своих узнают, братьев по разуму. Пароль – «русские сами снесли Цхинвал», отзыв – «абхазские оккупанты в Абхазии».

В конце девяностых годов, например, журналисты - обличители,  рассказывая «чистую правду» о «зверствах федералов», додумались до «девушки в шортах», которая в таком непотребном для горянки виде, якобы, по ваххабитскому селу Карамахи бродила, не опасаясь расправы согласно законам шариата. Ну почему бы Резуну не позвать в соавторы «девушку в шортах» и «стрелку осциллографа» и на паях не сочинить что-нибудь военно-историческое?  О том, как достает Кутузов «стрелку осциллографа» и приказывает по ней «девушке в шортах» срочно передать «Суворову» и «конному Саддаму Хусейну», что главврач приказал постирать казенные халаты. А иначе телевизор отключит…