Пребывание на посту главы дипломатического ведомства США Кондолизы Райс ознаменовалось сокрушительными провалами американской внешней политики, подобных которым страна не знала давно.
Формирование антиамериканского блока стран Латинской Америки, вдобавок еще и ориентированного на Москву, все более ухудшающаяся ситуация вокруг Афганистана и Ирака, разрушенные отношения с одним из главных региональных союзников США – Пакистаном, растущее недовольство Америкой в Европе. К этому можно прибавить усиление конфронтации с Россией и Китаем, неспособность Госдепа получить от мирового сообщества «карт-бланш» на войну против Ирана, провал американской политики в Закавказье, ознаменовавшийся разгромом грузинских войск в Южной Осетии, и последовавшую за этим неудачу по формированию антироссийской коалиции. Это только наиболее заметные просчеты и неудачи Госдепа.
Конечно, было бы несправедливым возложить всю вину за них исключительно на внешнеполитическое ведомство и его главу. Но, также не стоит уменьшать и ее заслуги. Все это время госпожа Райс была лицом Америки, и, по мнению большинства жителей планеты, физиономия эта была весьма неприятна. И дело не только в «ястребиных» наклонностях главной американской дипломатши, но и в том, что она, надо признать, не слишком умна: не всегда понимала что, когда и как нужно говорить. Ее «лебединая песнь» - знаменитое выступление в фонде Маршалла, которое по ее задумке должно было звучать металлом и стать повторением Фултонской речи, было, по мнению экспертов, откровенно жалким и больше напоминало обиженное повизгивание. Короче говоря, наследие, оставляемое Райс своей преемнице, прямо скажем – незавидное.
Так что, назначение Хиллари Клинтон на пост госсекретаря едва ли можно считать большим подарком. Ей предстоит поистине грандиозная работа, прежде всего, по восстановлению подпорченного имиджа Америки. Это прекрасно понимает и новый президент. Понимание этого нашло отражение в фактически новом статусе госсекретаря в административной структуре Белого Дома. Это новое положение дел названо обозревателем The Washington Times Дэниэлом Голлингтоном «переворот Клинтон».
Уже известно, что у Хиллари будет «прямой доступ» к президенту, и она будет иметь более высокий статус, чем ее предшественники. По мнению многочисленных экспертов, за исключением президента, никто не будет иметь на Клинтон ни малейшего влияния, а на заседаниях Совета национальной безопасности будут присутствовать лишь заместители госсекретаря, если не чиновники более низкого ранга. Есть предположения, что новое статус-кво будет не всеми обитателями Белого дома воспринято с энтузиазмом. «Самые очевидные трения уже возникли - это спор с вице-президентом Джо Байденом, который мнит себя гуру во внешней политике, и наверняка убеждал Обаму подобрать более слабого госсекретаря», - предполагает Дэниэл Голлингтон. Хиллари Клинтон не будет считать Байдена своим начальником.
Также назначение Клинтон на пост госсекретаря расшатывает традиционную структуру Совета национальной безопасности - и личный престиж советника по национальной безопасности, утверждает обозреватель, предсказывая, что Клинтон будет считать генерала Джонса всего лишь «координатором».
Является ли создание этих эксклюзивных условий для бывшей первой леди «платой» за поддержку на выборах? Едва ли. Видимо, особый статус и особые полномочия предполагают и особые усилия нового госсекретаря. В отличие от своей предшественницы Хиллари Клинтон имеет репутацию вполне адекватного, взвешенного и расчетливого человека. Во всяком случае, внешних проявлений эмоций от нее, скорее всего, ждать не приходится. В любом случае, новый статус госсекретаря говорит, прежде всего, о приоритетах нынешней администрации.
Стоит ли нашей стране ожидать в связи с этим каких-то серьезных изменений в отношениях между нашими странами? В самом Белом Доме говорят о возврате во внешней политике к «традиционным либеральным ценностям», которые вроде как предусматривают более конструктивные шаги в отношении России. Но наряду с этим эксперты из аналитических структур, обслуживающих американскую администрацию, в один голос говорят о «большой вероятности применения Россией военной силы против соседей». Это нельзя оценивать иначе, как создание пропагандистской базы конфронтационной политики в отношении нашей страны.
Формирование антиамериканского блока стран Латинской Америки, вдобавок еще и ориентированного на Москву, все более ухудшающаяся ситуация вокруг Афганистана и Ирака, разрушенные отношения с одним из главных региональных союзников США – Пакистаном, растущее недовольство Америкой в Европе. К этому можно прибавить усиление конфронтации с Россией и Китаем, неспособность Госдепа получить от мирового сообщества «карт-бланш» на войну против Ирана, провал американской политики в Закавказье, ознаменовавшийся разгромом грузинских войск в Южной Осетии, и последовавшую за этим неудачу по формированию антироссийской коалиции. Это только наиболее заметные просчеты и неудачи Госдепа.
Конечно, было бы несправедливым возложить всю вину за них исключительно на внешнеполитическое ведомство и его главу. Но, также не стоит уменьшать и ее заслуги. Все это время госпожа Райс была лицом Америки, и, по мнению большинства жителей планеты, физиономия эта была весьма неприятна. И дело не только в «ястребиных» наклонностях главной американской дипломатши, но и в том, что она, надо признать, не слишком умна: не всегда понимала что, когда и как нужно говорить. Ее «лебединая песнь» - знаменитое выступление в фонде Маршалла, которое по ее задумке должно было звучать металлом и стать повторением Фултонской речи, было, по мнению экспертов, откровенно жалким и больше напоминало обиженное повизгивание. Короче говоря, наследие, оставляемое Райс своей преемнице, прямо скажем – незавидное.
Так что, назначение Хиллари Клинтон на пост госсекретаря едва ли можно считать большим подарком. Ей предстоит поистине грандиозная работа, прежде всего, по восстановлению подпорченного имиджа Америки. Это прекрасно понимает и новый президент. Понимание этого нашло отражение в фактически новом статусе госсекретаря в административной структуре Белого Дома. Это новое положение дел названо обозревателем The Washington Times Дэниэлом Голлингтоном «переворот Клинтон».
Уже известно, что у Хиллари будет «прямой доступ» к президенту, и она будет иметь более высокий статус, чем ее предшественники. По мнению многочисленных экспертов, за исключением президента, никто не будет иметь на Клинтон ни малейшего влияния, а на заседаниях Совета национальной безопасности будут присутствовать лишь заместители госсекретаря, если не чиновники более низкого ранга. Есть предположения, что новое статус-кво будет не всеми обитателями Белого дома воспринято с энтузиазмом. «Самые очевидные трения уже возникли - это спор с вице-президентом Джо Байденом, который мнит себя гуру во внешней политике, и наверняка убеждал Обаму подобрать более слабого госсекретаря», - предполагает Дэниэл Голлингтон. Хиллари Клинтон не будет считать Байдена своим начальником.
Также назначение Клинтон на пост госсекретаря расшатывает традиционную структуру Совета национальной безопасности - и личный престиж советника по национальной безопасности, утверждает обозреватель, предсказывая, что Клинтон будет считать генерала Джонса всего лишь «координатором».
Является ли создание этих эксклюзивных условий для бывшей первой леди «платой» за поддержку на выборах? Едва ли. Видимо, особый статус и особые полномочия предполагают и особые усилия нового госсекретаря. В отличие от своей предшественницы Хиллари Клинтон имеет репутацию вполне адекватного, взвешенного и расчетливого человека. Во всяком случае, внешних проявлений эмоций от нее, скорее всего, ждать не приходится. В любом случае, новый статус госсекретаря говорит, прежде всего, о приоритетах нынешней администрации.
Стоит ли нашей стране ожидать в связи с этим каких-то серьезных изменений в отношениях между нашими странами? В самом Белом Доме говорят о возврате во внешней политике к «традиционным либеральным ценностям», которые вроде как предусматривают более конструктивные шаги в отношении России. Но наряду с этим эксперты из аналитических структур, обслуживающих американскую администрацию, в один голос говорят о «большой вероятности применения Россией военной силы против соседей». Это нельзя оценивать иначе, как создание пропагандистской базы конфронтационной политики в отношении нашей страны.
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках