Итак, что же говорит о России Джон Маккейн? Он говорит, что Россией 'правят аппаратчики из КГБ', говорит о ее агрессии против Грузии и о поддержке Америкой вступления Украины и Грузии в НАТО. По словам Маккейна, в основе нападения на Грузию 'лежит исключительно энергетика' и стремление России контролировать энергопоставки в Европу. Более того, с точки зрения Маккейна, события в Грузии лишь подчеркивают, что Россия грозит 'восстановить свой старый имперский статус'.
А что же думает обо всех этих весьма сильных выражениях Обама? Вот его ответ: 'Думаю, по этим вопросам мы с сенатором Маккейном в основном сходимся'. Две недели назад модератор президентских дебатов специально спросил, есть ли у Обамы что возразить на только что сказанное Маккейном? 'На самом деле, нет'. Всем все ясно? На самом деле, да - какие бы колкости ни говорили кандидаты друг о друге после этого.
Но реальность есть реальность: кто бы ни был избран президентом в ноябре, и с чем бы ему ни пришлось столкнуться в экономике - с финансовым кризисом, рецессией, да хоть развалом, - ему предстоит и внешнеполитическое столкновение. Сталкиваться предстоит с группой европейских союзников Соединенных Штатов, возглавляемой Германией. Предмет столкновения - 'поднимающаяся и очень агрессивная', по словам Обамы, Россия.
Разлом очень ясно обозначился на прошлой неделе, когда канцлер Германии Ангела Меркель отправилась в Санкт-Петербург на встречу с президентом России Дмитрием Медведевым. Хотя Медведев явно пляшет под музыку, заказанную премьер-министром Владимиром Путиным, именно ему принадлежат слова о том, что после действий российских войск в Грузии Россия будет играть 'привилегированную роль' в делах своих соседей - фактически именно Медведев обновил 'доктрину Брежнева' о вечном праве Советского Союза на вмешательство. И как раз на прошлой неделе, аккурат к визиту Меркель, Россия объявила, что уже со следующего года планирует ставить на боевое дежурство наступательные ядерные ракеты, способные преодолевать системы противоракетной обороны.
Что же касается самих петербургских переговоров, то их итогом стало прибавление к и без того длинному списку эксклюзивных германо-российских договоренностей очередной двусторонней сделки по энергоносителям. И - ни слова ни о перевооружении России, ни о ее планах по удвоению численности войск в двух фактически аннексированных ею грузинских провинциях. В результате газета Frankfurter Allgemeine выносит вердикт: 'За кратким ледниковым периодом следует оттепель'.
Теперь, судя по всему, Меркель готова, если московские войска уйдут с 'непосредственно грузинской территории', выступить за возобновление отложенных переговоров по так называемому 'стратегическому партнерству' между Евросоюзом и Россией - вот, оказывается, какой вишенкой ЕС собирается украсить увеличение численности российских солдат в Южной Осетии и Абхазии до 7600 человек. Еще не уехав из России, Меркель, судя по сообщениям СМИ, совершенно ясно дала понять, что не хотела бы, чтобы на декабрьском саммите НАТО Грузия и Украина получили официальный статус кандидатов члены альянса.
Хорошенький Россия получила отпор, нечего сказать. В этом вся Европа: Германия от ее лица сама добавляет новые внутренние противоречия к уже имеющимся. О тревожной вероятности трансатлантического раскола в первые сто дней пребывания у власти нового президента США скромно промолчим.
В принципе, согласившись с высказанной в ходе дебатов позицией Маккейна по России - а Маккейн сказал 'нет' новой 'холодной войне' и уже не повторяет своих старых призывов выкинуть Россию из "Группы Восьми" ведущих промышленно развитых держав мира, - Обама добавил, что Грузии и Украине необходимо 'немедленно' прописать план вступления в НАТО. Если бы это было сделано, перед Россией появилась бы четко проведенная Западом 'красная линия', и ей уже нелегко было бы взяться за передел региона, некогда находившегося под ее полным контролем.
Однако если члены ЕС, пришедшие из бывшего советского блока, считают вступление Грузии и Украины в НАТО поступком, защищающим их независимость и самое существование, то Германия, а также, весьма вероятно, и Франция с Италией, не хотят этого делать, поскольку не хотят раздражать Россию.
При этом, для большинства стран такая позиция лишь отражает объем заключенных с Россией выгодных контрактов и боязнь противостоять восстановлению зоны российского влияния. Для Германии же это чуть ли не принципиальный вопрос: уже не первый век Германия испытывает реальное желание наладить с Россией хорошие отношения, и по-немецки упорно фантазирует о том, как положительно откликнется на это Россия. Вот что пишет - весьма критически - о нынешнем отношении Германии к России немец Томас Кляйне-Брокхофф (Thomas Kleine-Brockhoff), директор по политическим вопросам в Фонде Маршалла "Германия - США" (German Marshall Fund of the United States): 'Основой германской политики по России стала смесь самообмана и несбыточных фантазий. Все очевидные изменения ситуации либо забалтываются, либо на них предпочитают смотреть сквозь пальцы. Ответ на все вопросы один: сближение и только сближение. Если все хорошо - значит, отношения [с Россией] надо углублять. Если все плохо - тем более'.
Что ж, подходит момент, когда время само заставит игроков раскрыть карты. Русские, скорее всего, постараются показать, что выполняют соглашение, по которому обязались вывести войска к 10 октября. И главным вопросом саммита Европейского Союза, который состоится уже 15 октября, должен стать вопрос: что на самом деле делают русские? И есть вероятность, что, каков бы ни оказался ответ на этот вопрос, некоторые члены ЕС найдут для Москвы достаточно оправданий, чтобы возобновить переговоры о стратегическом партнерстве.
Если так и будет, то российский вопрос автоматически станет главным на брюссельском саммите НАТО в декабре, где Соединенные Штаты по-прежнему будет представлять президент Джордж Буш - единственный свидетель души в глазах Путина. Момент для судьбоносных решений будет явно неудобный; следовательно, надо смотреть уже на следующий, апрельский, саммит альянса. По словам одного высокопоставленного натовского дипломата, кто бы ни стал новым президентом США, основой его авторитета станет именно тональность, которая в апреле будет принята в отношениях с русскими, вкупе с решением вопроса о процессе вступления Грузии и Украины в НАТО.
Значит, на решение сложнейшей политической задачи, то есть на выработку единой политической линии по обе стороны Атлантики, остается всего несколько месяцев. Тем не менее, сейчас мы видим, что оба кандидата в президенты Америки - Обама, который сказал, и Маккейн, который ему не противоречил - по самым жестким и трудным аспектам взаимоотношений с Россией занимают практически одну и ту же позицию. Поскольку это единство высказано перед мировой аудиторией - и американскими избирателями, и всеми, кого так или иначе коснутся эти выборы - в нем явственно проглядывает сигнал международного характера. И России, и европейским союзникам Соединенных Штатов лучше бы уловить этот сигнал.
Джон Винокур
"The International Herald Tribune", США
Перевод на сайте inosmi.ru 7 октября 2008 г.
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках