14 июля 1789 года революционно настроенный французский народ разрушил монархические застенки. С тех пор Франция и просто сочувствующие отмечают День взятия Бастилии. В этом году торжество праздновали необыкновенно пышно. Были приглашены лидеры 50 стран, в том числе вызвавший скандал президент Сирии Башар Ассад. Николя Саркози сиял, пробегая стремительными шагами вдоль рядов политиков и наскоро пожимая руки. С Ангелой Меркель Сарко даже успел пошептаться. Вынужденный политической конъюнктурой к объявлению Саркози своим преемником, экс-президент Ширак проигнорировал торжество в знак протеста против приезда злополучного Ассада. Впрочем, патрон Ширак недоволен Саркози уже давно, так что Ассад был выбран лишь как повод для публичной акции.
Николя Саркози, очевидно, отягощенный комплексом Наполеона (Саркози тоже не натуральный француз, не гренадерского роста и чрезмерно честолюбив), устроил вдохновляющий военный парад. Сначала над триумфальной аркой пролетела девятка самолетов с французским триколором. И тут понеслось: танки, бронетранспортеры, боевые машины пехоты, даже приземляющиеся десантники. Сарко сиял.
Франция сейчас председательствует в Евросоюзе. Саркози столкнулся с крупнейшим провалом политики грандов Европы: Лиссабонский договор отвергнут, вслед за отказом от евроконституции. Преисполненный поистине наполеоновских планов, президент Франции недавно озвучил свою идею о создании Объединенных Вооруженных сил Европы. Судя по его сияющим на параде глазам, Саркози уже видел себя во главе нового суперведомства. В конце концов, разумный (а главное, послушный) политик всегда сможет найти себе теплое местечко, как показал пример Тони Блэра. Помимо планов создания обороны Европы, Саркози пообещал ввести Францию обратно в НАТО. Генерал де Голль в свое время вывел страну из этого военного блока, созданного для сопротивления СССР. СССР давно прекратил свое существование, де Голль тоже покоится в могиле, а НАТО живет-поживает, да добра наживает. И стремительно расширяется. Вообще, эта стремительность порой напоминает последнюю стадию онкологического заболевания: метастазы плодятся внутри организма, пожирая его изнутри. Триумф раковых клеток заканчивается гибелью победителя. Впрочем, до этого далеко. А пока Франция, гордо отказавшаяся от участия в проамериканском блоке, будет проситься обратно, как нашкодивший щенок.
Парад шел мимо лидеров государств, чеканя шаг и картинно разворачиваясь, чтобы рассыпаться по узким парижским улочкам. Саркози продолжал трепетать от восторга. Сын венгерского эмигранта, мелкий чиновник, благодаря своему честолюбию и умению ставить на победителя, он сумел стать во главе крупнейшего европейского государства, его принимают самые влиятельные люди планеты, он держит руку на пульсе жизни человечества. И вот он стоит, провожая взглядом покорные его воле колонны людей и техники, в окружении преданных сторонников и, не побоюсь этого слова, поклонников. Франция под его руководством не только развернула курс на сближение с США, Франция не только входит в НАТО, Франция двигает европейскую консолидацию, инициирует создание Средиземноморского союза. Франция, прекрасная и удивительная, самобытная и капризная, полностью перешла в подчинение вашингтонским политикам. Франция, сказочная и необыкновенная, постепенно теряет свой национальный характер, умирая вместе с французской нацией. Эмигранты из Африки все громче требуют привилегий, христианские храмы все чаще переходят в собственность мусульманских общин. Легендарные французские виноградники под угрозой вымирания: политика требует прекратить дотировать сельское хозяйство. Непрерывные забастовки измучили страну, а низкий экономический рост, усугубленный продовольственным и финансовым кризисами, грозит уйти вовсе в минус.
Но Саркози, ослепленный блеском начищенных армейских ботинок, не хочет видеть бед Франции. В конце концов, что значит в мире глобализации какой-то клочок суши для умного и решительного человека?
Николя Саркози, очевидно, отягощенный комплексом Наполеона (Саркози тоже не натуральный француз, не гренадерского роста и чрезмерно честолюбив), устроил вдохновляющий военный парад. Сначала над триумфальной аркой пролетела девятка самолетов с французским триколором. И тут понеслось: танки, бронетранспортеры, боевые машины пехоты, даже приземляющиеся десантники. Сарко сиял.
Франция сейчас председательствует в Евросоюзе. Саркози столкнулся с крупнейшим провалом политики грандов Европы: Лиссабонский договор отвергнут, вслед за отказом от евроконституции. Преисполненный поистине наполеоновских планов, президент Франции недавно озвучил свою идею о создании Объединенных Вооруженных сил Европы. Судя по его сияющим на параде глазам, Саркози уже видел себя во главе нового суперведомства. В конце концов, разумный (а главное, послушный) политик всегда сможет найти себе теплое местечко, как показал пример Тони Блэра. Помимо планов создания обороны Европы, Саркози пообещал ввести Францию обратно в НАТО. Генерал де Голль в свое время вывел страну из этого военного блока, созданного для сопротивления СССР. СССР давно прекратил свое существование, де Голль тоже покоится в могиле, а НАТО живет-поживает, да добра наживает. И стремительно расширяется. Вообще, эта стремительность порой напоминает последнюю стадию онкологического заболевания: метастазы плодятся внутри организма, пожирая его изнутри. Триумф раковых клеток заканчивается гибелью победителя. Впрочем, до этого далеко. А пока Франция, гордо отказавшаяся от участия в проамериканском блоке, будет проситься обратно, как нашкодивший щенок.
Парад шел мимо лидеров государств, чеканя шаг и картинно разворачиваясь, чтобы рассыпаться по узким парижским улочкам. Саркози продолжал трепетать от восторга. Сын венгерского эмигранта, мелкий чиновник, благодаря своему честолюбию и умению ставить на победителя, он сумел стать во главе крупнейшего европейского государства, его принимают самые влиятельные люди планеты, он держит руку на пульсе жизни человечества. И вот он стоит, провожая взглядом покорные его воле колонны людей и техники, в окружении преданных сторонников и, не побоюсь этого слова, поклонников. Франция под его руководством не только развернула курс на сближение с США, Франция не только входит в НАТО, Франция двигает европейскую консолидацию, инициирует создание Средиземноморского союза. Франция, прекрасная и удивительная, самобытная и капризная, полностью перешла в подчинение вашингтонским политикам. Франция, сказочная и необыкновенная, постепенно теряет свой национальный характер, умирая вместе с французской нацией. Эмигранты из Африки все громче требуют привилегий, христианские храмы все чаще переходят в собственность мусульманских общин. Легендарные французские виноградники под угрозой вымирания: политика требует прекратить дотировать сельское хозяйство. Непрерывные забастовки измучили страну, а низкий экономический рост, усугубленный продовольственным и финансовым кризисами, грозит уйти вовсе в минус.
Но Саркози, ослепленный блеском начищенных армейских ботинок, не хочет видеть бед Франции. В конце концов, что значит в мире глобализации какой-то клочок суши для умного и решительного человека?
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках