Очень хорошо, что 10 июля в Грузию прилетела Кондолиза Райс, а российские военные самолеты полетали над Южной Осетией. При этом совсем замечательно, что российские самолеты летали открыто, а Михаил Саакашвили предложил создать некую структуру по обеспечению безопасности Олимпиады, намекнув, что без Грузии с безопасностью могут быть проблемы.
10 июля останется в истории конфликтов на Южном Кавказе днем, когда все говорили правду, называя вещи своими именами.
Надо брать пример у Соединенных Штатов. Они не скрывают, что хотят видеть, и не скрывают, как они собираются это делать. Когда Кондолиза Райс приезжает в Тбилиси, она совершенно искренне говорит, что США сделают все для того, чтобы Грузия вступила в НАТО. В Штатах об этом прямо говорили и до визита Кондолизы Райс в Грузию. Именно этой прямотой и прозрачностью берут Штаты. Всем понятно, что они хотят и что делают для этого. Если прямотой и откровенностью американской политики обзаведутся в Москве и, особенно в Тбилиси, всем сторонам этого конфликтного многоугольника будет намного проще.
До сих пор и в России и в Грузии исходили от обратного. Кто-то что-то делал, кто-то на что-то намекал, кто-то у кого-то непонятно зачем летал. Кто-то у кого-то что-то взрывал. И все были ни при чем. О реальной политике, о реальных целях этой политики догадывались политологи, писали журналисты. Но никто, ни о чем из центров формирования этой политики, ничего не говорил о ее реальных мотивах. 10 июля многое поменялось.
Россия, отправив свои боевые самолеты в Южную Осетию, и с помощью МИД сообщив, что это именно ее самолеты, впервые дала понять, чего она хочет. Она хочет, чтобы не началась война в Южной Осетии, которая уже почти началась. Она дала понять, что она не будет нейтральным посредником с этой войне и поддержит Цхинвали. Россия не впервые, судя по всему, отправляет свои боевые самолеты в зоны конфликтов Грузии со своими бывшими автономиями. Но до вчерашнего дня МИД РФ тратил колоссальные усилия для того, чтобы опровергать причастность Москвы к этим полубоевым вылетам.
Итак, будем надеяться, что последний полет российских боевых самолетов это не единичный случай в смысле откровенности, а обнадеживающая тенденция ведения искренней политики. Россия от Грузии хочет следующих вещей. Самое главное, это невступление в НАТО. Россия будет добиваться этого самым широким набором приемов. Правовых и не очень. Первое, это поддержка Абхазии и Южной Осетии ровно до тех пор, пока Грузия либо вступит, либо не вступит в НАТО. Чем ближе Грузия к НАТО, тем ближе признание непризнанных государств. Россия умудрилась растянуть признание Абхазии и Южной Осетии на целое десятилетие. Этот феномен потом должен быть изучен политическими науками. Как признать, не признавая юридически? Это к взаимоотношениям России с Абхазией сегодня. Если Грузия пробьет для себя План действий по вступлению в НАТО, значит, Абхазия получит военный договор с Россией и российское посольство в Сухуми. Если Грузия войдет в НАТО, Абхазия получит признание независимости. Ну, а пока не входит, торг продолжается, со всеми вытекающими. У России, на самом деле, пока много времени. Впереди естественная смена управленческой элиты в Грузии, в 2012 году, а там, Бог его знает, кто придет, и что он будет думать по поводу НАТО. До 2012 года Грузии вступить в НАТО вряд ли удастся, и, значит, есть как минимум четыре года, в течение которых можно поторговаться.
Грузия очень хотела бы предложить России контракт, от которого ей было бы трудно отказаться. Абхазия и Южная Осетия взамен на НАТО и евроатлантическую интеграцию. И очень может быть, что Россия приняла бы условия такого контракта. Но Россия его не сможет выполнить, ибо в отличие от грузинских предрассудков хорошо понимает, что не сможет заставить ни Цхинвали, ни Сухуми пойти на подобные проекты, а насилие - опять война. Вообще сложность кавказского узла в том, что девять из десяти выходов из тупика, это война.
А война России не нужна, и она готова убедить в этом Грузию любыми методами, в том числе и военными. У Грузии в отличие от России времени мало. Точнее, мало времени не у Грузии, а у Саакашвили. Его амбиции не позволяют оставить потомкам Грузию без бывших автономий. Ну, хотя бы Южную Осетию постараться вернуть можно. Просто так взять и начать войну ему не дадут, и дали понять, что не дадут. Как действительно неплохой тактик, он предпринял попытку начать войну тихо, с небольших обстрелов, с захвата заложников. А когда начнут много стрелять, будет уже поздно останавливать. Поэтому российские самолеты и появились в небе Южной Осетии 10 июля, чтобы остановить процесс. Россия честна в том, что ей нравится нынешнее статус-кво, которое помогает избежать ей поражения в борьбе за Южный Кавказ. И Россия честна теперь в том, что не даст разрушить этот баланс, потому что ничего более выгодного она пока не видит. Именно в этом заключается корень дружбы Москвы с Сухуми. Есть один общий интерес – сохранить то, что уже есть. Абхазии большего не надо, а Россия боится потерять то, что имеет.
Лидер Грузии понял, на чем можно шантажировать Россию. Своим предложением о создании комитета по обеспечению безопасности сочинской Олимпиады, он тоже начал прямой разговор. Получается, что без Грузии, по мнению грузинского президента, безопасность проекта, который стоит 12 миллиардов долларов, не обеспечить. С другой стороны, кто кроме Грузии может создать проблемы для безопасного проведения Олимпиады? Таким образом, Грузия начала вести предельно откровенный разговор, который напоминает разговор рэкетира с предпринимателем. Тбилиси абсолютно честно говорит: «Мы сделаем все, чтобы сорвать Олимпиаду, если наши интересы оставят за бортом». Когда об этом говорит президент страны, это хоть и неприятно, зато честно. И неважно, что грузинская граница находится в 200 км от олимпийских арен, и неважно, что между Грузией и Россией находится Абхазия, с которой уместнее вести разговоры о безопасности. Грузия приглашает сама себя в этот диалог. А если не пригласить, то будет террор. Такой вот откровенный разговор.
10 июля останется в истории конфликтов на Южном Кавказе днем, когда все говорили правду, называя вещи своими именами.
Надо брать пример у Соединенных Штатов. Они не скрывают, что хотят видеть, и не скрывают, как они собираются это делать. Когда Кондолиза Райс приезжает в Тбилиси, она совершенно искренне говорит, что США сделают все для того, чтобы Грузия вступила в НАТО. В Штатах об этом прямо говорили и до визита Кондолизы Райс в Грузию. Именно этой прямотой и прозрачностью берут Штаты. Всем понятно, что они хотят и что делают для этого. Если прямотой и откровенностью американской политики обзаведутся в Москве и, особенно в Тбилиси, всем сторонам этого конфликтного многоугольника будет намного проще.
До сих пор и в России и в Грузии исходили от обратного. Кто-то что-то делал, кто-то на что-то намекал, кто-то у кого-то непонятно зачем летал. Кто-то у кого-то что-то взрывал. И все были ни при чем. О реальной политике, о реальных целях этой политики догадывались политологи, писали журналисты. Но никто, ни о чем из центров формирования этой политики, ничего не говорил о ее реальных мотивах. 10 июля многое поменялось.
Россия, отправив свои боевые самолеты в Южную Осетию, и с помощью МИД сообщив, что это именно ее самолеты, впервые дала понять, чего она хочет. Она хочет, чтобы не началась война в Южной Осетии, которая уже почти началась. Она дала понять, что она не будет нейтральным посредником с этой войне и поддержит Цхинвали. Россия не впервые, судя по всему, отправляет свои боевые самолеты в зоны конфликтов Грузии со своими бывшими автономиями. Но до вчерашнего дня МИД РФ тратил колоссальные усилия для того, чтобы опровергать причастность Москвы к этим полубоевым вылетам.
Итак, будем надеяться, что последний полет российских боевых самолетов это не единичный случай в смысле откровенности, а обнадеживающая тенденция ведения искренней политики. Россия от Грузии хочет следующих вещей. Самое главное, это невступление в НАТО. Россия будет добиваться этого самым широким набором приемов. Правовых и не очень. Первое, это поддержка Абхазии и Южной Осетии ровно до тех пор, пока Грузия либо вступит, либо не вступит в НАТО. Чем ближе Грузия к НАТО, тем ближе признание непризнанных государств. Россия умудрилась растянуть признание Абхазии и Южной Осетии на целое десятилетие. Этот феномен потом должен быть изучен политическими науками. Как признать, не признавая юридически? Это к взаимоотношениям России с Абхазией сегодня. Если Грузия пробьет для себя План действий по вступлению в НАТО, значит, Абхазия получит военный договор с Россией и российское посольство в Сухуми. Если Грузия войдет в НАТО, Абхазия получит признание независимости. Ну, а пока не входит, торг продолжается, со всеми вытекающими. У России, на самом деле, пока много времени. Впереди естественная смена управленческой элиты в Грузии, в 2012 году, а там, Бог его знает, кто придет, и что он будет думать по поводу НАТО. До 2012 года Грузии вступить в НАТО вряд ли удастся, и, значит, есть как минимум четыре года, в течение которых можно поторговаться.
Грузия очень хотела бы предложить России контракт, от которого ей было бы трудно отказаться. Абхазия и Южная Осетия взамен на НАТО и евроатлантическую интеграцию. И очень может быть, что Россия приняла бы условия такого контракта. Но Россия его не сможет выполнить, ибо в отличие от грузинских предрассудков хорошо понимает, что не сможет заставить ни Цхинвали, ни Сухуми пойти на подобные проекты, а насилие - опять война. Вообще сложность кавказского узла в том, что девять из десяти выходов из тупика, это война.
А война России не нужна, и она готова убедить в этом Грузию любыми методами, в том числе и военными. У Грузии в отличие от России времени мало. Точнее, мало времени не у Грузии, а у Саакашвили. Его амбиции не позволяют оставить потомкам Грузию без бывших автономий. Ну, хотя бы Южную Осетию постараться вернуть можно. Просто так взять и начать войну ему не дадут, и дали понять, что не дадут. Как действительно неплохой тактик, он предпринял попытку начать войну тихо, с небольших обстрелов, с захвата заложников. А когда начнут много стрелять, будет уже поздно останавливать. Поэтому российские самолеты и появились в небе Южной Осетии 10 июля, чтобы остановить процесс. Россия честна в том, что ей нравится нынешнее статус-кво, которое помогает избежать ей поражения в борьбе за Южный Кавказ. И Россия честна теперь в том, что не даст разрушить этот баланс, потому что ничего более выгодного она пока не видит. Именно в этом заключается корень дружбы Москвы с Сухуми. Есть один общий интерес – сохранить то, что уже есть. Абхазии большего не надо, а Россия боится потерять то, что имеет.
Лидер Грузии понял, на чем можно шантажировать Россию. Своим предложением о создании комитета по обеспечению безопасности сочинской Олимпиады, он тоже начал прямой разговор. Получается, что без Грузии, по мнению грузинского президента, безопасность проекта, который стоит 12 миллиардов долларов, не обеспечить. С другой стороны, кто кроме Грузии может создать проблемы для безопасного проведения Олимпиады? Таким образом, Грузия начала вести предельно откровенный разговор, который напоминает разговор рэкетира с предпринимателем. Тбилиси абсолютно честно говорит: «Мы сделаем все, чтобы сорвать Олимпиаду, если наши интересы оставят за бортом». Когда об этом говорит президент страны, это хоть и неприятно, зато честно. И неважно, что грузинская граница находится в 200 км от олимпийских арен, и неважно, что между Грузией и Россией находится Абхазия, с которой уместнее вести разговоры о безопасности. Грузия приглашает сама себя в этот диалог. А если не пригласить, то будет террор. Такой вот откровенный разговор.
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках