Мария Соловьева

Крах европейской мечты

Долгое время для россиян рай представлялся в виде заграницы. Там, в заграницах, с людьми происходили всяческие чудеса вроде огромных пособий по безработице, полубесплатных квартир и великолепного обучения детей. О сложностях, с которыми сталкивались россияне, массово покидавшие в 90х годах 20 века свою многострадальную родину, предпочитали умалчивать. Впрочем, заваленная ваучерами голодная Россия тогда казалась худшим вариантом для какой-либо жизни.

Сегодня старушка Европа выглядит еще более респектабельно. Евросоюз включает в себя 27 стран, многие сферы общественной жизни регулируются чиновниками ЕС. Вполне реально увидеть машину скорой помощи из Берлина в небольшом болгарском городке. Жители Евросоюза свободно перемещаются внутри конгломерата государств, нет нужды хлопотать для получения разрешения на работу и прочее, и прочее. Казалось бы, главная мечта 20 века о единстве и солидарности вот-вот должна воплотиться на территории Евросоюза.

Однако разогнавшийся европейский паровоз начал сбавлять обороты. Камнем преткновения стала нормативная база для столь мощного надгосударственного образования. Сначала граждане отдельных стран вроде Голландии и Франции завернули проект конституции. После некоторой обработки конституцию представили изумленным жителям под именем лиссабонского договора. Политики крупнейших европейских держав уже практически поделили посты президента Союза и министра иностранных дел, как в дела вмешалась проклятая демократия.

Дело в том, что Ирландия, представляющая собой небольшой аппендикс с населением порядка 860 тысяч человек, отказалась от ратификации даже столь мило и ненавязчиво поименованного документа.

Демократические принципы оказались под угрозой. С одной стороны, за долгие годы приручения ЕС коллективными усилиями вбухал в ирландскую экономику порядка 40 млрд. евро. С другой, ирландцы были вынуждены впустить на свой рынок европейских инвесторов и рабочих. Несмотря на значительные капиталовложения, экономика Зеленого острова неуклонно падает.  Пропорционально падению растет вина европейцев в происходящем. Разумеется, глядя на ситуацию глазами коренного населения.

В 19 веке Отто фон Бисмарк фактически заложил германское государство в современном виде на фундаменте Таможенного союза. В 20 веке эта идея казалась достаточно свежей для объединения относительно некрупных стран Европы. В 21 становится все более очевидно, что экономической выгоды недостаточно для консолидации столь разноплановых культурных образований, какими являются государства Европы.

Мечта о единой Европе терпит крах. Причем, как оказалось, сами европейцы отнюдь не разделяют мнения своих руководителей и вовсе не стремятся стать ближе в политическом и культурном аспектах. Для сытой и довольной жизни им вполне достаточно иметь возможность свободно передвигаться и вести дела в любой точке Евросоюза. Однако, нынешние лидеры вроде Ангелы Меркель и Николя Саркози порой чрезмерно хотят остаться на страницах истории как творцы эволюционного толчка в Европе. С этой узкоспециальной целью они начинают поговаривать о приложении к договору. По которому Ирландия будет иметь право выйти из членов Евросоюза, в случае повторно неудовлетворительного ответа. Дескать, с чего бы 860 тысяч ирландцев будут диктовать свою волю 500 миллионам европейцам?

Как говорится, демократия в действии. А если вам наша демократия не нравится, то мы вас вычеркиваем.

Европа, погрязшая во внутренних противоречиях, явно проглотила кусок больше, чем может переварить. Сытая было отрыжка постепенно переходит в неудержимую рвоту. Лех Качиньский изрыгнул равнодушное: «Не вижу трагедии». И это заявил представитель именно младодемократической страны, так отчаянно стремившейся в ЕС несколько лет назад. Попав в вожделенные ряды, поляки, как выясняется, довольно быстро охладели к столь вожделенному ранее членству в ЕС. Оно и понятно: Варшава славится любовью к совсем другому государству, для которого возникновение еще одной сверхдержавы было бы не слишком желательным.

Старая Европа полагала, что поляки и подобные им бедные новобранцы ЕС будут настолько благодарны Брюсселю за несколько поспешно организованное членство, что пустятся отплясывать краковяк и прочие национальные танцы по первому же свистку. Как выяснилось, здесь тоже просчитались.

В чем же причина краха столь прекрасной мечты о единой Европе? Возможно, идея пережила свою суть. Ведь в новом векторе европейского развития все отчетливее просматриваются цели унификации и стандартизации. А народы Европы хотят сохранить свою уникальность и свое право голоса.