Вот и прошел столь долгожданный саммит НАТО в Бухаресте. Грузию и Украину в НАТО пока не приняли. Ликование отечественной прессы не смолкало несколько дней. Основной причиной для безудержного веселья были вежливые пассажи некоторых европейских политиков о необходимости учитывать позицию России.
Если же внимательнее рассмотреть ситуацию, то поводов для радости не так-то много. Во-первых, Украина и Грузия войдут в НАТО. И это совершенно четко дали понять натовские чиновники, начиная с господина Яапа де Хооп Схеффера. Во-вторых, несмотря на вежливость вышеуказанных европейских политиков, отказ в присоединении к ПДЧ обе страны получили скорее в силу внутренних причин, чем давления Москвы. Россия давно не имеет былого влияния на основные геополитические вопросы. Так, вопрос по ПРО практически решен, несмотря на все громкие заявления МИДа. И решен отнюдь не в пользу Кремля.
Причина такого положения дел состоит не только в упадке отечественной дипломатии эпохи Шеварднадзе-Козырева. Скорее, дело в непоследовательности политической позиции России. Кто скажет, кого из политиков на Украине сегодня поддерживает какой-либо из российских президентов? Складывается ощущение, что, кроме бизнес-интересов «Газпрома», других интересов у отечественных властей просто не существует. А ведь на носу 2017 год, когда заканчиваются договоренности по Черноморскому флоту. На сегодня совершенно очевидно, что Украина не собирается их продлевать. Кроме того, все сколько-нибудь пророссийские силы постепенно теряют позиции: Москва не пытается защищать своих сторонников. Например, вопрос о введении второго государственного языка – русского, никак не комментируется Россией.
Что касается Грузии, то разброд и шатание в российской верхушке, замешанные на некоторой ностальгии и псевдодержавной обиде, приводят к судорожным метаниям на политическом поле. То вводятся санкции, официально санкциями не именуемые, то отменяются с той же стремительностью. То прерывается авиасообщение, то вновь открывается. Разумеется, неофициальность санкций облегчает их отмену. Но хотелось бы понимать логику происходящего. А пока складывается ощущение, что правая рука Кремля плохо представляет, что делает левая. С одной стороны, Россия поддерживает территориальную целостность Грузии, а с другой – непризнанные республики. Очевидно, что в этой ситуации невозможно долго сидеть на двух стульях: Москва рискует потерять авторитет у Абхазии и Южной Осетии. В конце концов, что мешает этим регионам прийти за поддержкой в Вашингтон, как это уже сделал Тбилиси?
Так что ждать нам теперь очередного саммита и переживать: а учтут ли «европейские коллеги» интересы России еще раз? Или все-таки нет? И если не учтут, то что делать? Про перенацеливание ракет понятно. Однако не менее понятно, что современные войны нечасто ведутся с применением подобного вооружения. Так что сложно ожидать чрезмерного испуга будущих мишеней. Ну, перенацеливайте, если вам так спокойней, думают они и вновь подают прошения о присоединении к ПДЧ.
По итогам недавнего визита в Киев президента США Дж. Буша стало окончательно ясно, кого украинские власти видят своим покровителем на международной арене. И, при всей высказанной в прессе иронии на предмет гвардейцев и ковров, горько, что заокеанские друзья ближе украинцам, чем российские. Причем сближение произошло именно в последние годы, когда Россия вроде бы начала набирать потерянный былой вес.
Результат саммита в Бухаресте – передышка, а не победа, как склонны думать некоторые отечественные политики. А передышка дается для того, чтобы осмотреть свои позиции, и, возможно, поменять тактику.
Если же внимательнее рассмотреть ситуацию, то поводов для радости не так-то много. Во-первых, Украина и Грузия войдут в НАТО. И это совершенно четко дали понять натовские чиновники, начиная с господина Яапа де Хооп Схеффера. Во-вторых, несмотря на вежливость вышеуказанных европейских политиков, отказ в присоединении к ПДЧ обе страны получили скорее в силу внутренних причин, чем давления Москвы. Россия давно не имеет былого влияния на основные геополитические вопросы. Так, вопрос по ПРО практически решен, несмотря на все громкие заявления МИДа. И решен отнюдь не в пользу Кремля.
Причина такого положения дел состоит не только в упадке отечественной дипломатии эпохи Шеварднадзе-Козырева. Скорее, дело в непоследовательности политической позиции России. Кто скажет, кого из политиков на Украине сегодня поддерживает какой-либо из российских президентов? Складывается ощущение, что, кроме бизнес-интересов «Газпрома», других интересов у отечественных властей просто не существует. А ведь на носу 2017 год, когда заканчиваются договоренности по Черноморскому флоту. На сегодня совершенно очевидно, что Украина не собирается их продлевать. Кроме того, все сколько-нибудь пророссийские силы постепенно теряют позиции: Москва не пытается защищать своих сторонников. Например, вопрос о введении второго государственного языка – русского, никак не комментируется Россией.
Что касается Грузии, то разброд и шатание в российской верхушке, замешанные на некоторой ностальгии и псевдодержавной обиде, приводят к судорожным метаниям на политическом поле. То вводятся санкции, официально санкциями не именуемые, то отменяются с той же стремительностью. То прерывается авиасообщение, то вновь открывается. Разумеется, неофициальность санкций облегчает их отмену. Но хотелось бы понимать логику происходящего. А пока складывается ощущение, что правая рука Кремля плохо представляет, что делает левая. С одной стороны, Россия поддерживает территориальную целостность Грузии, а с другой – непризнанные республики. Очевидно, что в этой ситуации невозможно долго сидеть на двух стульях: Москва рискует потерять авторитет у Абхазии и Южной Осетии. В конце концов, что мешает этим регионам прийти за поддержкой в Вашингтон, как это уже сделал Тбилиси?
Так что ждать нам теперь очередного саммита и переживать: а учтут ли «европейские коллеги» интересы России еще раз? Или все-таки нет? И если не учтут, то что делать? Про перенацеливание ракет понятно. Однако не менее понятно, что современные войны нечасто ведутся с применением подобного вооружения. Так что сложно ожидать чрезмерного испуга будущих мишеней. Ну, перенацеливайте, если вам так спокойней, думают они и вновь подают прошения о присоединении к ПДЧ.
По итогам недавнего визита в Киев президента США Дж. Буша стало окончательно ясно, кого украинские власти видят своим покровителем на международной арене. И, при всей высказанной в прессе иронии на предмет гвардейцев и ковров, горько, что заокеанские друзья ближе украинцам, чем российские. Причем сближение произошло именно в последние годы, когда Россия вроде бы начала набирать потерянный былой вес.
Результат саммита в Бухаресте – передышка, а не победа, как склонны думать некоторые отечественные политики. А передышка дается для того, чтобы осмотреть свои позиции, и, возможно, поменять тактику.
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках