Бывшие советские республики скоро вот уже двадцать лет как устанавливают и разнообразно укрепляют свою независимость, самостоятельность и суверенность. На данном этапе вполне можно попытаться подвести итоги первых шагов в мире большой политики.
Локомотивом среднеазиатских республик в области экономики, образования, интеграции в мировые процессы является, безусловно, Казахстан. Казахстанская экономика, растущая бурными темпами, притягивает инвестиции из США, ЕС, Китая, России. Казахские бизнесмены тоже активно инвестируют, в частности, в российскую экономику. В некоторых странах Средней Азии произошел резкий откат в эпоху феодально-байских отношений, с присущим этой формации обожествлением лидера, отменой образования и оттоком русскоязычного населения. Эти республики, как правило, являются родиной сотен тысяч нелегальных трудовых мигрантов, работающих в нечеловеческих условиях на стройках России.
Несмотря на яркость национальной культуры, республики Закавказья не смогли повторить успехи Казахстана ни в темпах роста, ни в привлекательности для иностранных инвестиций. Азербайджан, эксплуатируя природные богатства, не смог решить основную национальную проблему, - возвратить территорию Нагорного Карабаха. Позорное поражение от армянских войск до сих пор лежит несмываемым пятном на душе каждого азербайджанца. Азербайджан опирается на естественного союзника – Турцию, пытаясь вернуть Карабах. Турция, давний преданный соратник США, ввела Азербайджан под протекторат Вашингтона. Армения, вроде бы дружески настроенная по отношению к бывшей метрополии, пытается играть на два фронта. И это ей удается: недавно в США признали геноцид армян 1915 года. Третья закавказская страна, Грузия, имеет на своей территории две зоны этнических конфликтов. Несмотря на трогательную историю дружбы народов, основанной на слезных прошениях грузинских царей взять их землю под российскую руку, именно грузины являются основными противниками России в регионе. Заокеанские политики старательно протаскивают Грузию в НАТО, прекрасно понимая, что исторически и ментально грузины склонны к сотрудничеству с Россией. Играя на национальных обидах, во многом надуманных, американские политики стремятся как можно скорее оторвать Грузию от естественного союзника. Нынешние грузинские власти так яростно педалируют антироссийские настроения, что даже становится неловко за грузинский народ. Экономика страны находится на очень низком уровне, большая часть населения живет натуральным хозяйством и за счет денежных переводов от родственников-мигрантов. Эмигрируют, как правило, на территорию главного «врага» - в Россию.
«Европейская» часть СССР, Прибалтика, ныне и вправду стала Европой. И в НАТО прибалтийские республики вступили, и в Евросоюзе состоят, и визы у них шенгенские. Поддержка местных предателей, полицаев и карателей, постоянное ущемление прав русскоязычного меньшинства (кстати сказать, это меньшинство порой составляет треть от общего числа населения), - психологически Прибалтика похожа на Германию 30-х годов прошлого века. Экономика не демонстрирует фантастических показателей, главной мечтой молодого прибалта является работа в «настоящей» европейской стране.
Белоруссия уже больше десяти лет декларирует свое желание создать с Россией союзное государство. Некоторые шаги уже были сделаны, но, когда речь зашла о серьезных преобразованиях вроде перехода на единую валюту, Минск притормозил. Александр Лукашенко, как его называют в прессе, «последний диктатор Европы», отнюдь не торопится отдавать рычаги государственной власти в Москву, на чем настаивает Кремль. Нельзя сказать, что желание московских политиков обратить Белоруссию в провинцию России заслуживает одобрения. Однако очевидно, что при создании полноценного союзного государства полномочиями делиться придется. Прежде всего, вопрос лежит в плоскости экономических разногласий: Лукашенко пытается проводить в Беларуси социально-ориентированную политику, основанную на плановой экономике. При полноценном вхождении в рыночные отношения Беларусь ждет кризис, подобный кризису в России в начале 90-х прошлого века. Основная часть благосостояния Беларуси основана на дешевом российском газе и денег за его транзит в Европу. К сожалению, более-менее конкурентоспособных предприятий в стране нет, не считая производства калийных удобрений.
Что касается Украины, то недавний газовый конфликт – еще одно доказательство раздутых амбиций украинских политиков. Когда вся экономика зависит от стоимости газа, полноценной такую экономику назвать нельзя. Непрекращающиеся войны за власть, в том числе хронический передел собственности, непрерывные пересмотры всяческих итогов приватизации, коррупционных скандалов и прочего, в зависимости от того, кто у кормила власти сегодня, - эти факторы не способствуют ни притоку инвестиций, ни интенсификации производства. Практически половина населения относит себя к числу бедняков. О росте благосостояния говорить не приходится, поскольку почти ежегодно меняются штурманы этого пикирующего бомбардировщика. На сегодня у власти «оранжевые», которые тянут страну в НАТО, как телка на бойню. Обманом, манипуляциями, растрачивая грандиозные бюджеты на «популяризацию» вхождения в НАТО, что выглядит довольно печально. Украина, несмотря на награждения фашистских прихвостней вроде Шухевича, несмотря на снос памятников советской эпохи, не может определиться с национальным самосознанием. Разрывающаяся между Западом и Востоком, Украина мотается по волнам мировой политики, нигде не находя себе приюта. Нынешние власти стремятся привести страну в Евросоюз, который уже заявил о невозможности дальнейшего расширения. Перед Украиной встают и другие проблемы: растущее недовольство крымских татар, увеличение недовольства русскоязычных граждан. Все эти мелкие на первый взгляд проблемы через десяток лет могут перейти в крупные этнические конфликты.
Молдавия, резко кренившаяся в сторону Румынии, сейчас начинает торговаться с Москвой о Приднестровье. Этнический конфликт вполне может быть решен, уверяют в Кремле, если Кишинев откажется от вступления в НАТО. Игорь Смирнов, бессменный лидер непризнанной республики, надо полагать, несколько шокирован столь грубой торговлей его преданностью: Приднестровье не раз уже заявляло о желании вступить в состав Российской Федерации. Очевидно, решением конфликта Москва пытается дать ассиметричный ответ Западу по косовскому вопросу: мы, мол, за соединение, а не разделение. Но остается немало сомнений в перспективности такого воссоединения, все же Кишинев с Бендерами были в разводе не год и не два. За это время выросло поколение людей, для которых состояние конфликта – норма. Политическая элита тоже складывалась параллельно. Сможет ли хитрый коммунист Воронин поделиться с «отцом народа» Смирновым своими полномочиями, пустить харизматичного коллегу в молдавский огород? Захочет ли Смирнов отдать власть Воронину, лишившись пусть крохотного, но все же президентства? Ведь в подобных вопросах многое зависит не только от воли народов, но и от амбиций политиков. Что касается воли народов, то, как и в случае с Абхазией и Южной Осетией, Приднестровье не жаждет воссоединить чужую территориальную целостность.
Если коротко резюмировать размышления на тему самостоятельного развития бывших советских республик, то вывод будет прост. Никакой самостоятельности, к которой они так стремились, новые страны не обрели. Выпав из орбиты российского влияния, они попали под влияние США и Европы. Многие политические лидеры, озабоченные исключительно сохранением личной власти, настойчиво культивируют националистические настроения, ненависть к России, создают музеи оккупации и прославляют коллаборационистов времен немецкой оккупации. Национальная идентичность порой строится на отрицании всего пророссийского, а не на собственной культуре, истории, менталитете.
Идея свободы, приведшая СССР к распаду, ныне обрюзгла, подурнела и кое-где померла в забытьи. Теперь в моде другая свобода: свобода продаться подороже.
Локомотивом среднеазиатских республик в области экономики, образования, интеграции в мировые процессы является, безусловно, Казахстан. Казахстанская экономика, растущая бурными темпами, притягивает инвестиции из США, ЕС, Китая, России. Казахские бизнесмены тоже активно инвестируют, в частности, в российскую экономику. В некоторых странах Средней Азии произошел резкий откат в эпоху феодально-байских отношений, с присущим этой формации обожествлением лидера, отменой образования и оттоком русскоязычного населения. Эти республики, как правило, являются родиной сотен тысяч нелегальных трудовых мигрантов, работающих в нечеловеческих условиях на стройках России.
Несмотря на яркость национальной культуры, республики Закавказья не смогли повторить успехи Казахстана ни в темпах роста, ни в привлекательности для иностранных инвестиций. Азербайджан, эксплуатируя природные богатства, не смог решить основную национальную проблему, - возвратить территорию Нагорного Карабаха. Позорное поражение от армянских войск до сих пор лежит несмываемым пятном на душе каждого азербайджанца. Азербайджан опирается на естественного союзника – Турцию, пытаясь вернуть Карабах. Турция, давний преданный соратник США, ввела Азербайджан под протекторат Вашингтона. Армения, вроде бы дружески настроенная по отношению к бывшей метрополии, пытается играть на два фронта. И это ей удается: недавно в США признали геноцид армян 1915 года. Третья закавказская страна, Грузия, имеет на своей территории две зоны этнических конфликтов. Несмотря на трогательную историю дружбы народов, основанной на слезных прошениях грузинских царей взять их землю под российскую руку, именно грузины являются основными противниками России в регионе. Заокеанские политики старательно протаскивают Грузию в НАТО, прекрасно понимая, что исторически и ментально грузины склонны к сотрудничеству с Россией. Играя на национальных обидах, во многом надуманных, американские политики стремятся как можно скорее оторвать Грузию от естественного союзника. Нынешние грузинские власти так яростно педалируют антироссийские настроения, что даже становится неловко за грузинский народ. Экономика страны находится на очень низком уровне, большая часть населения живет натуральным хозяйством и за счет денежных переводов от родственников-мигрантов. Эмигрируют, как правило, на территорию главного «врага» - в Россию.
«Европейская» часть СССР, Прибалтика, ныне и вправду стала Европой. И в НАТО прибалтийские республики вступили, и в Евросоюзе состоят, и визы у них шенгенские. Поддержка местных предателей, полицаев и карателей, постоянное ущемление прав русскоязычного меньшинства (кстати сказать, это меньшинство порой составляет треть от общего числа населения), - психологически Прибалтика похожа на Германию 30-х годов прошлого века. Экономика не демонстрирует фантастических показателей, главной мечтой молодого прибалта является работа в «настоящей» европейской стране.
Белоруссия уже больше десяти лет декларирует свое желание создать с Россией союзное государство. Некоторые шаги уже были сделаны, но, когда речь зашла о серьезных преобразованиях вроде перехода на единую валюту, Минск притормозил. Александр Лукашенко, как его называют в прессе, «последний диктатор Европы», отнюдь не торопится отдавать рычаги государственной власти в Москву, на чем настаивает Кремль. Нельзя сказать, что желание московских политиков обратить Белоруссию в провинцию России заслуживает одобрения. Однако очевидно, что при создании полноценного союзного государства полномочиями делиться придется. Прежде всего, вопрос лежит в плоскости экономических разногласий: Лукашенко пытается проводить в Беларуси социально-ориентированную политику, основанную на плановой экономике. При полноценном вхождении в рыночные отношения Беларусь ждет кризис, подобный кризису в России в начале 90-х прошлого века. Основная часть благосостояния Беларуси основана на дешевом российском газе и денег за его транзит в Европу. К сожалению, более-менее конкурентоспособных предприятий в стране нет, не считая производства калийных удобрений.
Что касается Украины, то недавний газовый конфликт – еще одно доказательство раздутых амбиций украинских политиков. Когда вся экономика зависит от стоимости газа, полноценной такую экономику назвать нельзя. Непрекращающиеся войны за власть, в том числе хронический передел собственности, непрерывные пересмотры всяческих итогов приватизации, коррупционных скандалов и прочего, в зависимости от того, кто у кормила власти сегодня, - эти факторы не способствуют ни притоку инвестиций, ни интенсификации производства. Практически половина населения относит себя к числу бедняков. О росте благосостояния говорить не приходится, поскольку почти ежегодно меняются штурманы этого пикирующего бомбардировщика. На сегодня у власти «оранжевые», которые тянут страну в НАТО, как телка на бойню. Обманом, манипуляциями, растрачивая грандиозные бюджеты на «популяризацию» вхождения в НАТО, что выглядит довольно печально. Украина, несмотря на награждения фашистских прихвостней вроде Шухевича, несмотря на снос памятников советской эпохи, не может определиться с национальным самосознанием. Разрывающаяся между Западом и Востоком, Украина мотается по волнам мировой политики, нигде не находя себе приюта. Нынешние власти стремятся привести страну в Евросоюз, который уже заявил о невозможности дальнейшего расширения. Перед Украиной встают и другие проблемы: растущее недовольство крымских татар, увеличение недовольства русскоязычных граждан. Все эти мелкие на первый взгляд проблемы через десяток лет могут перейти в крупные этнические конфликты.
Молдавия, резко кренившаяся в сторону Румынии, сейчас начинает торговаться с Москвой о Приднестровье. Этнический конфликт вполне может быть решен, уверяют в Кремле, если Кишинев откажется от вступления в НАТО. Игорь Смирнов, бессменный лидер непризнанной республики, надо полагать, несколько шокирован столь грубой торговлей его преданностью: Приднестровье не раз уже заявляло о желании вступить в состав Российской Федерации. Очевидно, решением конфликта Москва пытается дать ассиметричный ответ Западу по косовскому вопросу: мы, мол, за соединение, а не разделение. Но остается немало сомнений в перспективности такого воссоединения, все же Кишинев с Бендерами были в разводе не год и не два. За это время выросло поколение людей, для которых состояние конфликта – норма. Политическая элита тоже складывалась параллельно. Сможет ли хитрый коммунист Воронин поделиться с «отцом народа» Смирновым своими полномочиями, пустить харизматичного коллегу в молдавский огород? Захочет ли Смирнов отдать власть Воронину, лишившись пусть крохотного, но все же президентства? Ведь в подобных вопросах многое зависит не только от воли народов, но и от амбиций политиков. Что касается воли народов, то, как и в случае с Абхазией и Южной Осетией, Приднестровье не жаждет воссоединить чужую территориальную целостность.
Если коротко резюмировать размышления на тему самостоятельного развития бывших советских республик, то вывод будет прост. Никакой самостоятельности, к которой они так стремились, новые страны не обрели. Выпав из орбиты российского влияния, они попали под влияние США и Европы. Многие политические лидеры, озабоченные исключительно сохранением личной власти, настойчиво культивируют националистические настроения, ненависть к России, создают музеи оккупации и прославляют коллаборационистов времен немецкой оккупации. Национальная идентичность порой строится на отрицании всего пророссийского, а не на собственной культуре, истории, менталитете.
Идея свободы, приведшая СССР к распаду, ныне обрюзгла, подурнела и кое-где померла в забытьи. Теперь в моде другая свобода: свобода продаться подороже.
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках