![Балканская ловушка Балканская ловушка](/upload/iblock/9fd/q3ujh9rbgxxrx21fwlrtu9ibpq0q21z8/01._Zagolovok_Financial_Times.jpg)
Сербия и Россия как заложники англо-американского влияния
Задача этого материала — методологический разбор того, какие эксперименты производят над нашим сознанием западные СМИ, от которых, к сожалению, всё ещё продолжает зависеть информационное поле России.
Начало у этой истории простое — 22 июня 2024 г. английское издание Financial Times опубликовало материал с названием «Сербия закрывает глаза на то, что её боеприпасы попадают в Украину».
Исторический контекст. Заголовок, как видим, «ударный». Очень эмоциональный и, главным образом, обидный. Мало кто обратил внимание на дату публикации, а ведь материал о войне нынешней, вышедший в свет в годовщину начала Великой Отечественной, должен что-то значить. Тот самый случай, когда звёзды зажигают именно те, кому это нужно. Далее в тексте следует информация о том, что, начиная с 2022 г., Сербия продала боеприпасов на €800 млн. Из тона статьи также следует, что в принципе ВСЕ эти боеприпасы в конечном итоге оказались в распоряжении ВСУ и, соответственно, были выпущены (или скоро будут) по русским солдатам и мирным городам.
Есть ещё один историко-провокационный аспект: именно с событий, связанных с Сербией, когда-то начиналась Первая Мировая война. Тогда после выстрела Гавриила Принципа оказалось, что Россия стоит перед жёстким выбором — вступиться за братьев-сербов или позорно «включить заднюю», позволить Австро-Венгрии и союзной ей Германии проводить карательные акции по отношению ко всему сербскому народу и государству. В Российской Империи не было принято выбирать бесчестье, и результат оказался прогнозируемым — на Европейском континенте вспыхнула война, которая через четыре года перекроила и политическую карту мира, и дальнейший ход истории.
Конечно же, тут масштаб проблемы не настолько глобальный. Но уже ставшее классикой правило, гласящее, что «Балканы — пороховая бочка Европы», точно учитывалось информационными демиургами, которые ангажировали британский Financial Times для этого вброса.
Личностный контекст. Для придания ситуации дополнительного чувства «Ах, как они могли» использовалась выдернутая из полноты картины фраза президента Александра Вучича, который якобы сказал: «Это часть нашего экономического возрождения, и это важно для нас. Да, мы экспортируем наши боеприпасы. Мы не можем поставлять их Украине или России, но у нас было много контрактов с американцами, испанцами, чехами и другими странами. То, что они потом делают со своим оружием, — это их дело».
Высказывание в этой интерпретации выглядит как равнодушное «Послушайте, да мне всё равно». На самом же деле было не так, и эффект достигается именно благодаря созданному журналистами конструкту.
А теперь давайте посмотрим, что англичане выбросили из ответа сербского президента. «Мое дело — сделать так, чтобы мы торговали своим оружием легально, чтобы мы его продавали. Я должен заботиться о своем народе, и всё. Это всё, что я могу сказать. У нас есть друзья и в Киеве, и в Москве. Они наши славянские братья».
Согласитесь, фраза начинает играть принципиально новыми красками. Равнодушия в ней уже точно нет. Есть досада от беспомощности Сербии в её современном состоянии. «Это всё, что я могу сказать» вообще звучит как оправдание. Есть сожаление. Однозначно есть желание, чтобы братоубийственная война прекратилась. Все эти важные эмоции «англичанка» купирует, и этим же, собственно, гадит.
А ведь между тем и для русских, и для сербов важно: Вучич — он кто? Друг России или равнодушный делец, у которого «ничего личного, только бизнес»? Ведь пословица «Вместе с русскими нас 200 миллионов, а без русских — полгрузовика!» появилась не из воздуха. То есть текстовая провокация направлена как на сербскую аудиторию, так и на русскую.
Технологический контекст. «Нет ничего хуже, чем ждать и догонять» — это уже русская пословица, которая очень хорошо иллюстрирует чувства человека, который, например, пытается «догнать» уходящую информационную повестку. Каждый, кто хоть раз в жизни составлял опровержения, понимает, что когда оно пишется — уже, как правило, безнадёжно поздно, поскольку общественность успела составить ложное мнение, изменить которое будет непросто.
Сербские СМИ тут оказались в максимально неприятном положении. Вот издание «Печат» вынуждено было долго и пространно убеждать читателя, что властям их страны и президенту лично неприемлем подход, при котором Сербия — сознательный участник посреднической схемы, при которой «продали и забыли».
Также сербские коллеги обращают внимание на то, что, вбросив ударную эмоцию, которая уже владеет читателем, Financial Times начинает приводить уточнения, которые как бы снимают ответственность с редакции, но уже не имеют никакого значения для читателя (и в этом смысл).
«Далее Financial Times пишет, что "сербское участие в снабжении Украины боеприпасами хорошо скрывается, так что официальные данные его не выдают", и добавляет, что Институт мировой экономики Кильского Университета, который отслеживает помощь Украине, "не обнаружил прямых доказательств сербской деятельности и не проследил путей прямой сербской помощи"», — указывает автор сербского материала Филип Родич. Но это мало повлияет на читателя, который уже ухватил глазом цепочку «Сербия / Украина / поставка оружия на много миллиардов евро».
Обиднее всего за российские СМИ, которые поддались манипуляциям гадящей англичанки.
В первую очередь, это произошло потому, что современная журналистская школа приучила нас писать новости про «масло масляное» и потом их же читать. Имеется в виду структура, в которой заголовок, лид и первый абзац содержат одно и то же утверждение. Его повторили трижды, и читатель в принципе поверил. Проверять, разбираться, искать аналитику будет очень небольшая аудитория. Все остальные побегут дальше — современность требует (не всегда понятно, для чего) сверхвысоких скоростей. Заложниками этой суеты потом становятся и авторы текстов, и потребители написанного.
Так вот, заголовки на сайтах-миллионниках «Боеприпасы почти на миллиард евро могли попасть на Украину» не добавляют ни оптимизма русскому читателю, ни уважения к руководству Сербии (которое, между тем, выдерживает огромное давление Запада, не позволяя превратить страну в плацдарм против России).
Во-вторых, очевидна зависимость наших информационных ресурсов. Какое вообще имеет значение, что сейчас пишет о нас британская пресса? Ведь Англия не только открыто передаёт Украине военную и финансовую помощь. Там проходят обучение украинские солдаты перед отправкой на фронт, где они будут убивать наших солдат. Там готовятся и приводятся в исполнение информационные провокации. Так зачем мы их печатаем вообще?
Есть по этому поводу хорошая историческая аллюзия. В ноябре 1945 г. Уинстон Черчилль, выступая в британском парламенте, произнёс хвалебную речь в адрес Сталина и СССР. Молотов распорядился напечатать этот фрагмент в газете «Правда», а вот Сталин отреагировал иначе. «Считаю ошибкой опубликование речи Черчилля с восхвалением России и Сталина. Восхваление это нужно Черчиллю, чтобы успокоить свою нечистую совесть и замаскировать своё враждебное отношение к СССР, в частности, замаскировать тот факт, что Черчилль и его ученики из партии лейбористов являются организаторами англо-американо-французского блока против СССР. Опубликованием таких речей мы помогаем этим господам. У нас имеется теперь немало ответственных работников, которые приходят в телячий восторг от похвал со стороны Черчиллей, Трумэнов, Бирнсов и, наоборот, впадают в уныние от неблагоприятных отзывов со стороны этих господ. Такие настроения я считаю опасными, так как они развивают у нас угодничество перед иностранными фигурами. С угодничеством перед иностранцами нужно вести жестокую борьбу. Но если мы будем и впредь публиковать подробные речи, мы будем этим насаждать угодничество и низкопоклонство. Я уже не говорю о том, что советские лидеры не нуждаются в похвалах со стороны иностранных лидеров. Что касается меня лично, то такие похвалы только коробят меня».
И это была реакция на хвалебный материал! А наши современные платформы публикуют вообще всё, что попадает в топ международных лент. Стоп! Зачем? Почему? С какой целью? Ведь западные СМИ не дают нам такой роскоши, русские публикации переводят и цитируют крайне редко.
В-третьих. Наши сетевые СМИ, как и все мировые, зависят от количества посещений. Трафик дает не только читателя и переходы по рекламным ссылкам — он как бы является доказательством успешности той или иной редакции. Ни для кого не секрет, что самую лучшую «посещалку» дают негативные новости с кричащими заголовками. Пока эта установка будет главенствующей в вопросах оценки эффективности СМИ — мы обречены на то, что «проглотим» любой негатив, который нам в условиях войны вбрасывает противник.
Ситуация выглядит откровенно странно, поскольку наше противостояние с Западом оказывается как-то само по себе, а реальная информационная политика при этом существует в совершенно ином измерении. Это в корне неправильно, и эту тенденцию нужно менять на уровне работы редакций печатных, сетевых и всех прочих средств массовой информации.
Вывод. Почему провокация, вброшенная английской газетой, не имела больших последствий? Потому что на неё правильно отреагировали в Кремле. Там и пресс-служба, и представители МИД чётко дали понять, что информация принята, проверяется, но подлог не сработал — ссоры с Сербией не будет. Во многом именно благодаря этому спокойствию ситуация и не набрала необходимых для скандала оборотов.
Однако же, как в анекдоте, «неприятный осадок остался» — люди, склонные оценивать происходящее негативно (а таких большинство), сделали вывод: «Ну вот, снова мы терпилы, ничего не возразили и никому ничего в ответ не сделали».
Потому что гасить негатив — штука сложная. Гораздо проще было бы не читать с утра английских газет. А если уж не удержался и прочёл — так хотя бы не перепечатывать.
Читайте нас ВКонтакте и в Одноклассниках