Массовый героизм в боях за Грозный
30 лет назад, 6 августа 1996 г., начались бои, которые потом назовут штурмом Грозного. Боевики город не штурмовали. Они просто вошли в него. Редкие российские блок-посты никак не могли этому помешать. То, что там творилось в августе 1996 г., нелегко описать.
Существует такой термин – «слоеный пирог». Он означает, что войска противоборствующих сторон перемешиваются, находясь на очень близком расстоянии. Грозненскую ситуацию стоило бы назвать «салатом Оливье», настолько там все перемешалось и перепуталось.
Есть такое выражение — «массовый героизм». К тем боям оно подходит как нельзя лучше. Стойко сражались окруженные боевиками боевые группы наших войск. Держались блок-посты у мостов через Сунжу. Вышедшие из окружения сотрудники ФСБ наперебой рассказывали про своего героя — водителя Семеныча, ставшего в боях снайпером-самоучкой с серьезным счетом уничтоженных врагов. Самый скромный и незаметный из них говорил о своем боевом опыте: «Тут не столько зрение, сколько терпение нужно».
Чеченский ОМОН вел упорные бои в Грозном с так называемым «спецназом Басаева», с группами наемников — украинских, арабских, афганских. Про оборону десантниками здания Теруправы после говорили, что ее надо изучать в военных училищах и в академиях. В роте, оборонявшейся в самом пекле, было лишь трое раненых… Сражавшиеся ждали помощи с Ханкалы и аэродрома Северный. И помощь пришла. В прорыве к окруженным в центре города самую значимую роль сыграла 205-я мотострелковая бригада
В результате была создана «дороги жизни», связывающей Ханкалу с окруженными в городе. За этот прорыв к центру города 205-я бригада заплатила дорогой ценой — несколькими сотнями убитых и раненых. Много ее подбитой бронетехники с белым квадратом в круге (такая маркировка была у техники 205-й) осталось на улицах Грозного. Лейтенанту Евгению Королеву и пятерым его солдатам из разведроты 104-й гвардейской воздушно-десантной дивизии довелось забирать тела наших убитых, оставшиеся после боя на Кавказской улице Ленинского района Грозного. Было заключено временное «перемирие местного значения». Что испытывали лейтенант и безоружные солдаты, находясь на территории противника?
О том, что «духи» делают с пленными, не предназначенными для показа по телевидению, всем было прекрасно известно. Перед выходом на это задание у одного из бойцов случился нервный срыв. По возвращении он повторился. Но, находясь среди врагов, парень, так же, как и его товарищи, держался безупречно…
Генерал Константин Пуликовский, командовавший в тот момент группировкой федеральных войск в Чечне, ещё не вводил в бой основные силы. Он стягивал части с гор, готовясь к генеральному сражению. И оно вот-вот должно было начаться. Был объявлен так называемый ультиматум Пуликовского. На самом же деле это было обращение к жителям города с просьбой уйти из Грозного, где вот-вот должны были начаться действительно широкомасштабные бои…
Но генеральное сражение так и не началось. В Чечне появился Александр Лебедь — в тот момент секретарь Совета Безопасности России, быстро договорившийся с военным главой сепаратистов Асланом Масхадовым. Договорились они на масхадовских условиях.
Мир, который заключили Лебедь и Масхадов, потом назовут «хасавюртовским», по дагестанскому населенному пункту, в котором завершались переговоры. После этого стало известно, что армия уходит из Чечни, а боевики остаются.
Тогда, в Ханкале, многие офицеры прекрасно понимали, что вывод войск, фактическая капитуляция пред боевиками — ошибка, если не преступление, что скоро сюда все равно придется возвращаться и начинать все заново. Так оно и произошло в 1999 г. …
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках
