Украинская дипломатия всегда «знаково побеждает», отдавая страну на разграбление

Главным занятием украинских дипломатов принято считать попрошайничество. Умение настырно клянчить деньги и оружие — их важнейшее качество. В свободное от попрошайничества время они хамят благодетелям.

Не мог, например, в свое время украинский посол в Германии Андрей Мельник не назвать канцлера Германии Олафа Шольца «обиженной ливерной колбасой». В Киеве свои представления о том, как должен себя посол в стране пребывания вести.

Но переговоры в Абу-Даби напомнили о том, что посланцы Незалежной не только деньги просят и гадости спонсорам говорят. Они, если разрешают хозяева, иногда и классической дипломатической деятельностью занимаются. Правда, делают это весьма своеобразно..

Главное для укродипломата и укрополитика — обеспечить интересы иностранного хозяина. Традиция у них такая.

В 1918 г., например, в Брест-Литовске делегация так называемой УНР (Украинской Народной Республики) заключила мирный договор с Германией, Австро-Венгрией, Османской империей и Болгарией. 5-й президент Украины Петр Порошенко в 2018 г. так оценил это событие: «На днях исполнилось 100 лет с даты подписания Брестского мира. Это — одна из знаковых побед украинской дипломатии. Благодаря этому документу Украинская Народная Республика смогла получить признание своей независимости государствами Европы».

Так что же принесла Украине знаковая победа «украинской дипломатии»? Прежде всего — германо-австрийскую оккупацию ее территории. Немецкие и австрийские войска штыками устанавливали власть УНР, ненадолго, правда.

Но речь шла не только об оккупации, но и о гигантском ограблении Украины. Прежде всего, оккупантов интересовало продовольствие. И Германия, и Австро-Венгрия буквально голодали. УНР обязалась поставить Германии и ее союзникам до 31 июля 1918 г. 1 миллион тонн (!) зерна, 400 млн. яиц, до 50 тыс. тонн говядины, сало, сахар, а также пеньку, марганцевую руду и прочие ресурсы.

Чтобы обеспечить поступление этих ресурсов, немцы вскоре обошлись с УНР как с «изделием №2» после использования — выбросили. Их можно понять. Уж больно бестолковым было это псевдогосударство.

Немецкий генерал Эрих Людендоф, участвовавший в переговорах в Бресте, писал в мемуарах: «Как и следовало ожидать, молодое украинское правительство оказалось неспособным навести в стране порядок и обеспечить нас зерном и вскоре исчезло с политической сцены. Руководить государством взялся гетман Павел Скоропадский. С ним работать было можно».

Как осуществлялась эта «работа», то есть массовый грабеж продовольствия у крестьян, показал писатель Алексей Толстой: «Весь день грузились военные телеги, и поздней ночью обоз ушел. Село было ограблено начисто. Нигде не зажигали огня, не садились ужинать. По темным хатам выли бабы, зажав в кулаке бумажные марки…Ну, поедут мужик с бабой в город с этими марками, походят по лавкам, — пусто: ни гвоздика, ни аршина материи, ни куска кожи. Фабрики не работают. Хлеб, сахар, мыло, сырье — поездами уходит в Германию».

А в случае малейшего сопротивления его ликвидировали вместе с целыми селами карательные отряды оккупантов или их верные «незалежные» холуи. С паном гетманом Скоропадским «работать» немцам и австрийцам действительно было можно…

Но для Порошенко договор УНР с Германией и ее союзниками, несмотря на страшные его последствия — «знаковая победа украинской диломатии». Неважно, что Украина была оккупирована и ограблена. Не надо пытаться сосчитать убитых карателями. Зато интересы хозяев соблюли. Поступление с Украины продовольствия немцам и австрийцам хозяевам обеспечили.

Такой подход не для одного Порошенко характерен, а для всего незалежного политикума.

Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках