«Романовские пропагандисты» — Кутузов, Давыдов и Толстой

У покинувших Россию любительниц либеральных псевдоисторических «открытий» Юлии Латыниной и Тамары Эйдельман объявился вполне достойный преемник — Кирилл Привалов. Он «опроверг» самого Льва Толстого…

В статье «Д'Артаньян Ржевского уезда» (еженедельник «Звезда») Привалов поведал миру: «Помните у Льва Толстого в великом романе «Война и мир»: «Дубина народной войны поднялась со всей своей грозной и величественной силой и, не спрашивая ничьих вкусов и правил, с глупой простотой, но с целесообразностью, не разбирая ничего, поднималась, опускалась и гвоздила французов до тех пор, пока не погибло все нашествие»?

Но вот незадача: в противостоянии с Наполеоном никакой «народной войны» не происходило. С «нашествием двунадесяти языков» сражалась только русская армия, в составе которой были и те, кого называли партизанами. В 1812 году этот термин считался исключительно военным и не имел ничего общего с придуманными позднее романовскими пропагандистами отрядами крестьян, якобы воюющими топорами и вилами с захватчиками. Все размноженные после Отечественной войны 1812 года истории о «геройских героях» типа вдовы-старостихи Василисы Кожиной документального подтверждения не имеют».

Не было «народной войны», сражалась только армия? Старая песня русскоязычного либералитета перепевается на новый лад… Ознакомимся со всеподданнейшим рапортом фельдмаршала Михаила Илларионовича Кутузова Александру I о патриотических подвигах крестьян Калужской и Московской губерний, написанном в октябре 1812 г.:

«Всемилостивейший государь!

С душевным удовольствием русского сердца всеподданнейшим долгом считаю донести вашему императорскому величеству о поведении крестьян Калужской и Московской губерний в бурное время неприятельского в оных пребывания… С мученическою твердостию переносили они все удары, сопряженные с нашествием неприятеля, скрывали в леса свои семейства и малолетних детей, а сами вооруженные искали поражения в мирных жилищах своих появляющимся хищникам. Нередко самые женщины хитрым образом уловляли сих злодеев и наказывали смертию их покушения и нередко вооруженные поселяне, присоединяясь к нашим партизанам, весьма им способствовали в истреблении врага, и можно без увеличения сказать, что многие тысячи неприятеля истреблены крестьянами».

Утверждение о том, что подвиги крестьян в партизанской войне 1812 года «документального подтверждения не имеют», поразительно нелепо.

Главархив Москвы в 2024 г. в виртуальном музее «Москва — с заботой об истории» опубликовал сохранившиеся исторические документы со списками награжденных в 1813 г. за участие в Отечественной войне 1812 г. В документах есть, например, данные о Герасиме Курине — организаторе и руководителе одного из крупнейших крестьянских партизанских отрядов, о его соратнике Егоре Стулове. Можно найти информацию и о других организаторах и руководителях отрядов крестьянских партизан.

А вот что писал в мемуарах командовавший отрядом партизан, состоявшим из гусар и казаков, Денис Васильевич Давыдов: «Общее и добровольное ополчение поселян преграждало путь нам. В каждом селении ворота были заперты; при них стояли стар и млад с вилами, кольями, топорами и некоторые из них с огнестрельным оружием. К каждому селению один из нас принужден был подъезжать и говорить жителям, что мы русские, что мы пришли на помощь к ним и на защиту православныя церкви. Часто ответом нам был выстрел или пущенный с размаха топор, от ударов коих судьба спасла нас… едва сомнение уступало место уверенности, что мы русские, как хлеб, пиво, пироги подносимы были солдатам».

В партизанской войне надо было четко обозначить — мы свои...

Окончание следует.

Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках