Операция «Багратион» тому способствовала
Неподдельный энтузиазм, который проявляет немецкое политическое и военное руководство в вооружении необандеровских банд ВСУ и наращивании военной мощи Германии для противостояния с Россией, заставляет вспомнить о том, что нечто подобное в первой половине 40-х гг. прошлого столетия уже имело место. Тогда немецкие политики и военные тоже были полны уверенности в своей правоте.
Вот, например, генерал-фельдмаршал Фридрих Вильгельм Эрнст Паулюс, командовавший войсками 6-й армии, капитулировавшей в Сталинграде. На одном из первых допросов в плену он подчеркнул: «Я являюсь и останусь национал-социалистом. От меня никто не может ожидать, что я изменю свои взгляды, даже если мне будет грозить опасность провести в плену остаток моей жизни».
А в августе 1944 г. он подписал обращение «К военнопленным немецким солдатам и офицерам и к немецкому народу». В обращении этом говорилось: «Считаю своим долгом заявить, что Германия должна устранить Адольфа Гитлера и установить новое государственное руководство, которое закончит войну и создаст условия, обеспечивающие нашему народу дальнейшее существование и восстановление мирных и дружественных отношений с нынешним противником».
Вскоре Паулюс вступил в антифашистские организации «Союз немецких офицеров» и Национальный комитет «Свободная Германия». Что так на генерал-фельдмаршала подействовало? Похоже, разгром немецких войск в Белоруссии (операция «Багратион», 23 июня — 29 августа 1944 года) повлиял на него еще сильнее, чем разгром 6-й армии в Сталинграде. Об обещании остаться национал-социалистом он больше не вспоминал.
Настоящей сенсацией стало выступление Паулюса на Нюрнбергском процессе. Писатель Борис Полевой в книге «В конце концов. Нюрнбергские дневники» так описал его выступление:
«Лорд Джефри Лоренс верен себе. Он неторопливо опоясывает наушниками свою сверкающую лысину и отдает судебному приставу распоряжение:
— Прошу вас, введите свидетеля Фридриха Паулюса.
Обрамленная зеленым мрамором дубовая дверь в противоположном конце зала раскрывается. Пристав ведет высокого человека в синем штатском костюме, который, однако, сидит на нем как-то очень складно, по-военному… Неторопливо начинает давать показания. Сухие фразы звучат отточено, твердо, и, хотя он говорит по-немецки и слова его в зале хорошо слышны, многие из подсудимых для чего-то надели наушники.
Да, он был перед войной заместителем начальника германского генерального штаба и лично участвовал в разработке плана «Барбаросса». Да, он признает, что с самого же начала этот план задумывался как план нападения. Ни о какой оборонительной превентивной войне и речи не было. Ведь его разрабатывали в августе 1940 года. Контуры этого плана? Первоочередная задача — захват Москвы, Ленинграда, всей Украины. Дальнейшая задача — Северный Кавказ с его богатствами и нефтяными источниками. Главная стратегическая цель? Выход на линию Архангельск — Астрахань и закрепление на ней».
Появление фельдмаршала Паулюса и его показания стали настоящей сенсацией. После его выступления помощник главного обвинителя от СССР Романа Андреевича Руденко, Лев Романович Шейнин, подмигнув журналистам, спросил: «А хорошую бомбочку мы сегодня взорвали?».
В 1947 г. Паулюс отправился в Сталинград, где консультировал создателей фильма «Сталинградская битва». В октябре 1953 г. Паулюс, пообещавший жить в ГДР, а не в ФРГ, уехал на родину. Там он начал преподавательскую деятельность в качестве начальника военно-исторического центра, читал лекции о военном искусстве. Пример Паулюса показывает, что немецкий генерал вполне способен в корне пересмотреть свое мировоззрение, если ему предъявляют убедительные аргументы.
Способны ли немецкий генералитет и политическое руководство обходиться без масштабных поражений для корректировки своих взглядов, покажет будущее…
Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках
