Милость к шведским убийцам   

В «цивилизованной» Европе традиционно не принято стесняться преступлений в отношении русских. Дескать дикари они, эти «московиты», с ними иначе нельзя. Причин тому много. Здесь и страх перед огромной и непонятной страной, и зависть к ее природным богатствам, которые ужасно хочется поделить между «цивилизованными». В каком-то смысле и мы сами виноваты в формировании такого к себе отношения. Все пытаемся гуманизмом на зверства отвечать. Вспомним один из уроков истории…

Во время Северной войны (1700 -1721 гг.) шведы практиковали массовые убийства русских военнопленных. Самое масштабное преступление такого рода они совершили в 1706 г., после сражения при Фрауштадте. Саксонско-русская армия (Саксония была союзницей России) в этом сражении потерпела поражение.

Советский Историк Евгений Тарле писал:

«В битве при Фрауштадте обнаружилась непонятная, истинно звериная жестокость шведов именно относительно русских. Ведь в этой сборной армии саксонского генерала Шуленбурга, потерпевшей такой разгром, были и саксонцы, и поляки, и даже французы, служившие в саксонской армии, и, наконец, русские. После своей победы (3 февраля 1706 г.) шведская армия брала в плен всех, кто не был убит и не успел бежать. Всех, кроме русских!».

В «Журнале Петра Великого» (велся по приказанию Петра I во время Северной войны) бойня эта описана так:

«А которые из солдат взяты были в полон, и с теми неприятель зело немилосердно поступил, по выданному об них прежде королевскому указу, дабы им пардона (или пощады) не давать, и ругателски положа человека по 2 и по 3 один на другого кололи их копьями и багинетами».

Могли шведы и не убивать, «милостиво» отпустить пленных русских солдат, предварительно их изувечив. Одни историки пишут, что кисть правой руки отрубали, другие — что только два пальца на правой руке…

Как же ответил на это русский государь? После разгрома шведской армии в Полтавской баталии (1709 год) в русский плен попало множество шведов. Была возможность у Петра наказать палачей…

Александр Пушкин писал в поэме Полтава:

Пирует Петр. И горд, и ясен

И славы полон взор его.

И царской пир его прекрасен.

При кликах войска своего,

В шатре своем он угощает

Своих вождей, вождей чужих,

И славных пленников ласкает,

И за учителей своих

Заздравный кубок подымает.

Действительно, плененные «вожди чужие» — шведские военачальники были приглашены на победный пир. Был среди них и фельдмаршал Карл Густав Реншильд, который командовал шведскими войсками в битве при Фрауштадте. Ответить за убийство русских пленных ни ему, ни его подчиненным не пришлось.

Царь Петр позднее напомнил Реншильду об убийстве русских пленных при Фрауштадте. Тот объяснил, что сразу после сражения он по приказанию короля должен был отправиться за 12 миль от Фрауштадта, и лишь по возвращении узнал об этих убийствах. На вопрос, отчего же он тогда не наказал виновных, шведский фельдмаршал ответа не дал.

Не было царского указу колоть его и его солдат копьями и багинетами. Кисти рук или пальцы им тоже не отрубали. Положили пленным, согласно чинам, весьма щедрые «кормовые» и принялись они дожидаться конца войны и возвращения домой. Многие на русскую службу поступили. Но стоило ли Петру Великому быть столь безгранично милостивым, оставляя преступление безнаказанным?

Не ценит Европа такое, «истинно звериная жестокость… относительно русских» от этого вовсе не исчезает.

Читайте нас в Telegram, ВКонтакте и Одноклассниках